Эдуард Идрисов: Сильная страна состоит из крепких семей, где любят детей
Краснодар, 1 апреля – Юг Times, Елена Иванова. Экономика, финансы, социальная среда, деловой климат, воспитание и ценности - далеко не полный перечень того, что формирует демографическую ситуацию.
Кубань - регион юга, для которого многодетность всегда была частью менталитета. Однако последние годы показали: даже благодатный Краснодарский край присоединился к стремительно стареющим территориям. Почему демографический вопрос становится все острее и почему выплаты и льготы сами по себе не способны изменить ситуацию, рассказал собеседник издания.
Эдуард Идрисов, член комитета по вопросам правового просвещения граждан Общественной палаты Краснодарского края, кандидат политических наук.
-Эдуард Зиннурович, в Краснодарском крае численность населения много лет росла только за счет миграции. Какая ситуация в настоящее время?
- Сейчас уже и это не помогает. Некоторые новеллы миграционной политики изменили положение к худшему. Мы должны признать: демографическая ситуация в регионе осложняется и нужны срочные меры.
Условия для жизни
- Краснодарский край не депрессивный регион, лидирует во многих рейтингах, почему даже у нас не растет рождаемость?
- Мы все патриоты нашего края и, конечно, считаем его прекрасным. Но не стоит чрезмерно опираться на это. Кубань очень привлекательна для жизни, в первую очередь с точки зрения ее географического положения. Но у нас присутствуют проблемы. Например, есть такое понятие - высокие административные барьеры, которые мешают людям вести бизнес. Так вот на Кубани это чувствуется. Если мы будем перечислять факторы привлекательности края, то такого пункта как оптимальные условия для создания и ведения бизнеса, малого и среднего предпринимательства там, увы, не будет. Налоговые ножницы, административные барьеры, арендные платежи, рабочая сила - сложные вопросы, которые приходится решать гражданам, ведущим свое дело. Говорю это, потому что мы работаем с данной проблемой и знаем конкретные истории граждан. Один из примеров: приезжий из Мурманской области хотел перевести свой рыбный бизнес на территорию Краснодарского края. Столкнулся с тем, что разрешительные, согласовательные процедуры шли очень долго, понял, какие будут арендные платежи. В результате не смог перевести компанию, семья живет здесь, на юге, а бизнес - на севере страны.
Думаю, мы не хотим превратиться во французскую Ниццу, где постоянное население составляют преимущественно пенсионеры, они получают прибыль где-то далеко, а там просто доживают. Уже явно видна тенденция, когда краснодарские молодые люди перебираются в Москву и Санкт-Петербург. Они не видят бизнес-моделей, которые можно реализовать здесь. Ссылаются на довольно эффективные меры, реализуемые в обеих столицах. В сложившейся у нас дельте условий проще всего адаптироваться крупному бизнесу, а МСП - наибольшая и важнейшая часть экономики - находится под большим давлением и часто не выживает. Я знаю, что есть меры помощи и для МСП в регионе, но их недостаточно и они никак не перекрывают имеющиеся барьеры.
- Каковы социальные условия для демографии в нашем регионе?
- На основании последних сведений, которые я получаю, вижу, что здесь ситуация стала лучше. По количеству школ и детсадов мы продвинулись вперед, усовершенствовали нормативно-правовую базу, которая заметно отставала от миграционного притока и создавала проблемы с устройством детей в образовательные и дошкольные учреждения, прекратились отказы в приеме. Уменьшилось количество жалоб. Появилась возможность решить вопросы в режиме одного окна, правила упорядочились. На это повлияли публичные выступления, горячие линии с представителями власти, где все это открыто обсуждалось. И мы увидели, что если захотеть и начать принимать меры, особенно когда это делает одновременно несколько ведомств, проблемы преодолимы.
- Что стало лидером по жалобам в последнее время?
