Все работы хороши, как говорится, – выбирай на вкус. Но в реальности большинство из нас не слишком довольны тем, что выбрали, и любят пожаловаться на начальника.
Если вы привыкли жаловаться на свою работу, суровое руководство, короткий обеденный перерыв и теплую воду из кулера, вспомните о рабочих буднях добытчиков серы на вулкане Кавах Иджен.
Они работают на высоте 2600 метров в ядовитых испарениях от заката до рассвета. В таких условиях даже самый суровый офис покажется раем.
Сколько зарабатывают те, кто каждый день рискует не вернуться с работы? И кому в Индонезии больше всех повезло с профессией по наследству? Об этом рассказали в программе "Невероятно интересные истории" с Алексеем Корзиным и Владиславом Рябовым на РЕН ТВ.
Токсичная профессия: как проходит рабочий день добытчика серы
В путеводителях пейзажи вулкана и кислотного озера просто завораживают, но только не этих людей.
Они встают еще до рассвета и друг за другом отправляются к водоему и его пылающим синими кострами берегам. Так начинается день яванских добытчиков серы.
"Задача – эту серу с помощью шестов раздробить, отбить, наполнить мешки и унести", – рассказал историк Юрий Московский.
Туристам, которых привозят поглядеть на всю эту красоту, гиды рассказывают страшилки о птицах, которые замертво падают, пролетая над ядовитым водоемом. Путешественникам дают насладиться опасными красотами не более 20 минут.
Находиться в таком токсичном месте дольше – опасно для здоровья.
Но смена добытчиков серы длится до заката. Как только они наберут полные корзины серы – около 70 килограммов, – взваливают на себя свою ношу и тащат вниз по трехкилометровой горной тропе.
Местный житель Захид Лухунг – один из них. Его рабочий день начинается где-то в 2 часа ночи. Говорит, пока он обматывает ноги, чтобы не натереть мозоли сапогами, его жена молится, чтобы муж вернулся домой живым.
Ведь на опасной работе у Захида из защиты только тряпка на лице. При этом в ядовитых испарениях на вершине вулкана он проводит несколько долгих часов, добывая серу.
"Дорога на вулкан занимает несколько часов. Но когда светает, мы уже на месте. Каждый сам решает, на каком участке работать. Просто берешь лом и начинаешь отламывать пласты один за одним.
Дышать тяжело, режет горло, но я уже привык и даже приспособился. Нельзя вдыхать глубоко, делать надо так, будто по глоточку, как пьют горячий чай", – рассказал добытчик серы Захид Лухунг.
Большинство индонезийцев работают до самой смерти
Да, до глубокой старости из них почти никто не доживет, но и это в шахтерском городке – само собой разумеющееся. Поэтому болезней они не боятся – у них другие страхи.
"Наш вулкан не спит. Он может проснуться и убить нас всех одним махом", – отметил Захид Лухунг.
"Последнее крупное извержение было в 1999 году, а в 2018 году был очень большой выброс серы. И в результате несколько сотен человек были эвакуированы, а 30 человек попали в больницу", – рассказал историк Московский.
Захид Лухунг – добытчик серы на яванском вулкане Кавах Ижен. Он работает день через день. В 2 часа ночи выходит со своими корзинами на тропу, к рассвету добирается до вулкана, и там до заката заполняет тару серой.
За каждую такую смену ему платят около 1000 в пересчете на рубли – по индонезийским меркам зарплата хорошая. Поэтому Захид всем доволен и работу менять не собирается. Говорит, копит дочке на достойное приданое.
"Эта работа дает мне достаточно. У меня хороший дом, моя семья сыта, дочь учится. Все это благодаря вулкану. Я хочу, чтобы моя дочь после школы поступила в университет и вышла замуж. Ей нужно хорошее приданое и хороший муж", – сказал Захид Лухунг.
Когда Захид уже не сможет работать на вулкане, семья дочери станет его единственной поддержкой, ведь пенсия в Индонезии положена только вдовам госслужащих, чиновникам, военным и полицейским.
Остальные жители страны должны сами позаботиться о своей старости. Поэтому почти 70% индонезийцев трудятся до самой смерти.
"Если не вышло – виноваты боги": профессия шамана
Больше всего везет потомственным шаманам – заклинателям погоды паван худжанам. К ним обращаются все подряд: от фермеров до организаторов спортивных турниров.
"Даже если ничего не получилось, то в итоге шаман может оправдать себя тем, что сами люди каким-то образом прогневили бога. А если все получилось, значит, шаман молодец и высшие силы на стороне тех, кто обращался", – объяснила кандидат социологических наук Марина Корнилова.
Одним словом, работа у колдунов непыльная. Но индонезийцы верят только в силу потомственных паван худжанов.
Так что если с родословной не повезло, придется искать другую работу. Например, стать "серебряным человеком".
Чем опасна работа уличных артистов в Индонезии
Подобные уличные артисты есть во многих странах – индонезийские отличаются от них лишь тем, что на дорогую и качественную краску у них денег нет.
Поэтому намазываются токсичной смесью для трафаретной печати. Такую сложно смыть, и для долгого контакта с кожей она точно не подходит.
В составе краски содержится свинец – тяжелый металл, который через кожу попадает в организм и поражает нервные клетки.
Через 5–10 лет работы "серебряный человек" превращается в инвалида с букетом хронических болезней.
Но для многих юношей это самый верный способ помочь семье. Образования у них нет, особых навыков – тоже.
Но просто смотреть, как их матери после смерти отца гнут спины на плантациях и сборке металлолома, сыновьям совесть не позволяет.
"Они приходят на берег и собирают металлолом, то есть это какие-то старые разрушенные запчасти от кораблей. Сами вдовы от этого мало что зарабатывают – буквально 160 рублей в день", – рассказала социолог Корнилова.
Это сомнительное мероприятие – часть "зеленой программы" правительства. Тендеры выигрывают крупные компании по переработке мусора и отходов.
На презентациях у них современное оборудование, но до того, как хлам к ним доберется, на корпорации работают овдовевшие тетушки и их малолетние дети. Правда, об этом на саммитах по экологии не говорят.
Еще больше интересного от РЕН ТВ – в канале "Рен. Стиль жизни" мессенджера MAX