Однажды вечером, когда за окном завывал ветер и дождь барабанил по крыше, Александра Фёдоровна сказала:
— А не устроить ли нам книжный клуб? Как раньше? Сядем, почитаем, чайку попьём.
— Давно пора, — поддержала Елизавета. — Я так соскучилась по этим вечерам.
— А я почитаю! — заявила Катя. — Я уже умею!
— Читай, — улыбнулась Вера. — Что хочешь.
Катя убежала в свою комнату и через минуту вернулась с потрёпанной книжкой. Это была "Каштанка" Чехова — та самая, которую она прочитала первой в жизни, когда только научилась складывать буквы в слова.
— Я буду читать! — объявила она, забираясь на лавку.
Все расселись. Иван Степанович принёс керосиновую лампу и поставил поближе к Кате, чтобы свет падал на страницы. Александра Фёдоровна разлила чай. Елизавета села рядом с дочкой, готовая помочь, если та запнётся.
Катя открыла книгу, откашлялась — совсем как взрослая — и начала:
— "Каштанка, собака рыжая, помесь такса с дворняжкой, очень похожа лицом на лисицу..."
Голос у неё был звонкий, чистый, и она читала с таким чувством, что никто не смеялся над её детским выговором, а только слушали, затаив дыхание.
— "Она бегала взад и вперёд по тротуару и нигде не могла найти хозяина..."
Вера слушала и думала о том, как странно устроена жизнь. Эта девочка, которую она полюбила как родную, читает ту же книгу, которую читала она сама в детстве. И Елизавета, наверное, тоже читала. И Егор Фомич. И многие, многие другие.
— "Столяр бросился за ней, но грязь прилипла к его сапогам, и он скоро устал. Собака же бегала всё дальше и дальше..."
Катя читала, и в комнате было тихо-тихо, только дождь стучал по крыше да потрескивали дрова в печи. Иван Степанович сидел, не шевелясь, боясь спугнуть это волшебство. Александра Фёдоровна вытирала слёзы передником. Елизавета смотрела на дочь и улыбалась — светло, счастливо, будто не было восьми лет разлуки.
Когда Катя дочитала до конца, все захлопали. Она раскраснелась, смущённая, но очень довольная:
— Ну как? Хорошо я прочитала?
— Замечательно, — сказала Вера. — Лучше всех.
— А теперь ты, мама Вера, почитай! — потребовала Катя.
— Хорошо. Что почитать?
— Что хочешь.
Вера взяла с полки томик Блока — тот самый, с которого всё началось. Открыла наугад и начала читать:
«Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет...»
Она читала, и слова эти, такие знакомые, вдруг обрели новый смысл. Потому что теперь у неё был дом, была семья, была любовь. И ночь, и фонарь, и аптека — всё это осталось там, в прошлом. А здесь, на краю земли, начиналось утро.
После чтения пили чай, обсуждали прочитанное. Катя, уставшая и счастливая, сидела на коленях у Елизаветы и слушала, как взрослые говорят о книгах, о Чехове, о том, как важно читать детям.
— А я, — сказала она, зевая, — я буду учиться хорошо. Чтобы много знать. Чтобы читать все книжки.
— Будешь, — пообещала Елизавета. — Мы тебе поможем.
— И мама Вера поможет. И папа Иван. И бабушка Шура.
— И бабушка Шура, — засмеялась Александра Фёдоровна. — А я, оказывается, уже бабушка?
— А кто же? — удивилась Катя. — Вы же самая старшая. И добрая. И пироги печёте.
— Ну, тогда бабушка, — согласилась Александра Фёдоровна. — Внучка у меня есть, теперь и бабушкой можно стать.
Когда Катя уснула, взрослые ещё долго сидели за столом. Вера рассказывала о том, как в Москве ходила в редакцию, как её ругали за "излишний лиризм". Елизавета вспоминала лагерную библиотеку, где тайком читала Достоевского. Александра Фёдоровна — как в войну переписывала стихи в тетрадку, чтобы не забыть.
— Знаете, — сказала Вера, — я ведь никогда не думала, что книги могут так сближать людей. В Москве я писала очерки, статьи, но никто их не читал по-настоящему. А здесь, в Белокаменке, каждая книга на вес золота.
— Потому что здесь книги — это жизнь, — ответила Елизавета. — А в Москве — работа.
— Может, поэтому я и уехала, — задумчиво сказала Вера. — Потому что хотела, чтобы книги стали жизнью.
Они разошлись поздно. Вера вышла на крыльцо, Иван уже ждал её там с папиросой.
— Замёрзла? — спросил он.
— Нет. Хорошо. Как хорошо, что у нас есть этот клуб.
— Будем собираться, — пообещал он. — Каждую субботу. Как раньше.
— Как раньше, — повторила Вера.
Они пошли в дом, где тихо спала Катя, укрытая Елизаветиным платком. И это было счастье.
Если вам откликнулась эта история — подпишитесь на канал "Сердце и Вопрос"! Ваша поддержка — как искра в ночи: она вдохновляет на новые главы, полные эмоций, сомнений, надежд и решений. Вместе мы ищем ответы — в её сердце и в своём.
❤️ Все главы произведения ищите здесь:
👉 https://dzen.ru/id/66fe4cc0303c8129ca464692