- Последнее время чаще жалуются на платежи по коммунальным услугам, в начале года они составили более 50% всего потока. Ошибки, которые допустили организации при подсчете сумм за электричество, создали напряженную социальную ситуацию. У некоторых граждан и предпринимателей цифры в квитанциях выросли до неадекватных размеров, мы видели примеры в 35-40 тысяч рублей. Сегодня население и так живет в ожидании негатива, ждут повышения налогов, цен, и ситуация с платежами по электроэнергии стала дополнительным давлением. Это было тем болезненнее, что коммунальные организации порой некачественно выполняют свою работу. А ведь социальные настроения тоже влияют на демографию.
Хорошо, что определенные структуры, в том числе ФАС, прокуратура, обратили на это внимание, поработали с проблемой. Надо сказать, сегодня и само население довольно грамотно в прочтении коммунальных квитанций и борьбе за свои права. У жителей есть домовые чаты, в которых часто присутствует человек с юридическим образованием, они знают, куда писать, к кому обращаться, и главное, умеют довести дело до конца. Активисты стали более конструктивными, это уже не эдакие профессиональные сутяжники, которым нужно эпатировать публику, навести шума, а грамотные и умеющие вести диалог с властью неравнодушные граждане.
А вот в органах власти, наоборот, намечаются проблемы в работе с населением. Стало гораздо меньше кадров, которые способны взаимодействовать с людьми и, главное, делать это эффективно. Коридоры администраций сегодня пустеют, одни уходят, новых не приходит. К сожалению, отсутствует кадровый резерв, на которые можно было бы опереться и который создал бы конкуренцию между служащими.
- Этот тренд уже озвучивают многие эксперты. Одни связывают его с тем же влиянием демографических провалов, другие - со сменой поколений. Все чаще новых сотрудников во власть ищут с помощью профессиональных рекрутеров, хотя есть госпрограммы формирования кадрового резерва. Почему они не работают?
- Мы сталкиваемся с тем, что люди приходят во власть и сразу требуют должность. Возникают ситуации, когда приходится отказывать при шедшим даже по специальным программам, потому что они не хотят проходить обучение и практику, а сразу ожидают «плюшек» от государства. Имеют искаженное понятие о работе в госорганах. Им кажется, что нужно просто сидеть в теплом кресле и получать хорошие деньги. На самом деле во власти очень много ответственности, необходимо каждый день решать сложные задачи. Сегодня потенциальные сотрудники к этому не готовы, у них нет знаний, навыков, компетенций, желания все это приобрести, нет настроя на ежедневный труд.
Открытый регион
- Миграция снизилась, и это отрицательно влияет на демографию, но в целом для края, наверное, было даже желательно, так как большой приток жителей создавал дополнительное давление. Аналогично даже сезонный приезд туристов держит цены в крае выше среднероссийских в течение всего года, и это ложится издержками на местных жителей.
- Я считаю, мы должны не обвинять приезжих и гостей в том, что они создают неудобства, а работать над развитием инфраструктуры и расширением возможностей региона. Мне непонятен негатив и этот термин «понаехи», хотя сам я коренной кубанец. Нужно не ругать их за пробки, а развивать дорожную сеть, искать новые решения транспортного коллапса. Создавать новые коммунальные мощности, чтобы летом при включенных кондиционерах нигде не пропадало электричество, а бизнес мог получить подключение к сетям. Думать, что сами по себе мы жили бы хорошо, но нам мешают другие - это некий сепаратизм. Призываю забыть эту мысль.
Если туристы и создают давление на цены, то они же и оставляют здесь свои деньги, которые становятся доходами местных жителей. А если доход хороший, цены вас не сделают бедным.
Я видел отличный пример отношения к туристам. Местные жители останавливаются, если пешеход хочет перейти дорогу вне зебры или светофора, и пропускают его. При этом не ругаются. Я спросил одного водителя, почему он так ведет себя, ведь пешеход явно неправ. Он ответил: «Турист всегда прав. Это наши гости, без них мы не выживем».
Кубань размером с Францию. У нас, по самым оптимистичным подсчетам, живет около 6 миллионов человек, в течение сезона через регион проходит 20 миллионов, а во Франции на такой же территории постоянно проживает почти 70 миллионов. Все спокойно размещаются, и никто не сетует, что людей слишком много. Таким образом, наше население - далеко не предел, это даже мало. Мы должны быть открытыми, пусть к нам еще больше приезжает как в гости, так и на постоянное место жительства.
