Метафорическая сказка о признании своей самоценности.
_________________________________________________________________________________________
За широким полем, за густым лесом, за бурной рекой, в той стороне, где деревья достают макушками до облаков, приютилась небольшая весь. Всего и домов в ней, что пальцев на одной руке. В избушке на окраине живет-поживает семья – бортник с женой, да дочка их – Ясинка.
Ясинка ладная девчушка, все у нее в руках спорится – и одеяло прохудившееся заштопает, и теленка малого накормит, и матушке поможет по дому. Батюшка у Ясинки суров, все, что ни сделает дочка, ему не в радость. То щи недосолила, то пыль не всю смела, а то и вовсе за скотиной недоглядела. А матушка вздыхает, гладит дочку по голове и приговаривает: «Ну-ну, не печалься, батюшка это не со зла, строгий он к себе, вот и хочет, чтобы у других все по его правде было». Ясинка слезинки смахивает, да снова за дела принимается.
Однажды ясным летним утром Ясинка собралась по грибы да ягоды. Взяла берестяной кузовок, хлеба краюшку в платочек завернула – перекусить в дороге, да помчалась знакомой тропинкой в лес.
Долго бродила Ясинка от одной поляны к другой, под еловые лапы заглядывала, мох ворошила, да ничего путного и съедобного ей не попалось. «Верно и впрямь я неумеха, - думает девочка, - даже грибов в лесу найти не могу». А солнце уже к закату клонится, утомилась Ясинка, да на поваленное дерево присела отдохнуть, припасенный хлеб из кузовка достала. Только собралась его надкусить, как из леса, прихрамывая, седобородый старичок вышел и, опираясь на посох, направился прямиком к ней.
Улыбнулась Ясинка, поприветствовала старичка и краюху хлеба ему протягивает: «Угощайся, дедушка, тебе силы нужны, устал, поди, по лесу бродить».
- А сама почему не ешь? – ухмыльнулся старичок, беря угощение.
- Ягод наелась, пока грибы искала, не голодная совсем, - отвечает ему Ясинка.
Старичок молча прожевал всю краюху, крошки с бороды отряхнул, крякнул довольно и обратился к девочке:
- За добро твое я тебе отплачу, да так, что в долгу не останусь. Вот возьми дубовый листок, да положи его на дно своего кузовка. И всех, кто по дороге домой тебе встретится, клади в кузовок.
- А если лось с рогами мне дорогу перейдет – его тоже в кузовок? – засмеялась Ясинка, недоверчиво глядя на старичка. А тот лишь головой кивнул и поковылял обратно в чащу.
Пустилась Ясинка в обратный путь к дому. Идет по тропинке и вдруг видит – на земле зайчонок маленький барахтается, лапка в капкане застряла. Девочка, недолго думая, принялась помогать зверюшке из капкана выбраться. Освободила лапку, а та вся в крови от зубьев железных. Ясинка огляделась вокруг и нашла травку лечебную, приложила к раненой лапке. А зайчонок не убегает, смотрит на Ясинку глазами-бусинками.
- Полезай в кузовок, как старичок наказывал, - Ясинка подставила кузовок зайчонку, а тот прыгнул в него и исчез. Пожала плечами Ясинка и продолжила свой путь.
Тропинка привела девочку к реке - струится вода на перекатах, а в пене бурлящей лисица барахтается, выплыть не может. Кинулась Ясинка в воду – благо там неглубоко было, и вытащила лисицу на берег. Та без сил на землю легла и смотрит на девочку. Ясинка по голове лису погладила, травы сухой насобирала, шкуру ей досуха протерла, да в кузовок ее пригласила.
Идёт Ясинка дальше, сумерки сгущаются, как вдруг в полумраке вспыхнул огонь: на опушке пылает старое дерево, а по ветке мечется белка - спуститься ей мешает пламя. Подбежала Ясинка ближе к дереву и кузовок белке подставила, та в него прыгнула и затихла.
Вернулась Ясинка домой, присела, усталая, на лавку и осторожно в кузовок заглядывает - может ей померещилось, что все звери в нем уместились.
- Много грибов насобирала, дочка? – спрашивает матушка.
А Ясинка глаза опустила – стыдно матушке признаться, что весь день по лесу бродила, да так ничего к ужину и не принесла. Запустила руку в кузовок и вытаскивает оттуда сначала белку, потом лису, а затем и зайчонка. У белки шкурка целая - нигде подпалин не видно, лиса бодро прыгает по горнице, а зайка под лавку ускакал, спрятался – лапка его зажила.
- Откуда этакое диво-дивное, доченька? - удивляется матушка.
- Всех этих зверей я спасла от погибели, если бы не я, то зайка бы кровью истек в капкане, лисица в реке утонула, а белка на дереве сгорела. Видать, не такая уж я неумеха, как батюшка сказывает! И не нужно мне теперь его одобрение, чтобы силу свою и пользу понимать, - проговорила Ясинка и вышла во двор, поманив спасенных зверей за собой.
С той поры Ясинка стала людям в их бедах помогать, а когда повзрослела, стала целительницей, да такой умелой, что к ней со всей округи люди приходили за помощью. А волшебный дубовый листок, старичком подаренный, хранит по сию пору в старом берестяном кузовке.