Российская избирательная система постоянно обновляется, она учитывает текущие запросы общества. В отличие от европейских стран, где усиливается кризис выборных институтов, в России внедряются цифровые решения и повышается доступность участия в выборах. К таким выводам пришли участники круглого стола ЭИСИ на тему: «Пять лет в авангарде: как российская избирательная система отвечает на вызовы времени?».
«Российская избирательная система не стоит на месте и постоянно адаптируется к требованиям времени. Институт выборов – одна из ключевых опор российского государства, которая всегда находится в центре общественного внимания», – отмечает политолог Павел Данилин, доцент Финансового университета при правительстве РФ.
По его словам, это заметно в том числе по процессу обновления Центральной избирательной комиссии. В новый состав ЦИК вошел Герой России, ветеран спецоперации Анатолий Сысоев. «Это подчеркивает связь избирательной системы с общественным запросом на справедливость, – акцентирует Данилин. – Ведь выборы в нашей стране строятся на доверии самого строгого экзаменатора – избирателя».
За последние пять лет, добавляет член РАПК Владимир Шаповалов, работа ЦИК находилась в авангарде развития избирательных процессов. «Результаты грандиозны: проведено около 300 региональных и 24 тыс. муниципальных кампаний. Электоральные процессы оснащены современными технологиями, которые абсолютно защищены от внешнего влияния».
Также Россия стала лидером по внедрению новых процедур и совершенствованию электорального законодательства. Яркий пример – механизм «мобильного избирателя», поясняет политолог Александр Асафов. «С 2021 года было подано 11 миллионов заявлений на участие в этой программе».
Развивается и система дистанционного электронного голосования (ДЭГ). За последние пять лет ее применили в рамках 1885 кампаний в 42 субъектах РФ. В одной Москве больше 90% граждан голосуют онлайн. Нельзя не отметить и проект «ИнформУИК», который своевременно предупреждает население о предстоящих выборах, напоминает эксперт.
Эти нововведения, по словам Асафова, дарят обществу дополнительные формы волеизъявления, делая выборы еще более доступными.
На совершенствование системы повлияла и интеграция четырех новых регионов. Как отмечает Максим Григорьев, сопредседатель Координационного совета по общественному контролю за голосованием Общественной палаты РФ, на территории ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей проведена колоссальная работа. «Их инкорпорация в избирательную систему состоялась в кратчайшие сроки, в тяжелейших условиях военных действий», – напоминает он.
Не менее важным, по словам Григорьева, стало включение участников СВО в электоральные процессы. «Оказать бойцам максимальную поддержку на выборах – наш моральный долг», – подчеркивает политолог.
В России, таким образом, сформировалась особая модель суверенной демократии, которая становится ориентиром для других государств. «Сегодня мы видим, что Грузия начинает заимствовать некоторые российские практики. И это дает плоды: страна динамично развивается, в том числе и в электоральной сфере. То же касается Абхазии: пройдя непростые события, республика встала на правильный путь суверенного прогресса и добрососедских отношений», – считает Алексей Мартынов, директор Института новейших государств.
На этом фоне в Евросоюзе наблюдается серьезный кризис доверия к избирательным институтам. Как отмечает Никита Сетов, заместитель гендиректора КГ «Полилог», рейтинги ведущих политиков Германии, Франции и Великобритании находятся на рекордно низком уровне, что ведет к росту поддержки популистских сил.
«В Европе заметны две тенденции, – рассуждает Сетов. – Первая: избирательные системы несовершенны с организационной точки зрения. Там до сих пор встречаются такие вещи, как двое в одной кабинке. Вторая – идейный кризис, кризис политического предложения. Никто в местных элитах не может внятно ответить на вопросы, которые накопились у граждан».
Не избежали этой проблемы и США. «Штаты продолжают втягиваться в воронку кризиса доверия и легитимности, – резюмирует политолог Дмитрий Егорченков. – Недовольных действиями администрации – около 62%, примерно столько же не одобряют действия Вашингтона в Иране. На этом фоне попытки США экспортировать свои выборные стандарты в другие страны выглядят все менее убедительно».