Гендиректор Института развития интернета Алексей Гореславский о новом пути медиаиндустрии
Бюджет Института развития интернета (ИРИ) за пять лет увеличился почти в десять раз. О распределении средств на производство контента в интернете, о росте его стоимости за последний год, о том, нужно ли рынку такое число онлайн-кинотеатров, и о работе с Max в интервью “Ъ” рассказал гендиректор ИРИ Алексей Гореславский.
— Бюджет ИРИ на 2026 год составил почти 26 млрд руб., в 2025-м — 25,3 млрд руб. (на 40% больше, чем в 2024-м). Почему финансирование относительно динамики 2025 года не показало такого роста?
— Напомню, что в 2020 году все начиналось с бюджета в 3 млрд руб. По мере того как ИРИ начал работать с контентом, проводить конкурсы молодежного и национального контента, а впоследствии и другие отборы — региональный, дебютный, сценарный, конкурс ИИ,— и, самое главное, показывать результат, было принято решение увеличить наш бюджет. В 2024 году в послании президента Федеральному собранию Владимир Путин заявил о выделении 100 млрд руб. на создание контента в интернете в течение семи лет, то есть до 2030 года. Соответственно, увеличение бюджета ИРИ напрямую связано со словами президента. Однако не только мы являемся основным получателем этих средств, хоть и значительная часть — чуть более половины — отошла в бюджет ИРИ.
— Как сейчас распределяются средства в рамках направлений?
— Пока рано говорить о распределении в 2026 году, поскольку текущие конкурсы стартовали осенью прошлого года и результаты будут известны только к середине лета. На примере 2025 года могу сказать, что чуть более 51% — видеоконтент, 34% — блогосфера, 9% — мультиформатный контент, 5% — игры и программные продукты, 0,1% — прототипы игр, 0,5% — интернет-проекты в СМИ и 0,03% — конкурс сценариев.
— Какая часть бюджета 2026 года забронирована контрактами предыдущих лет?
— Во-первых, цифра колеблется. Во-вторых, мне кажется, не совсем правильно раскрывать эту информацию. Это порядка сотни проектов, часть бюджета которых забронирована на последующие годы, их еще снимают.
— Вырос ли объем запрашиваемых средств у ИРИ из-за новых законодательных инициатив?
— Эффект налоговых инициатив мы сможем оценить только к концу этого года. Все дорожает каждый год, но очень неравномерно. Мы провели аналитику по статьям расходов во входящих заявках 2025 года по отношению к 2024 году. Подчеркну, что речь идет именно о входящих запросах, которые далее проверяются и корректируются. Например, нам приносят заявку с запросом на 100 млн на проект. Дальше идет сверка с рыночной стоимостью, проверка адекватности бюджета. В итоге бюджет уже не 100 млн руб., а, например, 90 млн. Из них ИРИ дает 50–70% в зависимости от проекта. В процессе корректируются как ставки, так и выплаты по разным направлениям и категориям.
— Какие проекты, поддержанные ИРИ и вышедшие в 2025 году, вы можете назвать успешными?
— Я бы отметил «Константинополь». По данным Mediascope, он вошел во все топы ИРИ прошлого года: и по просмотрам, и по времени смотрения. Это история о русских эмигрантах начала 1920-х годов. Авторы попытались осмыслить, можно ли создать для себя счастливое будущее, оторвавшись от родной страны, от корней. Статистика показывает, что вопрос для аудитории актуальный. И сериал «Дорогой Вилли» о переговорах Брежнева и Брандта. Проект позволяет по-новому взглянуть на привычные нам исторические фигуры — на тех, кто своим решением поменял ход истории. Платформы отмечали, что этот сериал неожиданно привлек не только взрослую, но и молодую аудиторию. Важный для нас результат.
— Недавно режиссер «Слова пацана» Жора Крыжовников завуалированно анонсировал возможное продолжение проекта — пост с цифрой 2 и отмеченными на нем актерами сериала. Обсуждаете ли вы проект?
