Человек над бездной: первый аэродром на дрейфующей льдине
Пару дней назад, 31 марта, случилось событие, о котором ещё долго будут говорить в портовых кабачках и академических кругах. Лётчик Михаил Бабушкин, человек редкой отваги, посадил свой деревянный биплан на дрейфующий лёд в Белом море. Не на ровное поле, не на бетонную дорожку — на торосы, которые дышат и шевелятся под крылом.
Сегодня, 3 апреля, мы в редакции «Зеркала времени» не устаём перебирать подробности этой операции. Никаких радиомаяков, никаких бетонных полос. Только шум мотора, бесконечная белизна и надежда, что лёд выдержит.
Взгляд редакции: Что это меняет на карте мира?
Давайте без лишней помпы. Природа не покоряется — она лишь на миг приоткрывает дверь. Но этот миг стоит того, чтобы его осмыслить.
Первое. Мир становится теснее. Океаны и льды перестают быть непреодолимой стеной. Если аэропланы научатся «прыгать» по льдинам, то Северный полюс из пустыни превратится в перекрёсток. Торговые пути, которые сегодня тянутся через Суэц или Панаму, могут сократиться вдвое. Пока англичане в Лондоне спорят о ценах на уголь и готовятся к забастовке, наши пилоты прощупывают дорогу, где никто не ждал.
Второе. Подо льдами, говорят знающие люди, скрыты несметные богатства. Нефть, руда, звериный промысел. Конечно, сейчас это похоже на сказки Жюля Верна. Но аэродром на льдине — первый шаг к тому, чтобы эти кладовые открылись. Индустриальному миру нужно топливо. Арктика может стать новой Башкирией или Донбассом, только холодным.
Третье. Испытание духом. В здешних краях ничего нельзя знать наверняка: ни погоду, ни прочность льда, ни то, куда унесёт тебя течением. Человек, который садится на льдину, учится действовать в хаосе. А это, как говорили ещё древние, закалка для целого народа.
Заметки наблюдателя: Восторг и тревога
Чем больше думаю об этом полёте, тем сильнее смешанные чувства. С одной стороны — гордость. Мы, люди 1920-х, пробиваемся туда, куда веками заглядывали только медведи да редкие поморы. С другой стороны — щемящая мысль: вскрывая Арктику, мы нарушаем тишину, которая хранилась миллионы лет.
Сегодня в Лилльском университете королева Бельгии Елизавета открывает торжественное заседание. Там будут говорить о науке, о мире, о светлом будущем. Но настоящая битва за будущее происходит сейчас, на ледяных полях Белого моря. Если мы научимся летать там, где раньше ползали на собаках, — значит, больше нет преград. Ни для торговли, ни, увы, для войны.
Арктика — это наша неизведанная земля, наша «terra incognita». Она покажет, готовы ли мы стать по-настоящему великой цивилизацией.
ХРОНИКА ОДНОЙ СТРОКОЙ
- Лондон. Переговоры между правительством Болдуина и профсоюзами зашли в тупик. Всеобщая забастовка угольщиков может начаться со дня на день.
- Токио. В императорском дворце всё чаще говорят о «жизненном пространстве». Молодой Хирохито дал понять: Японии тесно на её островах.
- Москва. НЭП набирает обороты. В кооперативных лавках появилось свежее мясо, частник оживает. Но в кулуарах уже поговаривают о «большой индустриализации» — похоже, государство готовит новый рывок.