Чрезмерное употребление алкоголя вредит всему!
Поэт (а также драматург, киносценарист, кинорежиссер, актер и художник) Владимир Владимирович Маяковский (1893 – 1930) – один из самых известных поэтов ХХ-го столетия, чье имя знают даже те, кто редко читает стихи. Он искал новые формы, ломал привычные рамки, а его революционный взгляд на искусство превратил поэзию в мощное средство воздействия.
Родился он в Грузии, в селе Багдади Кутаисской губернии, где его отец служил лесничим. Позже село было переименовано в Маяковский. В 1900 году семья переехала в Кутаиси, где он учился в гимназии и брал уроки рисования у единственного кутаисского художника С. Краснухи. Он вообще хотел стать художником и даже учился потом в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. К слову, свободно говорил по-грузински.
Когда ему было 13 лет, от заражения крови умер его отец: поранил палец иглой, сшивая бумаги. С тех пор и до конца жизни Маяковский боялся бактерий: всегда носил с собой мыло, одеколон и брал в путешествия складной таз, а в зрелом возрасте пил в барах пиво, держа кружку в левой руке, чтобы не прикасаться к ней губами там, откуда пили другие. И всю жизнь ненавидел иголки и булавки.
Заканчивал учебу уже в московской гимназии, куда семья переехала после смерти отца. «После похорон отца - у нас 3 рубля. Инстинктивно, лихорадочно мы распродали столы и стулья. Двинулись в Москву. Зачем? Даже знакомых не было». В московской гимназии было написано первое, «невероятно революционное и в такой же степени безобразное» (по его же словам) стихотворение, опубликованное в нелегальном школьном журнале.
Вступил в партию большевиков, работал в подпольной типографии. В 1909–1910 годах его несколько раз арестовывали. Сначала отдавали «на поруки» матери, а в третий раз посадили в тюрьму. В одиночной камере Маяковский писал стихи и прочитал множество книг. Он мечтал о новом искусстве, новой эстетике, которая будет в корне отличаться от классической. После освобождения решил учиться живописи - сменил нескольких преподавателей и через год поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, но писать стихи не бросал.
В 1912 году он стал частью футуристической группы «Гилея» и подписал манифест «Пощёчина общественному вкусу», в котором авторы отвергали традиционную литературу и призывали к поиску новых форм. В 1913 году вышла его поэма «Ночь», а через год - одно из самых его известных произведений «Облако в штанах». Он начал выступать с чтением своих стихов и делал это с такой энергией, что его выступления напоминали театральные представления. Причем, по воспоминаниям современников, он «отличался застенчивостью, сковывающей его подчас настолько сильно, что ее трудно бывало преодолеть». Владимир боролся с этим напускным нахальством и всякими мелкими провокациями.
Интересно, что хоть он и был патологически брезглив, но при этом любил всякую живность, постоянно подбирая бездомных кошек и собак. В конце концов хозяйка квартиры, в которой он жил, попросила его «очистить помещение от зверинца». В такую же крайность он впадал и в любви. Чего стоил один лишь «тройственный союз» из него, Лили Брик и ее мужа Осипа Брик. Он проживал с супружеской парой в одной квартире и оплачивал все их счета. Причем Лиля Брик отбила Маяковского у своей младшей сестры.
Как все отмечали, пристрастия к алкоголю особого он не имел, но вино, особенно шампанское, уважал и считал, что в нем надо уметь разбираться. «Вино я всосал с молоком матери – родился среди виноградников и пил его, как дети пьют молоко». Слыл знатоком винных дел. Трезвенником не был, но и не злоупотреблял, как можно было бы подумать, и всегда следил за количеством выпитого, отдавая предпочтение игристым и тихим винам.
Юрий Олеша писал: «Пил главным образом вино того сорта, которое теперь называется «Советским шампанским», а в те годы называлось шампанским «Абрау-Дюрсо». Когда я однажды крикнул официанту: «Шампанского!» Маяковский сказал: «Ну, ну, что это вы! Просто скажите "Абрау”!..». А вот водку терпеть не мог категорически. Актриса Вероника Полонская вспоминала: «Водку Маяковский совсем не признавал и с презрением говорил, что водку пьют лишь чеховские чиновники». Для Маяковского водка была символом пошлости и мещанства, с чем он боролся и в быту, и в стихах.
В 1923 году Маяковский познакомился с Александром Родченко, и они основали неофициальный дуэт «реклам-конструкторов», и начав создавать рекламные плакаты для Моссельпрома, Резинотреста, Чаеуправления, Госиздата, Ленгиза, ГУМа и т.д. Туда входил и Казимир Малевич, между прочим. Они выпускались всего два года (1919–1921), но за это время стали новым явлением. Тексты были максимально лаконичны, легко запоминались и были предельно просты. Алкоголь они не рекламировали, а наоборот, боролись за трезвость, так как государство проводило жесткую антиалкогольную политику. Только в 1921 году Совет народных комиссаров разрешил свободную выделку и продажу виноградного вина крепостью до 14 градусов. В конце 1922 года легальным напитком стал коньяк. Но пиво было, о чем и свидетельствует плакат ниже.
