Под шкафом тихо хрустнуло, и пацан зачем то сделал вид, что не слышал. Тётя Галя тоже не повернула головы, только чуть сильнее прижала к боку половник, будто тот мог чем то защитить. Потом из темноты выкатилось что то белое, круглое и подозрительно чистое. Все замолчали. Это оказалась не кость и не глаз, а всего лишь варёное яйцо, которое почему то выглядело так, будто его уже давно ждали и даже успели по нему соскучиться. Повар кашлянул в кулак, как человек, который вот сейчас обязан сказать что то успокаивающее, но сам в это не верит. Не трогать, сказал он. Если само вылезло, значит, по акту. Тётя Галя быстро перекрестила воздух, и пацан заметил, как у неё дрогнули пальцы. Она смотрела на яйцо так, как смотрят на старого знакомого, который пришёл без предупреждения и ещё привёл с собой неприятные новости. Из под шкафа опять хрустнуло. На этот раз вылезла ложка. Потом вторая. Потом третья, погнутая, как будто её жевали не один учебный год. Очередь из детей зашевелилась сильнее, и кто