28 декабря 2024 года, ночью, в селе Борское Самарской области по ул.Степана Разина автомобиль, под управлением Александра Журавлева, сбивает

28 декабря 2024 года, ночью, в селе Борское Самарской области по ул.Степана Разина автомобиль, под управлением Александра Журавлева, сбивает двух пешеходов. Одна из них, Ольга Андреева, погибает на месте. Вторая получает тяжёлые травмы. Этот факт не оспаривается. Он зафиксирован в материалах проверки, протоколах и судебных актах

Дальше начинается то, что в юридическом языке называется «процессуальной судьбой дела», а в человеческом затяжным обнулением ответственности. Следствие приходит к выводу, что состава преступления нет. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела выносится 27 января 2025 года. Основание, п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ — «Отсутствие событие преступления» в действиях водителя. При этом в тех же материалах содержится описание ДТП, показания свидетелей, выводы экспертиз, включая судебно-медицинскую, где подробно зафиксированы тяжелейшие травмы, приведшие к смерти. Но как итог — никакой уголовной ответственности

Мать погибшей, Татьяна Тулупникова, с этим не соглашается. В своей жалобе она указывает на противоречия, что место наезда определяется со слов самого водителя, следы ДТП должным образом не зафиксированы, следственный эксперимент проводится после ремонта дороги, потерпевших на эксперимент не приглашают, а ключевые выводы делаются без полноценной оценки всех обстоятельств

При этом, стоит отметить, что был свидетель, который рассказывал, что девушки стояли не на дороге, а на обочине. Машина неслась на большой скорости, но…спустя какое-то время, по словам Татьяны, свидетель свои показания изменил. Интересно, почему?

Отдельный штрих, по словам потерпевшей женщины, отец водителя, по некоторым данным, мог быть связан с органами МВД в Борском районе. Подтверждённых процессуальных выводов на этот счёт в материалах нет, однако Татьяна не исключает, что именно это обстоятельство могло повлиять на ход проверки и привести к затягиванию и фактической волоките по делу

Женщина говорит о главном: проверка, по её мнению, не завершена, а решение не мотивировано. Но система считает проверку законной, а отказ обоснованным

Параллельно шел гражданский процесс. Семья погибшей потребовала компенсацию морального вреда и расходов на погребение. Суд частично удовлетворяет требования. Конкретные суммы выглядят так: матери погибшей присуждено 150 000 рублей, супругу — 150 000 рублей, сыну — 200 000 рублей, несовершеннолетней дочери — 250 000 рублей. Кроме того, отдельно взысканы расходы на погребение — 232 100 рублей, юридические услуги — 60 000 рублей и госпошлина

То есть даже в гражданской плоскости суд признал факт вреда и обязанность его компенсировать. Кассация оставила решение без изменений. При этом, по словам Татьяны, несмотря на вступившее в силу решение суда, Журавлев присуждённые суммы не выплачивает. Деньги, которые должны были стать хотя бы формальным признанием причинённого вреда, остаются на бумаге

Человек погиб. Следствие не нашло преступления. Суд признал право на компенсацию. Выплаты не произведены. Водитель не наказан. А мать продолжает писать жалобы.

В её обращениях все довольно просто и логично: если человек погиб в ДТП, должна быть ответственность. Но между этим «должна» и реальностью десятки страниц постановлений, экспертиз и формулировок. И одна тяжёлая мысль, которая сквозит через каждое её обращение: возможно, дело не только в доказательствах. А в том, кто и как их оценивает