Известно и стихотворение Маяковского «Пиво и социализм», написанное в 1927 году. Которое советую найти, если интересно; для статьи оно большое.
«Блюет напившийся.
Склонился ивой.
Вулканятся кружки, пену пе́пля.
Над кружками надпись: «Раки и пиво завода имени Бебеля» и т.д.
Для рабочего класса существовали пивные, коих в 1922 году только в Москве было более сотни. Считалось, что пивная будет выполнять функции мужского клуба, где за кружечкой пенного сознательные граждане будут обсуждать текущий политический момент. На стенах висели портреты Карла Маркса и В. И. Ленина, впрочем, в 1924 году портреты были убраны, а точнее, заменены на плакаты: «Лицам в нетрезвом состоянии ничего не продаётся», «Если хочешь быть культурным, окурки и мусор бросай в урны», «Пей, но знай меру: в пьяном виде ты можешь обнять своего классового врага». Все четко и по делу, особенно последнее понравилось.
Маяковский курил и, по воспоминаниям друзей, курил очень много. Обычно он закуривал папиросу от папиросы, а когда нервничал, то просто жевал мундштук. В 1929 году он бросил курить и написал стихотворение «Я счастлив», в котором описал, как прекрасно жить без папирос.
Его считали азартным человеком, который за картами мог спустить большую сумму денег. Однажды в бильярд он проигрался так, что пришлось собирать деньги по друзьям. Игра в бильярд вообще занимала особое место в его жизни. Он приглашал на партию, называя это «согреться бильярдом». Во время игры он почти не присаживался, быстро шагая вокруг стола. И хотя игра его сильно захватывала, тем не менее он мог занести в записную книжку пришедшие в голову строки и рифмы, чем всех раздражал, и играть с ним не любили.
Как всякий азартный человек. он любил заключать пари на что угодно: какой номер будет у трамвая - четный или нечетный, спорил, сколько шагов до конца квартала, ставил на номер извозчика -делится на три или не делится. Но главное в этом была не финансовая выгода, а азарт.
Распространено мнение, что поэту приписывают множество стихотворных строк с матерными словами, но это не его творчество. Маяковский гордился тем, что ни разу не написал скабрезного стихотворения. Выступая, он умел управлять аудиторией и говорить с ней, как и умел осаживать любого, поражая молниеносно найденными нужными словами. Например, его ответы на вопросы из зала после выступления. Обычно после таких ответов зал взрывался от хохота, а обидчик негодующе уходил.
«Маяковский, ваши стихи не волнуют, не греют, не заражают».
– Мои стихи не море, не печка и не чума».
Или такое: «Мы с товарищем читали ваши стихи и ничего не поняли».
- Надо иметь умных товарищей!».
Но он не смог избежать пристрастия к кокаину, что было распространено в начале века. Его современники утверждали, что он всегда находился в состоянии лёгкого наркотического опьянения, черпая именно в нём свое вдохновение. В последние годы империи и во время Первой мировой его легко можно было найти, и он вошел в обиход среднего городского класса.
В 1930 году Маяковского начали называть «попутчиком советской власти», что звучало для него как оскорбление. Началась травля поэта в печати. Для человека, который не был сторонним наблюдателем, а искренне верил в революцию и служил ей своим творчеством, это было очень больно.
Я хочу быть понят родной страной,
А не буду понят – что ж?!
По родной стране пройду стороной,
Как проходит косой дождь.
«Все чаще думаю - не поставить ли лучше точку пули в своем конце». Маяковский ушел из жизни 14 апреля 1930 года в комнате на Лубянке, где он работал. Официальная версия гласила, что самоубийство совершено на почве личных отношений. Однако по Москве пошли слухи, что в этой истории слишком много неясностей. Расследование вело ОГПУ, которое быстро закрыло дело. Сотни тысяч людей вышли на улицы города, чтобы проводить в последний путь великого поэта. Писатель Юрий Олеша писал: «Если бы он знал, что так его любят и знают, не застрелился бы». Цветов не было. Был лишь один необыкновенный венок, собранный из молотов, винтов и маховиков. На нем было написано: «Железному человеку – железный венок».
Владимир Маяковский ни разу не был женат, но имел двоих детей: Глеба-Никиту Лавинского (1921–1986) и Патрисию Томпсон (Е. В. Маяковскую) (1926–2016). Интересно, что в 1935 году Лиля Брик, ставшая неофициальной вдовой поэта, получила все права на его стихи. Маяковского после смерти почти перестали печатать, гонорары иссякли, и Лиля была вынуждена обратиться с письмом к Сталину, который наложил на письме резолюцию: «Маяковский был и остается лучшим, талантливейшим поэтом нашей, советской эпохи». Может, благодаря этому память о Маяковском увековечена в бронзе, названиях улиц, площадей и станциях метро, а не сгинула в дебрях истории.
Если интересно всякое, разное и легкомысленное, связанное с хорошим алкоголем и не только, то есть канал в МАХ.