Сергей двинулся вперёд, ступая осторожно, избегая сухих веток и шуршащих листьев. Тело вспоминало старые навыки, как распределять вес при ходьбе, как контролировать дыхание, как сливаться с темнотой. 26 лет прошло, но мышечная память не подвела. Через 20 минут он вышел к периметру базы. Высокий забор из металлической сетки, местами проржавевший, местами порванный. За забором несколько деревянных строений, когда-то бывших домиками отдыха, теперь обветшавших и заброшенных. В центре двухэтажное кирпичное здание, бывшая администрация или столовая. Там горел свет, тусклый, желтоватый, в двух окнах на первом этаже.
Сергей залёг в кустах, поднял бинокль. Прибор ночного видения превратил мир в зеленоватую картинку, но детали были чёткими. У входа в кирпичное здание стоял человек, крупный, в тёмной куртке, с сигаретой в зубах. Охранник. Сергей заметил очертание оружия под курткой, пистолет в наплечной кобуре. Он продолжал наблюдение. За следующие два часа насчитал четырёх человек охраны. Один у входа, один патрулирует периметр, двое внутри здания. Смена караула происходила каждые два часа. Дисциплина неплохая, но не идеальная. Охранники курили, болтали по телефонам, один даже задремал на посту. Профессионалы, но расслабленные, не ожидающие угрозы.
Главный вопрос – где Игорь? Сергей обошёл базу по периметру, изучая здание. Деревянные домики явно пустовали, окна заколочены, двери забиты. Кирпичное здание было единственным обитаемым. Логично предположить, что заложника держат там, скорее всего, в подвале. Марина показывала фото. Серые стены, бетон, заколоченное окно. Всё сходилось. К пяти утра Сергей собрал достаточное количество информации. Четверо охранников, одно здание, один вход, окна первого этажа без решёток. Подвал, судя по планировке, имел отдельный вход с торца здания. Ржавая металлическая дверь, на которую он обратил внимание при обходе.
Ключевой вопрос. Как проникнуть внутрь, нейтрализовать охрану и вывести Игоря, не поднимая тревогу? Он вернулся к машине, завёл двигатель, включил печку. Ночь была холодной, пальцы закоченели. Достал блокнот, начал набрасывать план. Карта местности, расположение постов, маршруты патрулей, временные интервалы. Всё, как учили в разведшколе.
Вариант первый. Силовой штурм. Войти, нейтрализовать охрану, забрать Игоря, уйти. Минусы. Четверо против одного. Высокий риск шума и тревоги. Возможность подкрепления.
Вариант второй. Скрытное проникновение. Дождаться, пока охрана ослабит внимание, проникнуть через подвальную дверь, освободить Игоря, вывести незаметно. Минусы. Дверь может быть заперта изнутри, в подвале может быть дополнительная охрана. Вариант третий, комбинированный. Отвлечь внимание охраны, создать ложную угрозу, суматоху для проникновения. Минусы. Требует подготовки и дополнительных ресурсов.
Сергей долго смотрел на свои записи. Ни один вариант не был идеальным. Но время поджимало. По словам Марины, срок ультиматума истекал через три дня. Если за это время Игорь не выполнит требования, его убьют. Он закрыл блокнот, откинулся на сиденье. Нужно было ещё одно посещение базы. Днём, чтобы увидеть, как меняется охрана, сколько машин приезжает и уезжает, есть ли связь с внешним миром. И нужно было решить главную проблему. Как справиться с четырьмя вооружёнными профессионалами в одиночку? Ответ пришёл неожиданно. Не справляться со всеми. Разделить и уничтожить по одному.
Сергей завёл машину, выехал на дорогу. Первые лучи солнца пробивались сквозь туман, окрашивая небо в бледно-розовый цвет. Новый день начинался, и этот день должен был стать решающим. Он вернулся в Москву, заехал домой, принял душ, выпил кофе. Усталость давила на плечи, но спать было некогда. Сергей сел за компьютер, начал искать информацию о базе отдыха. Нашёл старые карты, спутниковые снимки, даже архивные фотографии времён, когда база ещё функционировала. Изучил подъездные пути, ближайшие населённые пункты, возможные маршруты отхода.
В полдень позвонила Марина.
— Они снова звонили, — её голос дрожал. — Спрашивали, приняла ли я решение. Сказали, что осталось два дня.
