Для борьбы с коррупцией есть немало стратегий, наиболее действенная из них та, что направлена на ликвидацию стимулов к совершению подобных преступлений. Самое сложное, но и важное в ней – создать атмосферу нетерпимости к любым проявлениям коррупции, культивировать антикоррупционную культуру, что у государственных служащих должно сформировать устойчивые представления о служебной этике, основанной на поддержании авторитета и репутации органа власти, соблюдении требований к служебному поведению.
Коррупция – степень моральной и нравственной деградации чиновника от случая к обычаю, ставшие нормой.
И. Голюк
Вот текст без лишних пробелов, с сохранением всех абзацев; я убрал разрывы внутри слов и восстановил нормативные пробелы после знаков препинания и вокруг тире, что соответствует общим правилам русского набора.
Для стимулирования антикоррупционного поведения возможности правовых средств весьма ограничены, поскольку оказывают лишь опосредованное влияние на психологический механизм формирования коррупционной мотивации. Правовые средства должны повышать трудности и риски коррупционного поведения, обеспечивать внедрение системы мер материального и морального стимулирования антикоррупционного поведения госслужащих. И власть должна создать условия, при которых совершать такого рода преступления, связанные со злоупотреблением должностным лицом своим правовым статусом, становится невыгодным.
Как известно, один из наиболее действенных стимулов в противодействии коррупции – страх всеобщей огласки такого поведения. Формированию подобного стимула способствует открытый характер работы чиновников. Это прежде всего обязанность публиковать сведения о доходах, имуществе и обязательствах имущественного характера государственных и муниципальных служащих в средствах массовой информации, за исключением конфиденциальных сведений или составляющих государственную тайну. С помощью правовых средств необходимо обеспечить право каждого гражданина знакомиться с широким кругом государственных документов и в полном объеме – с теми из них, которые касаются его самого, присутствовать на заседаниях органов управления и др.
Еще одна мера – обязательное декларирование доходов и расходов государственных служащих и их близких родственников. Ее смысл заключается в государственном контроле за соответствием доходов должностного лица и его близких родственников их официальной заработной плате и доходам, полученным из других законных источников. Было бы идеально, если бы декларированию подлежало все, что касается финансовых расходов и доходов за предыдущий год: общий доход и дивиденды, проценты по вкладам, доходы от сдачи в аренду имущества, полученные гонорары, доходы, полученные от неправительственных организаций. А кроме того, подарки, в том числе в виде оплаты транспортных расходов, питания, проживания в гостиницах, угощения в ресторанах, различных развлечений, финансовые и иные обязательства, задолженности по ним, соглашения с различными организациями о возможной работе в них или для них и т. д.
Для эффективного противодействия коррупции в соответствующем законе, на мой взгляд, необходимо прописать важное положение, что необъясненное происхождение имущества чиновников должно признаваться как нажитое коррупционным путем. Такая норма, безусловно, послужит сильным стимулом для формирования антикоррупционной модели поведения. Здесь уместно вспомнить практику зарубежных стран. В США, например, при поступлении на госслужбу каждый кандидат обязан предоставить целый перечень сведений. В частности, обо всех организациях, с которыми он сам или через членов своей семьи имеет любой финансовый интерес и связи, независимо от того, в каком качестве он там выступает, обо всех кредиторах членов своей семьи, о движимом и недвижимом имуществе. Если такие сведения не предоставлены, а также искажены или скрыты в ежегодной декларации о доходах и расходах, любого чиновника ждет наказание до пяти лет лишения свободы, штраф, равный искаженной или сокрытой сумме, либо то и другое в совокупности (§ 1001, 1002 раздела 18 Свода законов США).
Другим стимулом для антикоррупционного поведения чиновников должно стать правовое обеспечение их интересов путем служебного, материального, морального поощрения, что может существенно изменить мотивацию сотрудников. В действующей у нас системе социального обеспечения госслужащих нет никакой привязки безупречной службы к уровню благосостояния чиновника. Вместе с тем, именно безупречная служба должна стать основанием для увеличения денежного довольствия, карьерного роста, конкретных льгот, а по выслуге лет необходимо назначать достойную пенсию. Все это станет стимулировать антикоррупционное поведение.
По моему мнению, мотивация чиновников должна быть четко прописана в их трудовых контрактах. Например, на уровне закона можно установить обязанность государства предоставлять квартиры государственным служащим в течение первых трех лет работы, которые перейдут в их собственность через 15 лет добросовестной службы, или на тех же условиях помогать с кредитом. Совершение же чиновником любого коррупционного деяния должно лишать его не только должности, но и привилегий.
О существовании взаимосвязи между коррупцией и заработной платой госслужащих довольно часто упоминается в различных публикациях как о само собой разумеющемся факте. Главным здесь становится вопрос: способна ли высокая заработная плата в государственном секторе в той или иной мере предотвращать коррупцию? От правильности ответа на него зависит очень многое. Неточное определение масштаба повышения зарплаты чревато большими потерями, а недостаточное ее повышение может не дать эффекта. А это означает, что затраченные на эти цели средства пропадут зря.
Как отмечалось в некоторых исследованиях, существует три подхода к оценке влияния зарплаты на коррупционное поведение. Это – максимизация индивидуальной функции полезности, соизмеряющей уровень усилий и его оплату; сравнение данной и альтернативной зарплаты, например, в другом секторе; понятие «справедливой» зарплаты с точки зрения индивидуальных либо коллективных норм.
В основе подхода о справедливой заработной плате лежит тезис о том, что большая часть населения может быть честной. Имеется в виду, что какая-то часть госслужащих способна игнорировать возможности совершения коррупционных сделок, полагая, что работодатели обходятся с ними справедливо. Чтобы обеспечить достаточно жесткую связь между повышением зарплаты и сокращением коррупции, в первую очередь, необходимо повысить вероятность наказания. И только сочетание повышения зарплаты с другими мерами может сыграть значительную роль в минимизации коррупции.
И, наконец, одним из самых действенных стимулов к отказу от коррупционного поведения может быть повышенная ответственность за взяточничество и преступное использование служебного положения, совершенные как на службе, так и во внеслужебное время. О каких мерах идет речь? На мой взгляд, для коррупционеров следует вернуть полную конфискацию имущества. В качестве дополнительного наказания по коррупционным преступлениям в Уголовном кодексе РФ необходимо установить запрет занимать государственные руководящие должности.
Кроме того, за коррупционные преступления должны быть отменены иммунитеты от уголовного преследования. Думаю, это способствовало бы нравственному оздоровлению депутатского корпуса, а выборные должности утратили бы особую привлекательность для представителей криминалитета. В Канаде, например, такая наиболее откровенная форма парламентской коррупции, как взяточничество, приравнена к акту государственной измены. Может быть, и нам стоит подумать над тем, чтобы перенять правовой опыт некоторых зарубежных стран?
Таким образом, главная задача антикоррупционной политики заключается в том, чтобы стремиться свести к минимуму или вовсе исключить условия, которые создают стимул и возможность склонения государственных служащих к совершению коррупционных действий.