Помните, как Гарри удивил всех, когда перед Играми в Дюссельдорфе заскочил к бабушке на чай, чтобы проверить теми ли людьми она окружена? Образ «любимый внук королевы» создали для него серые костюмы, а он так в этот образ вжился, что сам в него поверил. На самом деле все было совсем не так. Об этом рассказал нам Хьюго Викерс.
В новой книге писателя и друга королевской семьи, автора биографии «Королева Елизавета II: Личная история», раскрыты детали, о которых раньше предпочитали не говорить
Оказывается, после того как принц Гарри и Меган Маркл покинули королевскую семью, королева Елизавета II перестала доверять внуку настолько, что отказывалась разговаривать с ним по телефону без свидетеля.
Это было не просто недоверие. Это был холодный, выверенный расчёт женщины, которая за семьдесят лет на троне научилась защищать себя и корону от любых угроз. Особенно если угрожают те, в ком течет ее кровь.
Викерс пишет, что после того, как Гарри и Меган дали скандальное интервью Опре Уинфри и начали работу над мемуарами «Запасной», королева изменила правила общения с внуком.
«Когда бы принц Гарри ни звонил своей бабушке, она просила свою фрейлину остаться с ней», — цитирует автора Page Six.
Ей нужен был свидетель
Кто-то, кто зафиксирует каждое слово, кто подтвердит потом, что было сказано, а что — нет.
Инсайдер из дворца описал эти разговоры как «односложные». Королева отвечала «да» и «нет» и, судя по всему, не стремилась поддерживать беседу.
«Королева явно хотела какой-то защиты, — сказал источник. — Она держала фрейлину рядом для моральной поддержки и защиты… чтобы обеспечить запись того, что было сказано».
Викерс не скрывает своего отношения к происходящему.
«Стресс, в который Сассекские погрузили королеву в последние годы её жизни, невозможно переоценить», — пишет он. И добавляет, что, по его мнению, королева была «настороже с Гарри, потому что была так оскорблена тем, что он сделал».
Она могла бы гневаться. Могла бы отречься от внука
Но она выбрала другой путь — путь холодной вежливости, за которой скрывалась глубокая рана. Даже когда Гарри и Меган привезли Лилибет на платиновый юбилей в июне 2022 года, чтобы познакомить девочку с прабабушкой, королева отказалась видеть их наедине.
Опять — с фрейлиной. Опять — свидетель. И, по данным Викерса, она запретила им приводить своего фотографа, опасаясь, что пара обнародует снимки.
Викерс также приводит слова королевы, сказанные, судя по всему, в узком кругу.
«И вот Гарри отказался от всего, и ради чего? Чтобы нянчиться с Арчи?»
В другой раз она заметила: «Одну минуту он капитан-генерал Королевской морской пехоты, а в следующую — просто нянька».
Это не просто слова. Это диагноз. Королева не могла понять, как человек, который носил форму, который был её внуком, который мог бы служить стране, предпочёл жизнь, где его главная роль — это быть отцом. Не королевским отцом. Просто отцом.
Викерс рассказывает и о более ранних событиях
О том, как королева советовала Гарри подождать год перед свадьбой с Меган. О том, что она не одобряла ни спешку, ни выбор невесты, которую принц Филипп называл не иначе как «Американка».
О том, как королева, по словам Викерса, не одобрила свадебное платье Меган — «слишком белое и с некрасивыми плечами». Но тогда, в 2018-м, она промолчала. Позволила внуку сделать свой выбор. И получила то, что получила.
Хьюго Викерс — не случайный биограф. Он встречался с королевой более сорока раз. Его книга выйдет 8 апреля, но отрывки, опубликованные в прессе, уже вызвали бурную реакцию. Он говорит, что не может простить Сассекским того стресса, который они причинили королеве.
«Один момент, который я никогда не прощу Сассекским, — это стресс, в который они погрузили королеву», — заявил он.
Для Гарри это очередной удар
Он уже привык к тому, что его слова ставят под сомнение, что его воспоминания называют ложными, что его поступки осуждают. Но здесь — его бабушка. Женщина, которая, по его собственным словам, была для него опорой.
Оказывается, и она перестала ему верить. Настолько, что даже телефонный разговор с внуком превратился в процедуру, требующую свидетеля.
Когда Гарри писал «Запасного», он, наверное, думал, что открывает миру правду. Но правда, которую открывает Викерс, страшнее любой выдумки. Бабушка, которая его любила, под конец жизни боялась с ним разговаривать. Не из страха перед ним. Из страха перед тем, что он сделает с её словами. И это, пожалуй, самый горький приговор из всех возможных.
Это все хейтеры Сассекских выдумали, правда? Напишите комментарий!