— Что вы ответили?
— Что мне нужно ещё время, что я не могу принять такое решение без Игоря. Они... они дали ещё сутки. Максимум.
Значит, времени ещё меньше. Одни сутки. Двадцать четыре часа.
— Хорошо, — сказал Сергей спокойно. — Продолжайте тянуть время. Я действую сегодня ночью.
— Сегодня? — в её голосе смешались надежда и страх. — Вы уверены?
— Да. К утру всё будет кончено. Так или иначе.
Он отключился, не дав ей времени на новые вопросы. Нужно было готовиться. Следующие часы Сергей провёл в напряжённой работе. Проверил оружие ещё раз, зарядил все магазины, подготовил снаряжение. Купил в хозяйственном магазине кое-какие мелочи. Изоленту, пластиковые стяжки, фонарик с красным светофильтром. В спортивном магазине взял тёмную балаклаву и тактические перчатки с кевларовым покрытием. К вечеру он был готов. Сумка собрана, маршрут продуман, план операции в голове.
Сергей сел в машину, выехал из города. На этот раз не на разведку, на бой. По дороге он остановился у придорожного кафе, выпил кофе, съел бутерброд. Руки не дрожали, сердце билось ровно. Странное спокойствие охватило его. То самое состояние, которое он помнил по войне. Перед боем всегда наступал момент, когда страх уходил, оставалась только холодная сосредоточенность. Он вспомнил слова командира роты, капитана Седых. «Страх — это нормально. Страх держит тебя живым. Но в момент действия страх должен уйти. Действуй на автомате. Доверяй телу». Тело помнит. Тело помнило. 26 лет спустя, несмотря на возраст и мирную жизнь, тело помнило.
К базе Сергей подъехал в 11 вечера. Оставил машину в том же месте, что и прошлой ночью, на опушке, укрытую от посторонних глаз. Проверил снаряжение в последний раз. Пистолет в кобуре на поясе, нож на бедре, гранаты в карманах куртки, бинокль на шее. Натянул балаклаву, надел перчатки. Пошёл. Лес встретил его привычной темнотой и тишиной. Сергей двигался уверенно. Каждый шаг выверен, каждое движение контролируемо. Через 15 минут он снова был у периметра базы. Ситуация изменилась. Машин на территории стало больше, три вместо одной. Значит, подъехало подкрепление. Или начальство приехало проверить обстановку. Сергей выругался про себя. Это усложняло задачу.
Он залёг в кустах, поднял бинокль. Охранников теперь было пятеро. Двое у входа, один на крыше здания, снайпер или наблюдатель. Двое патрулируют территорию. Серьёзнее, чем прошлой ночью. Может, почуяли угрозу? Или просто усилили охрану к финальной стадии операции? Нужно было менять план. Сергей отполз назад, укрылся за толстым стволом сосны. Думай. Пятеро слишком много для прямой атаки. Но у него есть преимущество. Они не знают, что он здесь. Фактор внезапности. Идея пришла внезапно. Не штурмовать базу. Выманить охранника, нейтрализовать его, получить информацию. Потом следующего. Разделить и уничтожить.
Сергей начал обходить периметр. Нашёл место, где патрульный проходил ближе всего к забору. Узкая тропинка между двумя заброшенными домиками. Идеальное место для засады. Он перелез через забор, бесшумно приземлился на той стороне. Притаился за углом домика, достал нож. Ждал. Минуты тянулись медленно. Сергей контролировал дыхание, слушал ночь. Шорох листьев, далёкий крик птицы, гудение ветра в проводах. И шаги. Тяжёлые, размеренные. Патрульный приближался. Сергей напрягся. Рука сжала рукоять ножа. Он видел тень на земле. Человек шёл прямо к нему.
Охранник вышел из-за угла, и мир взорвался движением. Сергей действовал на рефлексах. Левая рука зажала рот жертвы, правая прижала нож к горлу. Рывок назад, за угол, прочь от света. Охранник дёрнулся, попытался вырваться, но Сергей уже провёл болевой захват, выкручивая руку за спину.
— Тихо, — прошипел он в ухо охраннику. — Один звук, и я перережу тебе глотку. Понял?
Охранник замер. Кивнул, насколько позволял захват.
