На этой неделе появилась новость о том, что первый пациент получил российскую персонализированную вакцину от рака. Впрочем, онколог Андрей Базылев, главный врач Клиники персонализированной онкологии, объяснил нам, что это никакая не вакцина, и рассказал о настоящем принципе действия препарата, а также о том, куда движется современная онкология.
Онкологи воспринимают шум вокруг этой новости со скепсисом, потому что на самом деле такой метод борьбы с раком появился уже давно — за рубежом его применяют с 2016 года. Тогда его назначали для лечения меланомы, но потом стали использовать и при других видах онкологии.
Конечно, никакая это не вакцина от рака. У нас в стране её иногда так называют, потому что так понятнее для широкого круга людей. Но всё-таки настоящая вакцина — это биологический препарат, обеспечивающий появление в организме приобретённого иммунитета к конкретному антигену. В данном случае мы видим другой механизм, хотя и похожий.
Терапия, о которой мы говорим, бывает двух видов. Первый вид — TIL. Расшифровывается как tumour-infiltrating lymphocytes, что означает «инфильтрация опухоли лимфоцитами». Это метод лечения злокачественных опухолей, при котором собственные иммунные клетки пациента используются для уничтожения опухолевых. Их берут из окружающих опухоль тканей, отбирают самые агрессивные, увеличивают их концентрацию и вводят обратно пациенту.
Второй вид — это CAR-T терапия. Здесь похожий принцип работы. У пациента проводят забор крови и выделяют из полученного материала иммунные клетки (T-лимфоциты). Далее в лабораторных условиях полученные лимфоциты делают более агрессивными путём увеличения числа специфических рецепторов на их поверхности. Эти рецепторы позволяют T-лимфоцитам распознавать и атаковать раковые клетки.
«Персонализированность» метода, о которой говорят в новостях, заключается только в том, что препарат получают из иммунных клеток пациента. Всё-таки организм — это фантастически сложный механизм, и принципы инициации и развития злокачественных клеток пока не до конца изучены. Опухолевая клетка у каждого онкобольного индивидуальна, как и он сам. Поэтому внимание онкологии сейчас на эту самую индивидуальность и направлено.
Обычно TIL и CAR-T применяют как вспомогательный метод в сочетании с более действенными практиками — с химиотерапией или таргетной терапией. Или у пациентов с распространённым опухолевым процессом, которым противопоказаны другие методы лечения. Потому что такие «вакцины» не обладают серьёзными побочными эффектами — за пятнадцать лет работы я встречал разве что аутоиммунные реакции, которые легко купируются.
У нас в стране сейчас такая терапия в моде — в России ещё с 2020 года многие учреждения занимаются её развитием и использованием. Насколько я знаю, с этого года лечение такими «вакцинами» можно будет получать даже по системе ОМС.
Но лично я считаю, что TIL и CAR-T методы терапии пока недостаточно изучены. Остаётся много вопросов, касающихся, например, оптимального времени введения, последовательности применения, комбинаций с другими методами лечения. Да и конкретная эффективность тоже пока под вопросом.
Думаю, в ближайшее десятилетие мы увидим серьёзную оптимизацию и стандартизацию этих методов лечения, но пока что не стоит относиться к таким «вакцинами» как к панацее против рака.
В любом случае, онкология движется вперёд семимильными шагами — за последнее десятилетие стандарты лечения практически полностью изменились. Появилась иммунотерапия, десятки новых таргетных препаратов. Считается, что вылечить рак на данный момент нельзя. Но сделать его хронической болезнью, с которой человек живёт долгие годы, не меняя свой привычный образ жизни — это достижимая задача.