Разве мы исчерпали свой курортный потенциал? У нас есть территории, где работа даже не начиналась. Например, Мостовской район - там горные цепи ничем не уступают альпийским курортам. Давайте посмотрим на Краснодар и честно признаем - по своим условиям он совсем не туристический. Но к нам стали приезжать. Люди хотят увидеть сияющую улицу Красную, парк Галицкого, который стал известен на всю страну. Нужно ценить это и работать над тем, чтобы начавшийся тренд закрепился, чтобы кубанскую столицу захотели посетить все, и не один раз. Это наша экономика.
Женщина решает
- Если вернуться к проблеме демографии, с какой аудиторией нужно работать на повышение рождаемости?
- Мы берем детей 90-х годов, а больший акцент делаем на женскую половину. Если раньше регионы разделялись на два полюса - на юге рождаемость была высокой, на севере уменьшалась, то сегодня нет этой тенденции. Сейчас мы все стареем. На Кубани коэффициент рождаемости 1,4; таков же средний показатель в Европе. Если сравнивать край с европейской страной, то это может быть Франция, там климат схожий, а Париж находится на одной параллели с Краснодаром. Сейчас они достигли коэффициента 2,1, но делали акцент на семьи, мигрирующие из бывших колоний. Среди российских регионов выделяется Сахалин, где рождаемость растет, а не падает. Но там еще 10 лет назад был принят мощный пакет мер, который включал не только выплаты за ребенка, но и создание условий для дальнейшей жизни семьи и воспитания детей, масштабные льготы. Одна ко не все механизмы Дальнего Востока применимы к Кубани.
К примеру, невозможно себе представить вы дачу гектара земли в нашем аграрном регионе, где каждая пядь на вес золота. Вообще, решение демографических вопросов - ювелирная работа. Ведь нужно не просто увеличить количество жителей, а понять, какой социальный капитал они составят, когда вырастут.
В Румынии в 80-х годах ввели огромный налог на бездетность. Страна при этом была очень бедная. Семьям приходилось заводить ребенка, чтобы не платить налог, а растить его при крайне низком уровне дохода было невозможно. Поэтому создали социальные детские дома, куда супруги отдавали детей. Вскоре там скопилось более 140 тысяч детей. На одну нянечку - 20 человек, брать на руки запрещалось, стояла задача - покормить, вывести на прогулку. Дети были полностью лишены любви. Когда социалистическая Румыния рухнула, стали приезжать американцы для усыновления. Впоследствии этих детей в Америке изучили. Сложилась очень печальная картина: социально адаптированных крайне мало, многие стали наркоманами, закончили жизнь самоубийством. Недополученное в раннем детстве семейное тепло уже невозможно было восполнить. Поэтому с демографией нужно работать тонко, мы должны не просто увеличить количество рожденных детей, нужно понять их дальнейшую судьбу.
Говоря о демографии, нельзя забывать о любви. Кроме пропаганды деторождения и финансовой поддержки, нужно делать все для формирования ценности семьи, человеческих отношений. Без любви не может быть никаких позитивных результатов в этой сфере. С нее все начинается.
Даже с чисто рациональной точки зрения государству не нужна рождаемость вне семьи. Социальный дом - радикальный пример, нам не нужна даже рождаемость в так называемых гражданских браках. Только в официальных полных семьях. Управлять страной, где есть ячейка общества, гораздо легче. Без института семьи страдает сама постройка государства.
- Почему нужно работать с женщиной? Именно она, конечно, вынашивает ребенка, но не одна участвует в его планировании и дальнейшем воспитании.