— Отлично. Сейчас ты ответишь на несколько вопросов. Врать не советую, я пойму. Сколько вас здесь?
Охранник молчал секунду, потом хрипло выдохнул.
— Пятеро. Двое в здании, один на крыше, двое снаружи.
— Где заложник?
— В подвале. Там. Там охранник при нём. Постоянно.
Значит, шестеро. Шесть человек охраны. Ещё сложнее.
— Как попасть в подвал?
— Дверь с торца здания. Или изнутри. Лестница из коридора первого этажа.
— Ключи от подвала?
— У старшего. Погорелов. Он сейчас в здании на втором этаже.
Погорелов. Владелец «Барса». Значит, приехал лично контролировать ситуацию. Это и хорошо, и плохо. Хорошо — можно нейтрализовать главного и посеять панику. Плохо — он наверняка опытнее и опаснее рядовых охранников.
— Оружие.
— Пистолеты у всех. У Погорелова автомат в кабинете.
Сергей помолчал, обдумывая информацию. Потом одним быстрым движением ударил охранника рукояткой ножа по затылку. Тот обмяк, потерял сознание. Сергей оттащил его за домик, связал руки и ноги пластиковыми стяжками, заткнул рот тряпкой. Проверил пульс. Жив. Хорошо. Убивать без необходимости он не хотел. Осталось пятеро. Один патрульный, двое у входа, один на крыше, один в подвале при заложнике. И Погорелов на втором этаже. Сергей посмотрел на часы. Без четверти двенадцать. Впереди долгая ночь. И каждый следующий шаг будет сложнее предыдущего.
Он двинулся к зданию, растворяясь в тенях. Война продолжалась. Второго патрульного Сергей снял у забора, когда тот остановился закурить. Тихий удар сзади, захват, удушение. Всё заняло несколько секунд. Охранник даже не успел понять, что произошло. Сергей связал его и оставил в кустах. Забрал пистолет. Глок 17-го калибра 9 мм. Неплохое оружие. Осталось четверо. Двое у входа, один на крыше, один в подвале. И Погорелов.
Крыша была главной проблемой. Наблюдатель видел большую часть территории, любое неосторожное движение могло выдать Сергея. Нужно было снять его первым или хотя бы отвлечь. Сергей обошёл здание с тыла, нашёл пожарную лестницу. Старая, ржавая, но выдержит. Он начал подниматься, медленно проверяя каждую ступеньку. Ржавчина скрипела под подошвами, и он замирал после каждого звука, прислушиваясь. На крыше было темно, только слабый свет от окон первого этажа. Наблюдатель сидел у парапета, спиной к лестнице, смотрел на подъездную дорогу. Рядом с ним термос и рация.
Сергей подкрался ближе, шаг за шагом, контролируя каждое движение. Три метра. Два. Один. Охранник что-то почувствовал. Может, дуновение воздуха. Может, шестое чувство. Начал поворачиваться. Но Сергей уже был рядом. Удар в основание черепа. Точный, рассчитанный. Охранник дёрнулся и обмяк. Сергей подхватил его, осторожно опустил на крышу. Связал, заткнул рот. Забрал рацию, стандартная модель, настроенная на одну частоту. Теперь он мог слушать переговоры охраны. Осталось трое. Двое у входа, один в подвале.
Он спустился по пожарной лестнице, обошёл здание. Охранники у входа болтали о чём-то, смеялись. Расслабленные, не ожидающие угрозы. Сергей наблюдал за ними из тени, просчитывая варианты. В лоб атаковать рискованно. Они вооружены, могут поднять тревогу. Нужно было разделить их. Сергей достал рацию, нажал кнопку передачи.
— Внимание! Движение у западного забора. Проверьте!
Голос он изменил, сделал хриплым, неузнаваемым. Пауза. Потом один из охранников ответил.
— Принял. Олег, сходи посмотри.
Один из охранников отделился от напарника, пошёл к западной стороне базы. Сергей улыбнулся под балаклавой. Работает. Он перехватил Олега у угла здания. Быстро, тихо, профессионально. Ещё один связанный охранник присоединился к коллекции. Двое. Один у входа, один в подвале.