— Господин Крыжовников в хорошем смысле слова интриган: он, как настоящий режиссер, делает так, чтобы публика замерла в ожидании. Правильно делает, мастер драмы. За него ничего сказать не могу.
— Готов ли ИРИ выделить деньги на продолжение?
— Решение по поддержке, напомню, принимает продюсерский совет и потом наблюдательный совет. Если проект примет участие в конкурсе ИРИ, пройдет все этапы и получит высокую оценку этих двух коллегиальных органов, то поддержку он получит.
— Онлайн-кинотеатры с прошлого года начали сокращать производство новых проектов. В связи с этим можно ли утверждать, что ИРИ остается единственным инвестором новых сериалов?
— Мне кажется, произошла коррекция завышенных ожиданий предыдущих периодов, когда случился бум онлайн-кинотеатров.
Все попытались пойти по пути Netflix: «Давайте снимем 100 сериалов и захватим мир». Но чтобы быть как Netflix, нужно обладать бездонными карманами. Ни у нас, ни у рынка такого нет. Если раньше все платформы говорили: «только у нас будет этот продукт, это наш оригинальный проект», то по итогам 2025 года мы видим, что в два раза увеличилось число сериалов, снятых в копродукции. Ведь от выпуска одного оригинального проекта, пусть даже флагманского, вряд ли случится массовый приток пользователей на платформу.
ИРИ продолжает оставаться одним из крупнейших игроков. Нас отличает от всех остальных то, что наш бюджет предельно прозрачен: то есть известно, сколько денег у нас заложено, сколько мы их потратим в год. Все же остальные могут маневрировать: в прошлом году вложить сильно больше, а в этом, например, сильно меньше. Меня радует, что мы стараемся в основном работать над качеством. Например, число устройств, с которых смотрят проекты ИРИ, выросло в прошлом году на 25%, а время смотрения наших проектов на АВС увеличилось на 14 минут. Среднее время смотрения проектов ИРИ в расчете на одно устройство на аудиовизуальных платформах — два с половиной часа.
— Нужно ли рынку столько онлайн-кинотеатров?
— Сейчас мы находимся в здоровой фазе: число премьер, по моим наблюдениям, снизилось. Премьеры больше никто не выпускает практически каждый день, если речь о больших проектах. И это совершенно нормально, потому что зритель не успевает даже отсмотреть все это. Что касается платформ, в реестре Роскомнадзора сейчас находится 21 платформа, из них мы работаем с десятью. Но даже десять — это очень много. Особенно для нашего рынка, который не так велик. Если бы нас было около миллиарда человек, наверное, наличие на рынке десяти платформ было бы оправдано. Хотя практика показывает обратное: в том же Китае это устроено совершенно по-другому. Если рассуждать чисто рыночно, то число платформ должно сократиться условно до пяти. И в моем понимании наибольшие шансы в долгой перспективе есть у тех, кто встроен в большие экосистемы. С самостоятельным бизнесом, конечно, все будет труднее.
— “Ъ” сообщал, что из сериалов и фильмов стриминги стали массово удалять не только запрещенный контент, но и формально не попадающие под ограничения сцены из-за нового регулирования. Как вы управляете рисками в связи с новыми законодательными инициативами в контексте проектов, которые заявляют в ИРИ?
— Все случаи предусмотреть невозможно, поскольку законодательство новое, оно находится в стадии накопления примеров правоприменения. Но когда у тебя в библиотеке 10 тыс. продуктов, то в каком-то из них, выложенном даже десять лет назад, вполне может быть найден какой-то фрагмент, напоминающий запрещенную ныне тему.
Что касается ИРИ, мы все-таки поддерживаем социально значимый контент, и содержание проектов оценивается независимыми экспертами с ценностной точки зрения еще на стадии отбора. Если проект уже получил поддержку ИРИ, с ним также работает редакторский блок. И если какая-то часть сюжета вызывает вопросы с точки зрения допустимого законом, это, безусловно, обсуждается с создателями.
