Бухарский танец — это воплощение живого огня и грации в каждом движении, рожденное когда-то в древних стенах Бухары. Сегодня – это не просто красивое шоу, а та самая часть живой души узбекской культуры, которая продолжает вдохновлять, соединяя времена и поколения.
В узбекских национальных танцах можно найти элементы движений, берущих корни еще в первом тысячелетии нашей эры, когда на территории современного Узбекистана были сильны традиции зороастризма с поклонением солнцу и огню. После завоевания этих земель Арабским халифатом в VIII веке танцевальное искусство попало под влияние ислама и суфийских религиозных практик – «зикров», частью которых были и напевы, и танцы.
В узбекском танце выделяют три школы – хорезмскую, ферганскую и бухарскую. Последняя формировалась на земле современной Бухарской области, впитывая энергию древних караванных путей и дворцовых торжеств. Бухарский танец сочетает примитивные, казалось бы, формы этого искусства с изящными движениями. Несмотря на то, что исполнителями традиционно были женщины, танец всегда отличался именно мужественной стремительностью. Выпады, кружения, полуобороты, стойки и звонкие рукоплескания создают ощущение неукротимого потока. В отличие от более лиричных ферганских или хорезмских стилей, здесь сделан акцент на верхней части тела — руки ведут мелодию, плечи и грудь добавляют огня, а корпус то замирает в декоративной позе, то взрывается акробатическими прогибами.
Женские танцы часто исполняются, сидя на коленях — это «замин бози», или танец земли. Танцовщица наклоняется вниз и вверх, нежно встряхивает плечами, пальцами касается пола, будто благодарит родную землю. А самый сложный вид бухарского танца — «ларзон». Босоногая исполнительница с украшениями на теле встряхивает всем телом, словно языки пламени в костре. Каждое движение имеет название: «саризонубози» — резкое падение на колени, «елка кокиш» — встряхивание плеч, «сарисинабози» — вращение груди, «кафтафшон» — бесконечное дрожание ладоней. Добавьте звон «занг» — крошечных бубенчиков на запястьях и щиколотках — и «кайрак» — каменные кастаньеты, и вы услышите, как танец поет сам по себе.
Танцорами были и мужчины, при этом какого-то особого разделения движений на «мужские» и «женские» не было. Хотя женские были более легкими и пластичными, а мужские более энергичными и волевыми.
В бухарских семьях музыка всегда жила в доме: дойра или занг висели на почетном месте как символ достатка и удачи. Танцовщицы владели инструментами и соблюдали строгие этические нормы — это было не просто искусство, а часть жизненного уклада.
Расцвет в едином пространстве: советская эпоха
Когда Бухара вошла в общее культурное пространство СССР, бухарский танец получил новый импульс. Женский его вариант перестал быть закрытым от широкой публики, а мастера танца смогли систематизировать и вывести на большую сцену то, что раньше расцветало в дворцовых «урдаи-хосса» или на городских площадях. Именно тогда профессиональный сценический бухарский танец обрел современные формы — сольные, массовые, сюжетные.
Здесь особенно ярко проявил себя Исахар Акилов — основоположник профессиональной бухарской хореографии, заслуженный артист Узбекистана. Он создал бухарский хороводный танец, массовый женский «Привет девушкам», сюиты «Праздник труда» и «Эпоха свободы», классический «Бухоро юлдузи». Вместе с такими легендами как Мухиддин Карыякубов, Тамара Ханум и Мукаррам Тургунбаева, Акилов стоял у истоков Национального театра. Его постановки — например, большой бухарский танец «Мавриги» с участием десятков исполнителей — стали шедеврами, которые и сегодня поражают размахом. Династия Акиловых продолжила дело: дочь и другие родственники развивали заложенные им традиции.
В те годы танец выходил за пределы Бухары, звучал на всесоюзных сценах и фестивалях. При этом бухарский танец вышел и далеко за пределы страны. Тухфахон Пинхасова исполняла большие площадные танцы с редким темпераментом, развивала макомические формы и позже, уже в эмиграции, создала в США театр «Тухфа», неся бухарские традиции дальше. Рядом работали Олияхон Хасанова, Вилоят Акилова и другие, передавая секреты ученицам.
Живая преемственность сегодня
Сегодня бухарский танец получил новый импульс для развития. Государственный ансамбль «Бухоро» под руководством Розии Кулиевой и «Бухоро гузаллари» с балетмейстером Саломат Рахмоновой регулярно радуют зрителей своими выступлениями. Самодеятельные коллективы и фольклорные группы в Бухаре продолжают учить девочек с детства.
Олияхон Хасанова — заслуженная артистка, кавалер ордена «Эл-юрт хурмати» — уже более 25 лет ведет коллектив «Мохи Ситора». Ее ученицы выступают по всему Узбекистану и за рубежом, сотрудничают с танцовщицами из разных стран. Традиции живут и в семейных праздниках, и на фестивалях в Бухаре и других городах.
От Ташкента до Нью-Йорка
Когда смотришь, как молодая танцовщица в золотошвейном «бухорий куйлак» с «нимча» и миниатюрными «пойафзал» на ногах замирает в гордой позе, а потом взрывается вихрем «ларзон», понимаешь: бухарский танец — это мост между прошлым и будущим. Он несет в себе силу древней Бухары, ограненную талантом мастеров советской эпохи, и продолжает сиять сегодня в руках тех, кто бережно передает его дальше.
Сегодня, когда бухарские танцовщицы собирают полные залы в Нью-Йорке, а ученицы Олияхон Хасановой ведут мастер-классы по во многих странах, становится очевидным одно. Культура, рождённая в древних стенах Бухары, оказалась сильнее времени и расстояний. Она не заперта в границах одного государства или одной общины, а является достоянием всего мира.