Сергей вернулся к главному входу. Охранник нервничал. Олег не отвечал на рацию, ситуация выходила из-под контроля. Он достал телефон, начал набирать номер. Нельзя было дать ему позвонить. Сергей вышел из тени, держа пистолет на уровне груди. Охранник увидел его, глаза расширились от ужаса. Рука метнулась к кобуре.
— Не двигайся! — негромко сказал Сергей. — Руки за голову! Медленно!
Охранник замер. Взгляд метался между пистолетом и дверью здания. Сергей видел, как он просчитывает варианты. Крикнуть, броситься в сторону, попытаться выхватить оружие.
— Не надо, — предупредил Сергей. — Я выстрелю быстрее, чем ты успеешь моргнуть. Руки за голову. Сейчас.
Медленно, очень медленно охранник поднял руки. Сергей подошёл ближе, забрал у него пистолет, заставил лечь на землю лицом вниз. Связал руки, заткнул рот. Ещё один. Остался один охранник в подвале. И Погорелов на втором этаже. Сергей подошёл к двери здания. Заперто. Он достал отмычки. Ещё один навык, который не забылся с армии. И через минуту дверь тихо открылась. Внутри было темно и пахло сыростью. Коридор первого этажа, двери по обеим сторонам, лестница в конце.
Сергей двигался медленно, прижимаясь к стене, контролируя каждый угол. Первая дверь – пусто, комната заброшена. Вторая – тоже пусто. Третья – голоса, приглушённые из-за закрытой двери. Сергей замер, прислушался.
— ...ещё сутки и всё закончится. Погорелов сказал, если не согласится, мочим и закапываем в лесу.
— А если согласится?
— Тогда вывозим за границу и отпускаем. Хотя какая разница? С такими долгами он всё равно не жилец.
Разговор двух людей. Значит, их двое? Или один говорит по телефону? Сергей аккуратно повернул ручку, приоткрыл дверь на щель. Комната, бывший кабинет, стол, стулья, два человека. Один сидит за столом, другой стоит у окна. На столе ноутбук, бутылки с пивом, пепельница. Оба вооружены. Пистолеты в кобурах. Двое. Плюс один в подвале, плюс Погорелов. Ситуация менялась. Сергей отступил, продолжил движение по коридору. Нашёл лестницу вниз. Узкая, крутая, ведущая в подвал. Спустился на несколько ступеней, прислушался. Тишина. Только слабый звук. Музыка из радио? Он спустился ниже.
Подвал — длинный коридор с дверями по обеим сторонам. Тусклая лампочка под потолком. В конце коридора охранник сидит на стуле, читает что-то на телефоне. Рядом металлическая дверь, закрытая на засов. Там Игорь. За той дверью. Сергей оценил расстояние — метров 15. Охранник увлечён телефоном, не смотрит по сторонам. Шанс есть. Он двинулся вперёд, скользя по стене, контролируя каждый шаг. 10 метров. 5. Охранник поднял голову. Их взгляды встретились. Мгновение растянулось в вечность.
Сергей видел, как расширяются зрачки охранника, как рука тянется к кобуре, как открывается рот для крика. Он прыгнул. Удар в горло. Охранник захрипел, хватаясь за шею. Второй удар в солнечное сплетение. Третий в висок. Охранник рухнул на пол, не успев издать ни звука. Сергей перевёл дыхание. Руки дрожали не от страха, от адреналина. Он быстро связал охранника, забрал ключи с пояса. Металлическая дверь. Засов. Ключ. Дверь открылась с протяжным скрипом.
Маленькая камера, бетонные стены, узкое окно под потолком, заколоченное досками. На полу, на грязном матрасе, человек. Избитый, истощённый, с запекшейся кровью на лице. Игорь Крапивин. Он поднял голову, посмотрел на Сергея. Глаза воспалённые, с красными прожилками, не сразу сфокусировались.
— Кто? — хрипло начал он.
Сергей снял балаклаву.
— Здравствуй, лейтенант. Давно не виделись.
Игорь смотрел на него долго, непонимающе. Потом что-то промелькнуло в его глазах. Узнавание.
— Туманов? Сергей Туманов?
— Он самый. Ты вынес меня 26 лет назад. Теперь моя очередь.
Игорь попытался встать и не смог. Сергей подхватил его, помог подняться.
— Идти можешь?
— Попробую.
Игорь сделал шаг, пошатнулся. Сергей поддержал его, закинул руку себе на плечо.
