Я пожалел, что помог жене выучиться на повара, потому что она совсем перестала домом заниматься с новой работой

- Я так устала на работе, - слышал я в последнее время от жены. – Ты свари пельмени или макароны. А я в следующий раз что-нибудь вкусное приготовлю.

Раньше я таких речей от Богданы не слышал. А в последние месяцы они стали обыденными. И меня это злило.

Женился я на Богдане, когда был на последнем курсе университета. В тот год выпускалась и моя невеста.

Я смог устроиться инженером на завод, начать зарабатывать. А Богдана мыкалась, но так и не смогла ничего найти по своей специальности.

Повезло нам в том плане, что не нужно было платить за квартиру ипотеку. Мне в наследство досталась трехкомнатная квартира. Там мы только ремонт косметический сделали.

Через полгода Богдана забеременела. В таком положении ни о какой работе не могло идти и речи.

- Я буду брать подработки, чтобы мы смогли все для малыша купить, - сказал я жене, - а ты бытом занимайся.

Богдана погрузилась в домашние дела. Она каждый день то-то вкусное и оригинальное готовила, удивляла меня.

- Повезло тебе с женой, - говорили мои друзья, которые к нам в гости приходили. – У нас на обед и ужин только полуфабрикаты. А о таких деликатесах мы можем только мечтать.

Я и сам считал, что мне повезло. Я даже уже не переживал по поводу того, что работаю и обеспечиваю семью один. Да, было трудно, да, еще бы одна зарплата не была бы лишней. Но все же мы жили неплохо.

Когда родился Тимофей, Богдана еще глубже ушла в бытовые дела. Она не только ребенком занималась, но и домом.

- Я поняла, чем хочу заниматься, - сказала жена, когда декрет подходил к концу. – Хочу быть поваром. Буду курсы искать. Сейчас на готовке можно недурно зарабатывать.

Через несколько дней жена мне рассказала про трехмесячные курсы, которые проводит одна из сетей ресторанов нашего города. Стоили они прилично, но зато потом можно было трудоустроиться в эту сеть.

На обучение супруги мы взяли кредит. Я решил, что с зарплаты Богданы мы сможем его погасить. И жена стала учиться.

- Меня очень хвалят преподаватели, - говорила мне жена. – Все говорят, что я – одна из лучших учениц.

Пока жена училась, у нас не было на ужин или на обед чего-то вкусного. В дом к нам пришли те самые полуфабрикаты, о которых мне говорили когда-то мои друзья. Я стал питаться ими, потому что супруга сильно уставала на своем обучении.

Я терпел, думал, что это явление временное, что скоро все встанет на свои места. Но не произошло этого.

Когда курсы закончились, жена сообщила мне, что ее взяли на работу в один из ресторанов, пообещали хорошую зарплату.

Я обрадовался, понял, что теперь смогу не в две смены работать, а в одну, выходные какие-то иметь.

Но только жена еще меньше времени дому стала уделять. Она с утра до вечера была на работе, правда, зарабатывала хорошо. Зато быт лег на меня. Я убирал и готовил те же пельмени, макароны, курицу. И Тимофеем я занимался. Я водил его в садик, забирал.

Друзья продолжали мне завидовать. Им казалось, что жена теперь мне ресторанные блюда дома готовит каждый день.

А в особый восторг они пришли, когда мы отдыхали в одном из ресторанов сети, где жена работает. Богдана тогда скидку нам обеспечила, потому что она – сотрудник.

Я только не радовался. Не было дома того уюта, который раньше был. Мне казалось, что жену я не за готовку полюбил, а за что-то еще. Но оказалось, что и этот аспект был важен для меня.

Отдушина была, когда мы ходили в гости к моей маме. Она кормила нас домашней едой, которую я с женой-поваром не видел.

- Я не могу так больше, - сказал я как-то Богдане. – Ты вообще перестала готовить, за домом следить. Ты только работой и живешь.

Мы в тот вечер долго разговаривали, обсуждали, как устроен наш быт, как лучше будет сделать.

- Через день могу готовить ужин, - сказала жена, - а по выходным буду делать что-то из меню ресторана.

Я согласился на такой расклад. И пока что мы его придерживаемся. Убираем в квартире мы с Богданой по очереди. С садиком пока что я закрываю вопрос, но тут мы еще будем обсуждать многое.

Надеюсь, что Богдана не начнет переобуваться в воздухе, не станет возвращаться к прежней жизни. Не выдержу я больше питание полуфабрикатами.