Нину Константиновну в семье называли Никой – как богиню-победительницу в Древней Греции. И было за что. У Нины Константиновны волевой решительный характер, громкий голос. Она никогда не проигрывала, а напротив, всегда выигрывала, никому не позволяла согнуть себя в дугу.
Но не всегда коту масленица. Доченька Даша познакомилась на море с простым парнем Ваней, влюбилась и вышла за него замуж без материнского благословения.
Перезванивались-переписывались, а однажды Дашенька собралась и уехала к любимому. И это было странно, потому что муж у Ники под каблуком, а дочь всегда была тихой и послушной деточкой.
Ника, разумеется, запретила даже думать о том парне и велела выбросить дурь из головы. Даша не плакала, не билась в истерике, смело взглянула матери в глаза и заявила: «Это не обсуждается. Ваня вышлет деньги, и я поеду».
В результате мать и деньги дала, и разрешила замуж пойти.
И вот молодая пара приехала погостить на пару дней. Родители Даши зятя никогда не видели, поэтому смотрели с любопытством. Особенно Ника. Бросила гордый прямой взгляд, в котором ни тепла, ни радушия, и сразу все поняла: ничтожество. Но прямо об этом не заявишь, поэтому Ника начала действовать осторожно.
Цель – показать непослушной дочери, с кем она живет. Разве можно такого любить?
За столом спросила смущенного зятя, знает ли он, кем основан старинный монастырь в их городе? Ваня, которого Ника называла про себя Иванушкой-дурачком, скромно сказал, что не знает.
Ника с торжеством, которое не собиралась скрыть, назвала фамилию одного известного в позапрошлом веке русского архитектора и задала очередной вопрос: «Дом, в котором он родился, сохранился»?
А Ваня и фамилии такой не слыхал, тихо ответил, что не в курсе.
Все молчали, всем было неловко, только не Нике. Посмотрела на зятя обжигающим взглядом и объявила приговор: «Как я поняла, тебя, Ваня, ничто не интересует, и про родной город ничего не знаешь. Очень странно».
Хотела добавить – и стыдно, но сдержалась, надо же иногда быть немного великодушной.
А Ваня неожиданно оживился, широко улыбнулся и сказал: «Какие мои годы, Нина Константиновна? У меня все впереди, есть куда стремиться, что познавать. Всему свое время»!
И этот задорный молодой голос тут же установил за столом дружелюбную веселую атмосферу. Молодые, даже Дашин отец, шутили, смеялись, держали себя легко и непосредственно. Кроме Ники. Она сидела напряженно, скованно – не как хозяйка, не как волевая решительная женщина. Смириться придется гордой властной особе. Такова жизнь, и с ней не поспоришь.
Диктовать детям нельзя, ведь жизнь не диктант.
Подписывайтесь на канал «Георгий Жаркой».