— Держись за меня, нам нужно выбираться.
Они двинулись к выходу. Игорь шёл тяжело, опираясь на Сергея. Каждый шаг давался с трудом. Но он шёл. Он был жив. Это главное. Лестница наверх. Коридор первого этажа. Дверь. И голос сзади.
— Стоять!
Сергей резко обернулся. В конце коридора стояли двое, те самые, из кабинета, с оружием на изготовку.
— Брось пистолет! — крикнул один из них. — Руки за голову!
Сергей мгновенно оценил ситуацию. Двое против одного, у него раненый на плече, пространство ограничено. Плохо. Он медленно поднял руки, не выпуская Игоря.
— Спокойно, — сказал он. — Давайте поговорим.
Охранники переглянулись. Один из них усмехнулся.
— Поговорим? Ты только что вырубил наших людей и пытаешься увезти заложника. О чём тут говорить?
Сергей прикинул расстояние до двери. «Три метра. Слишком далеко». И тут Игорь сделал то, чего никто не ожидал. Он оттолкнулся от Сергея, шагнул вперёд, заслоняя его собой.
— Стреляйте! — хрипло сказал он. — Давайте. Без меня у вас всё равно ничего нет. Убьёте меня, и ваш Маркелов сядет. Документы в надёжном месте, копии отправлены журналистам. Я мёртв, они публикуют.
Охранники замерли. Они явно не ожидали такого поворота. И в этот момент Сергей... действовал. Рывок вперёд, толчок, выбивающий оружие из руки ближайшего охранника. Удар локтем в лицо второму. Короткая, жестокая схватка в ограниченном пространстве. Удары, захваты, хруст костей. Через 10 секунд оба охранника лежали на полу. Один без сознания, второй стонал, держась за сломанную руку.
Сергей подхватил Игоря, потащил к выходу.
— Документы — это правда? — спросил он на ходу.
— Нет, — слабо усмехнулся Игорь. — Блеф. Но они-то не знают.
— Хороший блеф.
Они вышли на улицу. Холодный ночной воздух ударил в лицо. Сергей огляделся.
— Пока чисто. К машине, — сказал он. — Быстро.
Они двинулись к забору. Игорь шёл на пределе сил, ноги подкашивались, но он упрямо переставлял их, одну за другой.
— Погорелов, — прохрипел он. — Он на втором этаже. Если услышит...
— Знаю. Двигаемся.
Забор, дыра в сетке, лес. Они были уже почти у машины, когда сзади раздался крик. Потом выстрелы. Пули ударили в стволы деревьев рядом с ними.
— Бегом! — рявкнул Сергей.
Он практически нёс Игоря на себе, продираясь сквозь кусты. Ветки хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги. Сзади топот, голоса, лучи фонарей. Машина, наконец. Сергей рванул дверь, затолкал Игоря на заднее сиденье, сам прыгнул за руль. Ключ в замке, двигатель взревел. Фары осветили лес. Сергей дал по газам, машина рванулась вперёд, по лесной дороге, подпрыгивая на ухабах. Погоня. Сзади вспыхнули огни. Один, два, три комплекта фар. Они преследовали их.
Игорь застонал на заднем сиденье. Сергей бросил быстрый взгляд в зеркало. Лицо товарища было белым, как мел.
— Держись, — сказал он. — Мы выберемся.
Машина выскочила на просёлочную дорогу. Сергей повернул руль, уходя от фар преследователей. Впереди тьма и неизвестность. Война продолжалась. И самое трудное было ещё впереди. Ночная дорога неслась навстречу, разрезаемая лучами фар. Сергей вёл машину на пределе возможностей старенького Пассата, выжимая из него всё, что можно. Позади три пары фар, упрямо держащиеся на хвосте.
— Сколько их? — хрипло спросил Игорь с заднего сиденья.
— Трое, может, больше.
— Оружие?
— Автоматы, скорее всего. У Погорелова точно.
Игорь выругался. Сергей понимал его, они были в невыгодном положении. Один пистолет, раненый пассажир, преследователи с превосходящим огневым ресурсом. Классическая ситуация «волки и заяц». Но зайцы иногда выживали, если были умными. Сергей резко свернул на просёлок, погасил фары. Машина нырнула в темноту между деревьями. Он знал эту местность, изучал по картам. И помнил. Через два километра дорога раздваивается. Одна ветка ведёт к шоссе, вторая — в старый карьер. Преследователи проскочили мимо, не заметив поворот. Сергей выдохнул, сбросил скорость. Выиграл минуту, может, две.
