Предыдущая часть:
Дети и правда обрадовались приезду тёти Веры. Они помнили, как она приезжала к ним на праздники и всегда привозила интересные подарки. Да и сейчас, несмотря на своё нерадостное положение, Вера приехала не с пустыми руками. Пока она потихоньку обустраивалась на новом месте, размышляя о том, как лучше подступиться к разделу имущества, зазвонил телефон. К её удивлению, на экране высветился номер Дениса.
— Не знаю, чего ещё ожидать, — пробормотала она, помедлив секунду, и всё же ответила.
— Ты когда собираешься забрать свои вещи? — спросил он ворчливо, даже не поздоровавшись.
— Так мы же просто взяли паузу в отношениях, — язвительно заметила Вера. — Ты сам так сказал.
— Не строй из себя дуру, — фыркнул Денис. — Ты прекрасно поняла, что я на самом деле имел в виду. Просто не хотелось твоих дурацких сцен и скандалов. Так что с вещами решай — могу прислать курьера, только скажи адрес.
— Давай, присылай, — согласилась Вера, подумав, что хоть что-то полезное от него дождёшься за пять лет.
Курьер приехал тем же вечером, и это оказалось довольно кстати. Уходя из дома, Вера не взяла с собой даже самого необходимого. И хотя она уже купила кое-что, без чего никак не обойтись, всё же гораздо приятнее пользоваться своими любимыми вещами. Разбирая коробку с книгами, она неожиданно наткнулась на нечто странное. Между томами, немного помятая, лежала тонкая тетрадь необычной формы. Вера, как врач, сразу опознала предмет — это была медицинская карта, причём явно не принадлежавшая ей. Похоже, Денис случайно забросил её туда.
Она помедлила, раздумывая. С одной стороны, вещь довольно личная, и по-хорошему стоило бы вернуть её владельцу. Но с другой — очень уж стало любопытно, чья эта карта и по какой причине она оказалась у них дома, а не в поликлинике. Любопытство всё же пересилило. Вера открыла документ на первой странице и тут же убедилась в правильности своей догадки. Карта принадлежала Денису, и заведена она была довольно давно. Ознакомившись с содержимым, она поняла, почему именно этот документ оказался у них дома. Похоже, муж специально забрал его из поликлиники и не вернул, сделав вид, что карта потерялась, и завёл новую. И это было неудивительно, учитывая те сведения, которые ей открылись. Непонятно было только одно: зачем вообще хранить такое у себя дома? Если Денис хотел скрыть диагнозы, проще было уничтожить карту.
— Ну что у тебя там? — поинтересовалась Наталья, заглядывая в комнату. — Что-то ты подозрительно притихла.
— Да так, — протянула Вера, не отрывая взгляда от документа. — Денис по ошибке положил в коробку свою медицинскую карту. Похоже, хотел скрыть её ото всех. Тут, знаешь ли, прекрасное заключение от психиатра: нарцисс, склонен к патологической лжи и манипуляциям.
— И чего из этого мы не знали без всяких там психиатров? — усмехнулась подруга.
— И правда, — согласилась Вера.
Однако, продолжив листать карту дальше, она нашла ещё кое-что любопытное. Как и положено, была указана группа крови. Вот только прежде Вера видела кое-какие анализы мужа, и там группа была другой. Выходило, что кто-то подделывал документы. Но кто и зачем?
Когда на следующее утро Вера пришла на работу, её встретила взволнованная Наталья, которая как раз собиралась уходить домой после ночной смены.
— Там тебя шеф ищет, — шепнула подруга, оглядываясь по сторонам. — И, по-моему, он чем-то сильно недоволен.
— Ясно, — пожала плечами Вера, хотя внутри что-то неприятно кольнуло. — Зайду к нему, спасибо, что предупредила.
