Сегодня расскажу про рыбалку с коллегами на одном из озёр, которое находится относительно недалеко от дома.
На дворе 10 апреля. Весна в самом начале, снега на улице, а тем более в лесу и у озёр — больше метра. Днём стоит плюсовая температура, а вечером и ночью стабильно минус. Лёд ещё держит, но уже чувствуется, что зима сдаёт позиции.
Ещё на работе Альберт сказал, что они с Пашей и с детьми собираются съездить на озеро, которое находится на территории Пограничного месторождения в ХМАО.
— Паша говорит, частенько там ловит, да и ехать недалеко, всё время почти по асфальту, — рассказал Альберт.
— Давайте я тоже с вами, во сколько стартуем?
— Часов в шесть поедем, как раз дойти до озера успеем.
— Хорошо, я тогда тоже соберусь, утром созвонимся.
Вечером заехал к Жоре. Он не смог поехать, но дал мне свой шуруповёрт с удлинителем.
— Смотри, Макс, там лёд и больше метра может быть. В мае на Холмах и полтора метра бывает, держи бур! — сказал он. — Жерлицы ставить будешь?
— Не охота с ними возиться, время много уходит.
— Вот, возьми эти и можешь их себе оставить, с ними проще.
Жора протянул мне свои жерлицы. Они были сделаны из крупной зимней удочки с 80-й катушкой, флажка от обычной жерлицы и прищепки для фиксации лески. Самоделка, но надёжная.
— Спасибо, друг, — ответил я.
Утром раздался звонок от Альберта:
— У Паши машина что-то не заводится. Ты же один едешь? Заберёшь его с сыном?
— Да, конечно, — ответил я. — Он как раз рядом со мной живет.
Я заехал за Пашей, и мы отправились в путь. Дорога заняла около часа. Пока ехали, Паша рассказывал:
— Раньше тут частенько ловил по весне. Ехать недалеко, озеро длинное, не сильно широкое. Местами есть хорошие ямы до 12 метров.
Мы приехали, припарковались, выгрузили сани и направились в сторону озера. До места надо было пройти метров 300–400. Первые сто метров — сугробы больше полутора метров. Но так как утром и ночью подмораживало, мы шли по ним, как по асфальту — наст держал уверенно.
Погода стояла ясная. Солнце светило вовсю, где-то в прибрежных кустах заливались первые весенние птицы. Ближе к обеду снег начал подтаивать, и на льду в наших следах появились небольшие лужицы. Воздух наполнился запахом талой воды и хвои — тем особенным запахом, который бывает только в самом начале весны.
— Я вот тут раньше ловил, — показал Паша рукой на заснеженную гладь.
Начали бурить лунку. Удлинитель, как оказалось, не пригодился — лёд был не больше длины самого шнека. Я пробурил три лунки, собрал жерлицы, которые дал Жора, и закинул их. В качестве наживки служил замороженный мохтик. И главное — не забыл поставить противоугонки на жерлицы. А то щука может и утащить.
Пробурил ещё одну лунку, достал удилище, наживил червя — и вдруг услышал тихий звон колокольчика.
Пошёл на звук, но сначала не мог понять, на какой из жерлиц поклёвка. Потом звук повторился, и цель определилась. Подошёл к жерлице, взялся за леску. Чувствую небольшие толчки — видимо, окунёк подошёл и начал теребить мохтика, но хорошей поклёвки так и не случилось.
Удочка тем временем стояла молча. Я взял бур и пробурил лунку в метре от той жерлицы, где была поклёвка. Опустил балансир, начал игру. После пары подбросов почувствовал удар — подсечка, и первый окунь оказался на льду.
— А вот и первый! — сказал я.
Детвора тут же сбежалась посмотреть на него и потрогать. А я продолжил рыбачить.
Очередной звук колокольчика раздался за спиной. В этот раз он был чёткий, звонкий и не прекращался. Когда я подошёл к жерлице, она уже трепыхалась и вот-вот хотела уходить в лунку. Подсечка — и видимо, щука не успела заглотить мохтика, я вырвал наживку из её пасти.
— Сход, — досадливо сказал я.
Потом заметил, что кивок на удочке ожил. У меня там стояла жёлтая мормышка-дробинка 5 грамм, наживлен червяк. Своевременно подсек — и ещё один окунь на льду. В этот раз покрупнее, размер почти как на Етыпуре, подумал я.
Раздался ещё один звон колокольчика. Я подбежал к жерлице, на моих глазах флажок ушёл под воду. Подсечка — и вот она, рыба на крючке! Но щука оказалась некрупной. Я снял её с крючка и отпустил обратно в лунку.
Дальше поклёвки шли в основном на удочку: то окунь, то ещё окунь, какой-то попался на балансир. Потом заметил, что у Паши случилась первая сработка — тоже некрупная щучка.
И снова звон колокольчика. Я метнулся к жерлице. Она стояла практически не шевелясь — видимо, щука взяла наживку и замерла на месте.
— Подожду, — решил я.
И не зря. Флажок резко пошёл к лунке, я подсек — на крючке оказалась щука.
— А вот эта съедобная, — сказал я.
Альберт с детьми подошли посмотреть на зубастую. Он достал весы, взвесил:
— Да, 800 грамм. Такую и съесть можно.
Небо начало затягиваться, появился ветер. Мы уже начали потихоньку закругляться, как вдруг раздался звук сработки жерлицы. Паша подсек — и уже не с такими лёгкими усилиями, как первый раз, начал вываживать рыбу. Как оказалось, ему попалась хорошая щука — весом под полтора килограмма.
— Вот это рыбка! — восхитился я. — Настоящая!
А потом небо стало тёмным, тяжёлым, как будто вот-вот пойдёт дождь. Поднялся сильный ветер, и мы заторопились к машинам.
По озеру прошли без проблем — лёд ещё крепкий, наст держит. А вот дальше, по сугробам до машины, нам, взрослым, пришлось тяжело. То на корточках, то на коленках пробирались последние метров сто. Мы то и дело проваливались и уходили под снег по пояс. И только дети шли по этому снегу спокойно, без суеты, будто это для них не препятствие, а приключение.
— Смотрите, какие вы легкие! — смеялся Паша, глядя, как его сын и дочка Альберта уверенно шагают по насту, который под нами прогибался.
Вот такая выдалась у нас весенняя рыбалка: с первыми окунями, сходом щуки, небольшими трофеями и настоящим весенним приключением на обратном пути. Дети были довольны, рыбаки — тем более. А что ещё нужно для хорошего дня?
До новых встреч! 🎣❄️✨