К поездке в Поднебесную всё готово: электронный переводчик с офлайн-режимом, юани, купленные дома (в местных банках поменять рубли или доллары на китайскую наличность будет очень проблематично), и загранпаспорт, для которого не нужна виза. Но ничто не способно подготовить вас к краху привычных шаблонов о стране, сколько бы о ней ни читал и сколько бы здесь ни бывал: каждый раз ощущаешь, что попал в иное измерение. Город Чунцин — лучшее тому доказательство. Этот «вертикальный» мегаполис с его 8D-топографией, где здания «карабкаются» по склонам, а улицы наслаиваются друг на друга, бросает вызов самой физике.
Обман зрения
Мы заходим в ярко освещенный супермаркет, и моя спутница Джи Уэн — китаянка, живущая в Лондоне, зарабатывающая себе на жизнь графическим дизайном и в момент моего путешествия гостившая у родителей в Чунцине, — кивает на аккуратно сложенную гору из упаковок с молоком долгого хранения: «Видишь большие наборы? В Китае это самый практичный подарок, когда идешь в гости, особенно к старшим родственникам или если в семье есть дети. Традиция дарить молоко в большом количестве имеет свой исторический контекст. Раньше молоко в Китае почти не пили, коровы работали в поле. А потом, в трудные времена, государство стало говорить о важности этого продукта для силы и здоровья нации. Моя бабушка, например, до сих пор искренне считает, что я должна его пить каждый день, чтобы быть сильной. Молоко превратилось в символ заботы, и, приходя в гости, мы приносим с собой самое простое и настоящее пожелание здоровья — коробку с молоком. Эти большие паки — как раз «гостевые», их удобно переносить и приятно дарить». Мы же взяли чай в пластиковых бутылках — с османтусом и прочим перечнем каких-то трав в составе — и отправились гулять по городу, преодолевая его многоуровневый ландшафт.
Джи Уэн, которая предпочитает, чтобы за пределами Чунцина ее называли Джоанна, решила сперва показать мне самые туристические достопримечательности города, а уже потом провести тропами «для своих». По ее словам, лет пять назад в китайской популярной соцсети о Чунцине заговорила вся Поднебесная — открылся Хунъядун, 13-этажный комплекс,встроенный в скалистый утес и стилизованный под традиционные сычуаньские дома на сваях. Оказаться здесь лучше в темное время суток, чтобы понять, почему это локация номер один в городе. Джи Уэн пояснила: «Чунцин при статусе самого большого мегаполиса планеты выглядит так, будто это город-призрак с пустыми зданиями. Днем мы видели «темные» небоскребы, но отсутствие света в окнах объясняется просто: новостройки проектируют с глубокими балконами и навесами, которые скрывают свет из квартир с улицы, а также с использованием тонированных стекол. Кроме того, наша вечная влажная дымка работает как гигантский рассеиватель — она «съедает» яркость окон, превращая отдельные огоньки в размытое свечение. Главный секрет в том, что Чунцин — город трудоголиков, и к вечеру целые кварталы пустеют, пока их жители задерживаются на работе или в бесчисленных кафе и развлекательных центрах. В особенности здесь, в гастрокультурном Хунъядуне, светящемся и искрящемся, словно комета».
Почем саранча?
Поймав такси «с руки» на оживленной улице, направляемся в древний город Цицикоу (Ciqikou), существующий со времен династии Сун (с 960—1279 годов). Изначально он служил важным торговым портом на реке Цзялинцзян. В период династий Мин и Цин (XIV — начало XX века) Цицикоу стал крупным центром по производству и продаже фарфора, что и отразилось в его названии — «Цицикоу» переводится как «Фарфоровый причал». К XVIII веку он славился своими керамическими мастерскими, снабжавшими весь регион. Сегодня Старый город сохраняет оригинальную планировку и архитектуру с узкими мощеными улочками, традиционными деревянными постройками и многоуровневыми конструкциями, адаптированными к холмистому рельефу. В ноябре, например, один из переулков Цицикоу был полностью преображен в стиле Винсента Ван Гога. Стены домов украшали репродукции его знаменитых картин, включая «Звездную ночь» и «Ирисы», а в центре располагалась небольшая иммерсивная VR/AR поп-ап выставка «Ван Гог: Импрессии Арля». Такие мероприятия, по словам Джи Уэн, стали популярным форматом в Китае для оживления исторических кварталов и привлечения молодежи.