— Вам не кажется, что текущее регулирование чрезмерно?
— Закон есть закон, его надо исполнять. Другой вопрос, что есть определенный срок внедрения новых требований. Давайте будем смотреть правде в глаза. Например, у вас в библиотеке 100 тыс. единиц контента, их все надо пересмотреть под определенным углом. Это можно поручить искусственному интеллекту, но сначала надо обучить ИИ так, чтобы он точно понимал, о чем идет речь. Дальше начинается вопрос интерпретации. Кому-то кажется, что тут есть намек, кому-то кажется, что это была вообще-то шутка. В подобного рода ситуациях, на мой взгляд, государство довольно лояльно к этому относится. Идет определенный процесс. Каждый следующий вынесенный Роскомнадзором штраф корректирует практику для онлайн-платформы. Постепенно появляется понимание, что под этот закон подпадает.
— Насколько подорожало кинопроизводство за прошлый год? И насколько подорожает в этом? Можете ли вы назвать основные статьи расходов?
— По отношению к 2024 году средний рост составил где-то 10–12%. Основные статьи расходов — это работа сценаристов, продюсеров, операторов, артистов, звукорежиссеров, специалистов постпродакшена и других. Безусловно, подорожала и аренда локаций для съемок.
— Насколько этот показатель вырастет в 2026 году?
— Производственная инфляция, может быть, будет даже меньше, чем в 2025 году, с учетом коррекции числа проектов.
— В марте 2024 года ИРИ анонсировал запуск телеканала «Мы». Что с ним сейчас?
— Телеканал «Мы» сейчас в пакете у 80 операторов и доступен на всех ключевых ОТТ-платформах: Okko, Wink, «Кион», «Кинопоиск», «Иви», Start, Premier, «Смотрёшка», «Триколор», «Орион» и других, идет трансляция телеканала в сообществе VK. Технический охват составляет более 35 млн человек. По данным Mediascope, в 2025 году накопленный годовой охват аудитории канала составил 16,5 млн человек. С 2024 года в рамках программы поддержки региональных каналов контент ИРИ получили несколько десятков региональных телеканалов: в Новороссийске, Краснодаре, Ярославле, в Херсонской области, на Камчатке, в Челябинске, Екатеринбурге, Томске, Калининграде и других городах.
— Обращались ли в ИРИ блогеры с запросом на грант на каналы в мессенджере Max?
— У нас разрешены любые незаблокированные соцсети, поэтому прийти можно было всегда. По поводу Max: в осенних конкурсах 2025 года каналы в национальном мессенджере активно фигурируют. Но сами результаты будут подведены только в мае—июне.
— Как вы планируете взаимодействовать с аудиторией Max?
— Мы рассматриваем мессенджер как инструмент донесения смыслов до аудитории.
Сейчас там уже 100 млн установок, значит, через Max можно достучаться.
— Эффективным ли инструментом для ИРИ был Telegram?
— Достаточно эффективным: в общей сложности с 2022 года мы профинансировали 580 проектов с размещением в Telegram, которые набрали более 2,7 млрд просмотров на самой платформе. Но это лишь одно из средств распространения, ведь блогеры, как правило, параллельно «постят» контент еще во «ВКонтакте» и «Дзене». И цифры это доказывают: например, общее число просмотров у упомянутых мной проектов сильно выше — 7,7 млрд.
— В 2024 году ИРИ впервые подал в суд на победителя конкурсного отбора ООО «Игрофест» (бренд IGM) за присвоение оставшихся после реализации проекта госсредств. Участились ли такие случаи?
— Мы взыскали с них средства. На самом деле это регулярная претензионная работа. У нас в год где-то два-три судебных случая.
— Ситуация стала системной?
— Не единичной. Это и будет системной историей, если производители не будут понимать, что это их зона ответственности, а будут пытаться прятаться или предоставлять некорректные данные.