— Куда мы едем? — спросил Игорь.
— Пока в сторону. Нужно оторваться.
— А потом?
Сергей молчал. Потом было сложным вопросом. Вернуться в Москву? Опасно. У Маркелова наверняка люди и в городе. Скрыться в области? Временное решение. Рано или поздно найдут. Нужен был план. Настоящий план, а не импровизация на ходу.
— У тебя есть кто-то, кому можно доверять? — спросил он Игоря. — Из силовиков, из следователей.
Игорь помолчал.
— Есть один. Михаил Грачёв, следователь из Главного следственного управления. Он вёл моё дело. Честный, насколько я могу судить. Маркелов пытался его подкупить, не вышло.
— Контакты есть?
— В телефоне, который у меня забрали.
Сергей достал свой телефон, протянул назад.
— Номер помнишь?
— Помню.
Игорь с трудом набрал номер, поднёс трубку к уху. Долгие гудки. Потом заспанный голос.
— Алло?
— Михаил Валерьевич, это Крапивин. Игорь Крапивин.
Пауза. Потом изменившийся тон, острый, насторожённый.
— Крапивин, ты... ты жив? Где ты?
— Меня похитили. Люди Маркелова. Сейчас я свободен, но за мной погоня. Мне нужна помощь.
Снова пауза. Шорох. Человек на том конце, видимо, встал с кровати.
— Где ты сейчас?
Сергей назвал координаты.
— Через час, — сказал следователь. — Выезжай на Новорижское шоссе, к посту ГИБДД у поворота на Истру. Я буду там с группой. Продержись час.
Связь оборвалась.
— Час, — повторил Сергей. — Это долго.
— Это шанс, — возразил Игорь. — Единственный.
Они выехали на просёлок, двинулись к шоссе. Сергей держал скорость, следил за зеркалами. Пока чисто. Но он знал. Преследователи не сдались. Они прочёсывают местность, ищут след. Через 10 минут фары появились снова, сзади, быстро приближаясь.
— Нашли, — констатировал Сергей.
Он нажал на газ. Машина рванулась вперёд, прыгая на ухабах. Игорь застонал на заднем сиденье. Каждая кочка отзывалась болью в избитом теле. Первая очередь ударила по машине. Пули пробили заднее стекло, ушли в обивку потолка. Сергей пригнулся, крутанул руль, уходя с линии огня.
— Держись! — крикнул он.
Дорога впереди раздваивалась. Сергей принял решение за долю секунды, повернул к карьеру. Рискованно, но там было пространство для манёвра. Карьер открылся внезапно. Огромная яма, вырытая в земле, окружённая отвалами породы. Заброшенный, нерабочий, идеальное место для последнего боя. Сергей остановил машину за грудой щебня, выключил двигатель.
— Оставайся здесь, — сказал он Игорю. — Не высовывайся.
— Что ты собираешься делать?
— То, что умею.
Он вышел из машины, достал пистолет. Три машины въехали в карьер, остановились полукругом, перекрывая выход. Фары слепили, не давая разглядеть лица.
— Туманов! — голос из темноты, усиленный мегафоном. — Мы знаем, что ты там. Выходи с поднятыми руками. Отдай Крапивина, и мы тебя отпустим.
Сергей не ответил. Он оценивал ситуацию. Три машины, минимум шесть человек, автоматы. Против него пистолет с двумя магазинами и несколько гранат. Шансы минимальные. Но он и не собирался выигрывать бой. Ему нужно было только продержаться час.
— Даю тебе минуту, — продолжал голос. — Потом мы идём на штурм.
Сергей отступил за груду щебня, залёг. Достал дымовую гранату, выдернул чеку, швырнул в сторону машин. Взрыв. Облако густого белого дыма заволокло пространство. Крики, ругань. Сергей воспользовался суматохой, переместился, занял позицию за бетонным блоком. Ждал. Первый нападающий вынырнул из дыма и тут же упал, получив пулю в ногу. Второй попытался обойти справа. Сергей встретил его выстрелом в плечо. Третий открыл автоматный огонь вслепую. Пули рикошетили от бетона. Сергей экономил патроны. Каждый выстрел прицельный, каждый в конечность. Он не хотел убивать. Эти люди — исполнители, пешки. Настоящий враг — Маркелов.
