Из-за событий на Ближнем Востоке инвесторы усилили защиту портфелей

В марте клиенты ВТБ Мои Инвестиции скорректировали структуру инвестиционных портфелей, реагируя на рост геополитической напряженности в Ормузском проливе. К концу месяца совокупный объем клиентских позиций увеличился на 3%, при этом портфели стали более консервативными.

Доля облигаций за этот период выросла примерно с 42,7% до 43,2%. На протяжении месяца клиенты последовательно наращивали позиции в корпоративных и государственных бумагах, используя рост доходностей и стремясь зафиксировать прогнозируемый денежный поток.

На фоне рыночной коррекции в марте доля акций в портфелях клиентов ВТБ Мои Инвестиции снизилась с 28,7% в конце февраля до 27,4% к концу месяца. При этом корректировка проходила на фоне повышенной активности клиентов: обороты по операциям с акциями выросли, а многие инвесторы использовали снижение котировок для выборочных покупок бумаг с сильными фундаментальными показателями.

Фонд «Ликвидность» (LQDT) оставался одной из ключевых «подушек безопасности» в портфелях. В феврале его доля составляла 16,8%, к концу марта показатель снизился до 15,23%, что отражает частичное перераспределение средств в облигации как в более доходные, но при этом консервативные инструменты.

Прочие классы активов – структурные продукты, рублевая и валютная ликвидность, драгоценные металлы и срочный рынок – в совокупности занимали менее 10% портфеля и в течение месяца менялись незначительно. Внутри облигационного сегмента структура оставалась стабильной: около 61% приходилось на корпоративные выпуски, порядка 26% – на ОФЗ и 13% – на замещающие облигации.

Инвестиционный стратег ВТБ Мои Инвестиции Станислав Клещев говорит:

«Коррекция на долговом рынке на фоне роста стоимости краткосрочного фондирования в юанях стала возможностью для фиксации высоких доходностей по обязательствам надежных эмитентов накануне заседания Банка России. Покупки ОФЗ и корпоративных облигаций компаний первого эшелона были популярным решением у клиентов. Клиенты ВТБ Мои Инвестиции в марте адаптировали стратегии к повышенной неопределенности, связанной с ситуацией в Ормузском проливе, предпочитая сбалансированные решения с умеренным уровнем риска».