Чтец, певец и на дуде игрец. На концертах «Теаджаза» Леонида Утесова публика буквально сходила с ума

Как рассказывал Утесов, несколько секунд, ничего не понимая, он растерянно смот­рел в зал. Оттуда неслись уже не только аплодисменты, но и какие‑то крики, похожие на вопли. «И вдруг в этот миг я осознал свою победу, — вспоминал артист. — Мне захотелось петь, танцевать, дирижировать. Все это я и должен был делать по программе — я пел, танцевал, дирижировал, но, кажется, никогда еще так щедро не отдавал публике всего себя. Я знал успех, но именно в этот вечер я понял, что схватил «бога за бороду». Я понял, что ворота на новую дорогу для меня широко распахнулись. Я понял, что с этой дороги я никогда не сойду».

Идею театрального джаза Леонид Утесов привез из Парижа. Там в 1928 году он побывал на концерте американского джаз-оркестра Теда Льюиса и был поражен, насколько ловко и талантливо тот соединил концертную программу с театрализованным представлением…

На сцене Малого оперного театра «Теаджаз» (иногда писали через дефис — «Теа-джаз») предстал перед публикой в составе десяти музыкантов: двух саксофонистов, тромбониста, трубача, контрабасиста, пианиста, гитариста, скрипача, ударника и тенора. Постановка состояла из шести номеров, причем далеко не все из них были джазовыми.

Утесов читал под аккомпанемент оркестра стихотворение Эдуарда Багрицкого «Контрабандисты», исполнял романс «Где б ни скитался я…», играл на скрипке «Сент-Луис блюз» Уильяма Хенди. Словом, он выступил одновременно в самых разных ролях — певца, дирижера, скрипача, гитариста, танцора и даже конферансье. А закончилось представление американским шлягером «Пока», который после спектакля с помощью репродуктора транслировали на площадь перед театром. Затем были десятки выступлений перед микрофоном «Рабочего радио-полдня», концерт в саду отдыха имени Дзержинского (нынешнем Лопухинском саду) на Аптекарском острове…

Один из первых откликов появился в журнале «Жизнь искусства» в том же 1929 году. Его автор молодой критик Симон Дрейден изумлялся тому, что публика на концертах «Теа­джаза» буквально сходила с ума. «Удивительно холеный техрук одного из крупнейших заводов» как будто бы разом скинул сорок лет с «трудового списка» своей жизни. Бородач, перегнувшийся через барьер, «головой, плечами, туловищем отбивал веселый ритм джаза», а девица «забыла в припадке музыкальных чувств закрыть распахнутый оркестром рот».

Впрочем, тот же критик сетовал, что новому коллективу пока еще явно не хватает опытной режиссерской руки. «Талантливый человек Утесов! — восклицал Дрейден. — Вот уж подлинно — и чтец, и певец, и на дуде игрец! Но «обуздать» (в лучшем, профессиональном смысле слова), ввести в русло хорошего ансамбля его бьющий через край «артистический темперамент» — не мешает… На помощь ­«Теаджазу» следует прий­ти нашим лучшим режиссерам, композиторам, писателям».

Первый состав оркестра был набран из музыкантов ленинградского Малого оперного театра, и большинство его участников все‑таки привыкли к другому стилю исполнения. Поэтому через год для своей второй программы «Джаз на повороте» Утесов полностью обновил состав, пригласив молодых музыкантов, готовых к экспериментам…

«Теаджаз» стал основоположником целого направления на отечественной эстраде. С первого же его выступления у него появилась масса подражателей в разных городах страны. Очень много для коллектива сделал композитор Исаак Дунаевский. Он создал джазовые «рапсодии» — обработки народных мелодий, а также немало песен на стихи советских поэтов.

Настоящая слава ждала Леонида Утесова и его музыкантов в 1934 году после выхода на экраны «Веселых ребят» — фильма, который даже сам Сталин назвал отличной комедией, под которую можно хорошо отдохнуть.

Утесов мечтал превратить свой оркестр в театр, но война нарушила его планы. Джаз-бэнд отправили в эвакуацию в Свердловск. Музыканты выступали на любой доступной площадке, иногда даже с грузовой машины.

После войны джаз оказался в опале, и Леонид Утесов был вынужден переименовать свой коллектив в «Эстрадный оркестр РСФСР». Однако, как отмечали почитатели таланта Утесова, изменилось, к счастью, только название…

Читайте также:

Советчики Ея Величества. Верховный тайный совет не ограничил самодержавную власть монарха

«Аничкин мост»: история старинной открытки