Дым рассеивался. Сергей перекатился на новую позицию, оказался за перевёрнутым вагончиком. Достал светошумовую гранату, последнюю.
— Сдавайся! — снова голос из темноты. — Ты один, нас больше. Это бессмысленно!
Сергей усмехнулся.
— Бессмысленно? Может быть! Но 26 лет назад Игорь Крапивин тоже мог подумать, что тащить раненого под огнём бессмысленно. Однако не остановился.
Он швырнул гранату. Вспышка, оглушительный хлопок. Крики, стоны. Сергей выскочил из укрытия, побежал вдоль стены карьера, стреляя на ходу. Один противник упал, другой отполз за машину. Пуля ударила Сергея в плечо. Острая боль пронзила руку, пистолет выпал из онемевших пальцев. Он упал за камни, зажимая рану. Кровь текла между пальцев, горячая и липкая. Плечо горело огнём, но он был жив. И Игорь был жив. Пока. Шаги. Кто-то приближался. Сергей нащупал нож на бедре, вытащил его здоровой рукой. Приготовился. Фигура выросла над ним. Крупный мужчина с автоматом. Погорелов. Лицо искажено яростью.
— Вот ты где! – прошипел он. — Думал, уйдёшь?
Сергей не ответил. Собрал остатки сил, рванулся вверх. Нож вошёл в бедро Погорелова. Тот заорал, выронил автомат. Сергей перехватил оружие, ударил прикладом в лицо противника. Погорелов рухнул. Сергей поднялся на ноги, пошатываясь. Вокруг – стоны раненых, запах дыма и пороха. Он огляделся. Трое выведены из строя, двое ранены, один — Погорелов, без сознания. Осталось...
— Брось оружие! — голос сзади.
Сергей обернулся. Последний противник стоял в десяти метрах, держа его на прицеле.
— Брось, или я стреляю!
Сергей медленно опустил автомат. И тут из темноты выехала машина. Не джип преследователей, другая, незнакомая. Из неё выскочили люди в форме, с оружием.
— Полиция! Всем оставаться на местах!
Последний противник дёрнулся, попытался направить оружие на новую угрозу и упал, срезанный автоматной очередью. К Сергею подбежал человек, невысокий, плотный, в гражданской одежде под бронежилетом.
— Туманов? Сергей Туманов?
— Да.
— Грачёв, мы успели.
Сергей почувствовал, как ноги подкашиваются. Руки подхватили его, не дали упасть.
— Крапивин, в машине, — прохрипел он.
— Знаем, уже выводят.
Грачёв посмотрел на его плечо.
— Медики, сюда!
Мир поплыл перед глазами. Сергей увидел, как ведут Игоря, живого, поддерживаемого с двух сторон. Их взгляды встретились. Игорь кивнул ему. Молча. Благодарно. Потом Сергей потерял сознание.
Сергей очнулся от яркого света и запаха антисептика. Белый потолок, капельница у кровати, мерное пиканье аппаратуры. Больница. Он попытался пошевелиться и тут же застонал от боли в плече. Рука была перевязана, зафиксирована повязкой, под кожей тянула швы.
— Очнулся? — голос справа.
Сергей повернул голову. В кресле у окна сидел Грачёв, следователь. Невысокий, плотный, с усталыми глазами и трёхдневной щетиной.
— Врачи говорят, тебе повезло. Пуля прошла на вылет, кость не задета. Через пару недель будешь как новый.
Сергей сглотнул, прочистил пересохшее горло.
— Игорь? — хрипло спросил он.
— В соседней палате. Избит, обезвожен, но жить будет. Крепкий мужик твой друг.
— Он не друг, — Сергей закрыл глаза. — Он человек, которому я должен жизнь.
Грачёв помолчал, потом встал, подошёл к кровати.
— Расскажи мне, что произошло. С самого начала.
Сергей рассказал. Всё. От случайной встречи в квартире до боя в карьере. Грачёв слушал, не перебивая, иногда делая пометки в блокноте. Когда Сергей закончил, следователь долго молчал, глядя в окно.