Ничего не понимая, она направилась в кабинет главного врача. Смутная тревога нарастала с каждым шагом, хотя она была уверена, что никаких серьёзных прегрешений за ней не числится. Тем не менее в голове против воли всплывали слова Светланы: «Мужа ты уже потеряла, а такими темпами останешься и без работы».
Главный врач даже не потрудился поздороваться, когда она вошла. Он сидел за столом с каменным лицом, и вид у него был крайне серьёзный.
— На тебя жалуются пациенты, — начал он без предисловий. — Говорят, ты назначила неправильное лечение одной пожилой женщине, и в результате ей стало настолько плохо, что, если бы она вовремя не обратилась к другому врачу, всё могло закончиться трагически.
— И вы верите в это? — спросила Вера, которой даже не нужно было уточнять, о ком идёт речь. — Вы же знаете меня, я всегда всё внимательно проверяю, прежде чем что-то назначить.
— Я бы, может, и не поверил, — вздохнул начальник, отводя взгляд. — Но с фактами не поспоришь. Я сверился с твоими назначениями в электронной карте — они неверные. Ты ведь понимаешь, что это не мог сделать кто-то другой. Только ты.
— Вообще-то могли, — возразила Вера. — Если каким-то образом узнали мой пароль и взломали систему. Такое вполне возможно.
— Ну, это ещё доказать надо, — заметил главный, разводя руками. — А пациентка требует, чтобы тебя немедленно наказали по всей строгости. В общем, открываем служебное расследование. Но пока оно идёт, сама понимаешь, от работы тебя придётся отстранить.
Вера вышла из кабинета, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Она даже не сомневалась, что всё это дело рук Светланы, а «недовольная пациентка» — никто иная, как её мать. В неё до последнего не хотелось верить, что бывшая подруга способна на такое. Ведь она лично не причинила ей никакого зла. Скорее уж наоборот — эта бывшая подружка забрала у неё мужа, а теперь зачем-то хочет лишить вообще всего.
Несмотря на то, что к работе Веру больше не допускали, она всё равно проводила в больнице много времени. Причина была проста: тот самый пациент без памяти, которого она просто не могла бросить на произвол судьбы. Теперь, правда, она не имела права проводить ему никаких процедур, но хотя бы просто сидела рядом, скрашивала его одиночество, читала вслух книги, которые он сам пока не мог осилить.
— Я просто уверен, что это какое-то недоразумение, — твёрдо сказал он, узнав о её отстранении. — Любой может понять, глядя на вас, что вы отличный врач и прекрасно справляетесь со своей работой.
— Спасибо, — улыбнулась Вера, тронутая его поддержкой. — Надеюсь, что расследование поможет раскрыть правду.
Как-то она уже привычно сидела у его кушетки и читала вслух. Мужчина слушал, глядя в окно, и вдруг резко хлопнул руками по собственным коленям — так сильно, что Вера вздрогнула от неожиданности и чуть не выронила книгу.
— Я вспомнил! — воскликнул он, поворачиваясь к ней с горящими глазами. — Я кое-что вспомнил!
— Что именно? — осторожно спросила она, настороженно глядя на него.
— Я стоял на берегу реки, — начал он, прикрывая глаза, словно стараясь удержать ускользающую картину. — Рядом со мной был какой-то мужчина. Он кричал на меня, размахивал руками, вообще вёл себя агрессивно. Требовал, чтобы я подписал какой-то акт приёмки работ, а я говорил, что не могу этого сделать, потому что грунт поплывёт. А потом… потом был удар по голове, и, похоже, меня столкнули в воду.
— А вы помните, как выглядел тот мужчина? — спросила Вера, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Или может быть, какие-то ещё детали?
— Не уверен, что смогу описать его, — задумчиво проговорил пациент. — Но если увижу — думаю, узнаю. Ещё, кажется, он называл меня Михаилом. Может быть, это и есть моё имя?