Проходим прилавки с уличными закусками: здесь — бобо-цзи (шпажки с различными мясными начинками в пряном бульоне по юаню за штуку), куриные лапки с соусом цзао-лазы, насекомые (саранча, жучки-паучки, многоножки) из региона Юньнань, чуть дальше — холодный тофу-пудинг, ледяное желе бинфэнь, танъюани (рисовые шарики), какая-то странная на вид сладость, которую здесь же и изготавливают и название которой можно перевести как «Милый рассыпчатый десерт». Джи Уэн говорит, что рецепт и технология производства десерта имеют статус Нематериального культурного наследия Китая. Подходим к продавцу продуктового набора для знаменитого китайского блюда хого (hot pot). Цена —30 юаней за порцию. Джи Уэн, словно прочитав мои мысли, поясняет: «Чувствуешь, какой тут плотный воздух? В Чунцине влажный субтропический муссонный климат, горы держат ветра, и туман с жарой часто «застревают» над городом. У нас не столько жарко, сколько душно — пот хуже испаряется, тело охлаждается медленнее. Вот почему мы так любим острое: перец чили разгоняет кровообращение, запускает потоотделение и возвращает аппетит в сырую погоду. Наш чунцинский хот-пот пошел от лодочников и носильщиков на Янцзы в конце XIX — начале XX века: они варили субпродукты в перцовом бульоне с говяжьим салом — это быстро, дешево, сытно и прогревает до костей в непогоду. В Чэнду, например, любят разделять в котле острый и «мягкий» бульон, а у нас чаще берут оригинальный, красный. Если хочешь понять этот город, начинай не с достопримечательностей, а с хого: одна кастрюля расскажет больше любого путеводителя».
Напророчить будущее
Джи Уэн говорит, что каждый чунцинец накануне китайского Нового года должен прийти в один из старейших и наиболее почитаемых буддийских храмов города Луохань (датируется 1067 годом), расположенный в районе Ючжун, чтобы предсказать себе будущее. Гостям Чунцина это делать тоже душеполезно, поэтому ловим очередное такси и, пока пробираемся сквозь послеобеденные пробки к этому священному месту, моя спутница поясняет: «Главная святыня храма — коллекция из 500 глиняных архатов, созданных известным скульптором Ли Гуансюем в 1985 году. Эти статуи отличаются уникальной выразительностью: каждая имеет индивидуальные черты, мимику и позу, отражающую разные этапы просветления. Традиция их подсчета — не только религиозный ритуал, но и медитативная практика: посетители начинают счет с выбранного архата и движутся по часовой стрелке. Считается, что номер последнего отсчитанного архата предсказывает судьбу или дает духовный совет. Во время Культурной революции храм чудом избежал полного разрушения, а оригинальные скульптуры были спрятаны местными жителями».
На самом деле, есть три способа разгадать свое будущее. Первый — «как сердце подскажет»: войдя в зал, начинайте считать от любой статуи в любом направлении до числа, равного вашему возрасту. Второй способ — «по шагу»: отследите, какой ногой переступили порог, и начинайте считать со стороны этой ноги от любой статуи количество ваших лет. Если вам 40, то сороковая скульптура ваша! И наконец, третий способ — «мужчинам слева, женщинам справа»: войдя, мужчины начинают с левой стороны, женщины — с правой, можно считать от любой статуи. Идем, как сердце подсказывает. Остановка у «499-го почтенного архата Чжучацзя». Интерпретация стоит 20 юаней. Вполне подъемная сумма за желание узнать, что тебя ждет в 2026 году. Милая бабушка, хранительница архатов, глубокомысленно вещает, Джи Уэн переводит: «В преданиях этот архат слыл медлительным и забывчивым, но достиг просветления благодаря простому упражнению, которое дал ему Будда. Ваш архат как страж ворот советует внимательно относиться к договорам, паролям, финансам и личным границам в течение года. Его биография намекает, что успех придет через простую и регулярную практику, а не за счет хитрых ходов». Тактика на следующий год понятна: под покровительством архата движемся дальше — без ловкачества, но поступательно!