— Ты понимаешь, что формально ты совершил целый ряд преступлений, — наконец сказал он. — Незаконное проникновение, нападение, незаконное хранение оружия.
— Понимаю.
— И понимаешь, что я должен буду возбудить дело?
— Делай, что должен.
Грачёв усмехнулся, покачал головой.
— Знаешь, Туманов? Я двадцать лет в органах. Видел всякое. Но впервые вижу человека, который в одиночку вытащил заложника из-под охраны профессионалов, положил шестерых вооружённых бойцов и продержался до приезда подкрепления. Ты кто вообще такой?
— Электрик, — ответил Сергей. — Просто электрик.
Грачёв снова усмехнулся, но в глазах его мелькнуло что-то похожее на уважение.
— Ладно, электрик, пока отдыхай. Разберёмся.
Он направился к двери, но у порога обернулся.
— Погорелова и его людей мы взяли. Они дают показания. Но главная рыба, Маркелов, пока на свободе. У него алиби, адвокаты, связи. Без прямых доказательств его причастности к похищению мы его не достанем.
Сергей открыл глаза, посмотрел на следователя.
— Что нужно для доказательств?
— Запись разговора, документы, свидетельские показания от кого-то из его ближнего круга, — Грачёв пожал плечами. — Почти невозможно получить. Его люди молчат, боятся. А сам он осторожен, никогда не говорит лишнего.
— Никогда?
— Почти никогда, — Грачёв задумался. — Есть информация, что он встречается со своими людьми в загородном доме, без свидетелей. Там они обсуждают деликатные вопросы. Но дом охраняется, подобраться невозможно.
— Невозможно для полиции, — тихо сказал Сергей.
Грачёв посмотрел на него долгим взглядом.
— Я ничего не слышал, — сказал он наконец. — И этого разговора не было. Выздоравливай, Туманов.
Он вышел. Сергей остался один, глядя в потолок. В голове уже складывался план. Маркелов. Загородный дом. Запись разговора. Это было возможно. Сложно, опасно, но возможно. Но сначала нужно было встать на ноги.
Следующие три дня Сергей провёл в больнице, восстанавливаясь. Рана заживала быстро, армейская закалка давала о себе знать. Он делал упражнения, разрабатывал руку, постепенно возвращал подвижность. Врачи качали головами, удивляясь его выносливости. На второй день его навестил Игорь. Он вошёл в палату медленно, опираясь на костыль, сломанная нога в гипсе, лицо всё ещё в синяках, но глаза живые, ясные. Сергей приподнялся на кровати.
— Лежи, — сказал Игорь, опускаясь на стул рядом. — Тебе нельзя напрягаться.
— Тебе тоже.
Они помолчали. 26 лет прошло с их последней встречи, и теперь не было слов, чтобы выразить всё, что накопилось за эти годы.
— Почему ты пришёл? — наконец спросил Игорь. — Ты мог не вмешиваться. Мог пройти мимо, как все остальные.
Сергей посмотрел на него.
— Потому что ты не прошёл мимо 26 лет назад. На высоте 312. Когда я лежал в крови, а снайпер бил по нам.
Игорь отвёл взгляд.
— Я просто делал свою работу.
— Нет, ты делал больше. Ты мог оставить меня и уйти. Приказ был отступать, но ты вернулся. Потащил меня на себе. Получил пулю в плечо, но не бросил.
Сергей помолчал.
— Я 26 лет жил с этим долгом. И теперь отдал.
Игорь смотрел на него долго, потом кивнул.
— Мы квиты?
— Нет, — Сергей качнул головой. — Мы не квиты, мы братья. По крови, пролитой на той горе, это не отменить.
Игорь протянул руку. Сергей пожал её, крепко, по-мужски.
— Грачёв говорит, Маркелов на свободе, — сказал Игорь. — Пока он там, я и моя семья в опасности.
— Знаю.
— Что ты собираешься делать?
Сергей посмотрел ему в глаза.
— То, что должен. Закончить начатое.
— Один?
— Если понадобится.
Игорь покачал головой.
— Нет, не один. Я с тобой.
— Ты ранен. Нога сломана.
— Нога заживёт, а голова работает. Я знаю Маркелова. Знаю его привычки, его людей, его слабости. Тебе нужна информация? Я её дам.