Изображение: ru.freepik.com /
vecstock
Ситуация вокруг атак беспилотников и роли стран Балтии в последних событиях продолжает накаляться. Соседи России уже не скрывают, что через их территорию летают украинские дроны.
На сегодняшний день известно, что украинские беспилотники могли использовать воздушное пространство сопредельных государств для выхода к целям на северо-западе России, в том числе в районе Ленинградской области. На это косвенно указывают сообщения о падении обломков БПЛА на территории Латвии и других стран Балтии. Параллельно в западных и украинских СМИ распространялись кадры ударов по промышленным объектам в Усть-Луге.
Особое внимание в этих публикациях уделялось тому, что атака пришлась на объекты энергетической инфраструктуры. Сообщалось о взрывах и пожаре на предприятии, связанном с переработкой газа, а также о проблемах с экспортом нефти через Приморск. Отдельные издания писали, что удары могли наноситься с использованием легкомоторной авиации, что ранее для этого направления не было характерно.
На этом фоне возникла острая дискуссия о возможной роли стран Балтии. Премьер-министр Литвы Инга Ругинене признала, что один из упавших на территории страны беспилотников, по всей видимости, направлялся в сторону России. В то же время латвийская сторона выступила с противоположной версией, заявив, что изменение траектории дронов могло быть связано с воздействием российских РЭБ. Более того, латвийский МИД направил соответствующий протест российской стороне.
Сама логика маршрутов также вызывает вопросы. Если предположить запуск беспилотников непосредственно с территории Украины, им пришлось бы преодолевать значительные расстояния — более 800 километров. Использование же воздушного пространства стран Балтии существенно сокращает путь и, как считают некоторые эксперты, повышает вероятность успешного достижения целей.
Источник, знакомый с ситуацией в районе Усть-Луги, полагает, что речь идет не о разовой атаке, а о выявлении уязвимого направления, которое может использоваться и дальше. По его мнению, подобные удары могут продолжаться до тех пор, пока ключевые объекты не будут защищены многоуровневой системой ПВО.
Значимость этого направления объясняется и экономическими факторами. Через терминал в Усть-Луге проходит значительная часть экспортируемой нефти, по некоторым оценкам, до половины общего объема. Даже при благоприятном сценарии восстановление работы после серьезных повреждений может занять несколько недель, и это при условии отсутствия новых атак.
При этом отмечается, что дальность и возможности используемых средств поражения растут. В качестве примера приводится удар по объекту в Самарской области, куда долетела ракета на расстояние около тысячи километров.
На этом фоне прозвучали и заявления со стороны украинского руководства. Владимир Зеленский сообщил, что от ряда западных партнеров поступают сигналы с просьбой сократить удары по российской энергетической инфраструктуре. По мнению некоторых экспертов, это может быть связано с заинтересованностью внешних игроков в сохранении стабильных поставок энергоресурсов.
Специалисты отмечают, что для всех сторон энергетический фактор остается ключевым: экспорт нефти и газа влияет как на экономическую устойчивость, так и на возможность финансирования текущих расходов. Одновременно усиливается и общий геополитический фон.
Заявления Дональда Трампа о том, что США могут сократить поддержку союзников по НАТО, если те не увеличат военные расходы до 5% ВВП, добавляют неопределенности. В таком контексте Европа может начать действовать более самостоятельно, что потенциально повышает риски эскалации.
Дополнительным фактором напряженности становится усиление давления на российский энергетический экспорт, в том числе через попытки ограничить работу танкерного флота. В случае вовлечения военных сил для сопровождения таких перевозок вероятность прямых столкновений возрастает.
В итоге складывается такая картина. С одной стороны наблюдается растущая интенсивность атак и поиск уязвимых точек в инфраструктуре. С другой — вовлечение новых территорий и игроков, пусть даже косвенное. Чем ответит Москва на подобные атаки? Будет ли она считать страны Балтии законной целью, так как фактически они сопричастны к налетам БПЛА на российские территории. Вопрос открыт.