— Но ИРИ же обычно старается урегулировать претензии в досудебном порядке.
— С одной стороны, мы обязаны исчерпать все возможные средства и применить все возможные методы для того, чтобы вернуть государственные деньги. С другой стороны, нет задачи и желания вести каждого производителя контента в суд. Конечно, мы тратим приличное время — до года,— чтобы урегулировать ситуацию досудебно.
— Какие проекты будут успешными в 2026 году?
— Скоро выходит «Центурия» («Кино1ТВ», Okko, «Кион») — шпионский боевик про сотрудницу российских спецслужб, которая отправляется в Мариуполь бороться с западными спецслужбами за молодежь. Также ждем адаптацию произведения братьев Стругацких «Трудно быть богом» от «НМГ Студии», TeamFilms, НТВ и Wink. Есть еще одна адаптация их романа «Полдень» от «Медиаслово», «Кион» и Okko. Четвертый продукт, который назову,— это «Рыцари сорока островов» от Wink на основе одноименного произведения Сергея Лукьяненко.
У нас также уже состоялись премьеры нескольких игр. Например, 24 февраля вышло продолжение игры «Передний край» — проекта под названием «Гостомельские богатыри», который уже собрал много положительных отзывов. Параллельно развивается и детское направление: вышла игра «Простоквашино: Почемучка 2» из серии мобильных игр «Академики веселых игр». Уже узнаваемая и востребованная у аудитории линейка, ориентированная на детей и подростков. В апреле—мае ждем первый отечественный гоночный симулятор на FPV-дронах — «Сплит». В июне — «Северный путь. Новые земли». Это вторая часть приключенческой игры об освоении Севера. И еще один ближайший проект — «Дорога жизни». Это бесплатный сюжетный симулятор вождения, посвященный работе водителей на ледовой трассе Ладожского озера. Демоверсия выйдет в мае, а полная версия — в сентябре.
— Если мы говорим о фантастике, «Кинопоиск» два года назад анонсировал проект совместно с «Первым каналом» по «Ночному дозору». Что с релизом сейчас?
— Думаю, эта история вполне спокойно может возродиться, со времен первого «Дозора» прошло 20 лет. У нас сейчас есть на конкурсе две заявки на игры, так или иначе связанные с этой вселенной. Пока они находятся на оценке экспертов. Мне кажется, что перспективы у этой истории довольно большие.
Если возвращаться к грядущим проектам, то есть также исторические и современные военные истории. Готовится проект «Ополченец» («Берг Саунд») — сериал о Смутном времени, история Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского. Есть сериал «Марик» («Всемирные русские студии», НТВ, КИОН) — драма о враче скорой помощи, который переезжает в Мариуполь, экранизация одноименной повести А. С. Пушкина «Капитанская дочка» (ON Студия, Star Media, «Россия», «Кион»). Пока мы двигаемся по пути исторических проектов, в том числе и о современной реальности, и о понятных человеческих историях, поскольку они пользуются спросом, интересны и нужны аудитории.
— Какие риски вы ожидаете от 2026 года?
— Риском номер один я бы назвал прежде всего экономический и финансовый. То есть сочетание факторов, когда налоги повысились, расчеты не оправдались и что-то пошло не так. Есть риск внезапного неудачного проекта, связанный с тем, что не хватило денег, не хватило сил, разные обстоятельства. Остальные риски связаны с дистрибуцией контента в блогосфере. Условно говоря, при сворачивании привычных блогерам площадок и разворачивании новых эти два встречных процесса могут принести ряд проблем. Если у человека был 1 млн подписчиков, а стало 50 тыс., потребуется несколько лет, чтобы полноценно конвертировать или даже заново собрать аудиторию. При этом человек уже привык к определенным форматам, объемам. Я имею в виду и деньги, и возможности. Всех ждет определенная коррекция представлений.
Интервью взяла Юлия Юрасова
Держите новости при себе. Присоединяйтесь к Telegram «Коммерсанта».