- Здесь дело не только в том, что модель «мужчина - добытчик, женщина-домохозяйка» гигантскими шагами уходит в прошлое. Хочу отметить другое. Россия - женская страна даже по атмосфере. Роль матери у нас огромна. Решение в семье действительно чаще всего принимает женщина, и не только в отношении ребенка. Исторически у нас большие проблемы с формированием мужского фонда. Огромное количество мужчин, воспитанных одинокими мамами. Они в массе своей имеют иную психологию, мы не можем опираться на них в той же мере, как на мужчину, воспитанного отцом. В России женщин на 10,3 миллиона больше, чем мужчин. После развода дети в 99% случаев остаются с мамами, в других странах не так. Подобные пункты можно продолжать. Поэтому уже давно мы рассчитываем коэффициент рождаемости не на супружескую пару, а на женщину. У нас, как я говорил, на одну женщину приходится 1,4 ребенка. Хорошим показателем является 2,2-2,5. Все, что ниже 1,8, - уход в минус.
Защита детства
- Вы занимаетесь правовым просвещением населения. Реальность такова, что более половины браков распадается. Может быть, нужно в правовом смысле готовить молодежь не только к браку, но и к разводу?
- Не знаю, нужно ли готовить людей к разводу, но государству точно нужно быть готовым к нему. Цель - защитить детей, оставшихся с разведенным родителем. Сейчас обсуждается идея создания алиментного фонда, и это хорошая мысль. Все понимают, как тяжело воспитывать ребенка в одиночку и что алименты, скорее всего, женщина не увидит. Это тоже создает определенные барьеры в демографии. Вопрос назрел, и я думаю, что такой фонд будет создан. Многие женщины даже не пытаются получать алименты, не хотят бесконечно биться в закрытые двери. В ФССП громадная текучка, дела передаются от одного к другому по многу раз. У нас неплохая законодательная база по алиментам. Но правоприменение сильно страдает, систему взыскания нужно упрощать. В части алиментов работы - непочатый край.
- При разводе также сложности возникают с имуществом. Судебных процессов, и довольно болезненных, становится все больше. Самой недвижимости у населения стало много. Может быть, стоит популяризировать брачные контракты?
- Хороший вопрос. Действительно, активов у людей стало много, и сегодня иски, связанные с владением, завалили суды. Я много разговаривал с юристами о пользе брачного контракта, но не нашел однозначного мнения. Дело в том, что при разводе эти договоры чаще всего не работают. У нас не прецедентное право, как в Англии. И в суде нотариальный договор не имеет такой силы, как в западных странах. Там, если что-то не получилось по договору, сам нотариус будет отвечать своим имуществом и репутацией. У нас нет такого. Российские суды не считают договор равным по силе закону. Они больше опираются не на пункты контракта, а на основы семейного законодательства. Знаю пары, которые решали вопросы раздела по договорам, но есть множество тех, кто судится годами и не может прийти ни к чему. В этой части у нас также есть институт медиаторов, но и их работа не приносит особого эффекта. Бывшие супруги не готовы договариваться, уступать друг другу, поэтому медиация не развивается.
Мы недавно стали накапливать активы, но владеть этим, распоряжаться еще не научились. Люди погружаются в многолетние судебные тяжбы все больше и больше.
- Вы часто встречаетесь с молодежью. Какие темы сегодня волнуют ее?
- Я бы хотел ответить на этот вопрос, но, к сожалению, тенденция такова, что сегодня студентам мало что интересно. Практически никогда не общаются, не поднимают дискуссионных тем. Все вопросы они задают искусственному интеллекту, а то, что он им ответил, не обсуждают со взрослыми.
- Возможно, не задают, потому что не рассчитывают на понимание и не хотят доверить взрослым людям свои переживания?
- Я не исключаю такое, по тому что надо признать - не всегда их ожидания оправданы. Молодым всегда присуща категоричность в суждениях - здесь все только плохо, здесь все только хорошо. Раньше они ее ярко демонстрировали - рок бунтари, субкультуры, про тесты, а сейчас она стала латентной. Молодые люди внешне приглажены, а проявляют категоричность в том, что просто молчат и внутри ни с чем не соглашаются.
- Это новый нигилизм? Кстати, хорошо известная в русской истории форма протеста среди молодежи.
- Я бы согласился с этим термином. И надеюсь, что так же, как и в XIX веке, это явление временное и довольно быстро уйдет в прошлое.