Больше они эту тему не затрагивали, но с тех пор стали разговаривать чаще и откровеннее. Вера рассказывала о своей жизни, надеясь, что это поможет пробудить в нём какие-то воспоминания, и это действительно помогало. Потихоньку он начал вспоминать что-то из детства, из юности, но о том трагическом дне, из-за которого оказался в больнице, предпочитал не говорить.
В тот день Вера показывала ему фотографии в телефоне. Дети Натальи, забавный котёнок на дороге, новый шкаф в их семейной квартире — её гордость, потому что она долго искала именно такой. Листая галерею, она наткнулась на снимок, от которого у неё самой перехватило дыхание. Смеющийся Денис смотрел с экрана — тогда ей показалось, что он как-то особенно красиво получился на фото, и нужно было непременно запечатлеть этот момент. Она протянула телефон Михаилу, не придавая этому особого значения.
— Это мой муж, — небрежно обронила она.
Михаил взял телефон, и в ту же секунду его лицо исказилось. Он побледнел, и Вера увидела, как он схватился за голову. В его глазах застыл настоящий страх.
— Это же он! — выдохнул Михаил, и его голос дрогнул.
Она и так поняла, кого он имеет в виду, но всё равно, не желая в это верить, переспросила:
— Кто он?
— Тот самый, кто столкнул меня в реку.
Теперь уже за голову схватилась Вера. Михаил говорил очень уверенно, так что ошибки быть не могло. Выходит, её муж, помимо всего прочего, ещё и чуть не убил человека. И сделал это намеренно — его жертва спаслась только чудом.
Первым делом нужно было защитить Михаила. Вере очень хотелось разобраться в этом деле, но она понятия не имела, с чего начать. После недолгих раздумий она решила поехать к свекрови. Зоя Петровна, как выяснилось, была причастна к махинациям сына с имуществом, значит, возможно, знала и о других его делах. Вера не очень хорошо знала Зою Петровну, но совсем уж бездушной или расчётливой эта женщина ей не казалась.
Приехав к дому, она долго звонила в дверь — никто не открывал. Она уже отчаялась и собиралась уходить, когда с противоположной стороны лестничной клетки послышался осторожный шорох. Из другой квартиры выглянула пожилая соседка, говоря почему-то шёпотом.
— Зои Петровны нет, — сообщила она, испуганно оглядываясь.
— А когда она будет? — спросила Вера.
— Да кто ж её знает, — соседка покачала головой. — Беда у неё. Сын на дачу увёз, телефон отобрал и запрещает с кем-либо разговаривать. Каким-то чудом она сумела мне весточку передать.
— Не волнуйтесь, — твёрдо сказала Вера. — Я попробую всё выяснить.
Адрес дачи был ей хорошо известен. Она сразу отправилась туда. Зоя Петровна копалась в огороде, но, завидев невестку, вскрикнула и заозиралась по сторонам, как её соседка.
— Не волнуйтесь, — поспешно сказала Вера, подходя ближе. — Вашего сына здесь нет.
— Ещё бы он здесь был, — голос свекрови дрогнул, на глазах выступили слёзы. — Он ведь разводится с тобой и меня в это впутал. Прости, Верочка, не хотела я тебя обижать.
— Но как это произошло? — ошарашенно спросила та. — Квартира-то ведь на вас записана, я правильно понимаю?
— Да выбора у меня не было, — проговорила Зоя Петровна, опускаясь на скамейку. Голос её дрожал, слёзы катились по щекам. — Я когда-то по молодости совершила ошибку. Работала тогда акушеркой, и была у меня пациентка, потерявшая ребёнка, а другая родила здорового мальчика. Вот только он ей был не нужен. И я тогда тех детей подменила. А теперь сын, узнав об этом, шантажирует меня. Грозится в тюрьму отправить на старости лет, если не буду делать всё, что он скажет.
Вере оставалось только печально покачать головой. Стало ясно, что свекровь вряд ли сможет чем-то помочь — она сама в руках у Дениса. Видимо, и к махинациям с медицинской картой сына она была причастна, только не по своей воле.
Продолжение: