Глава 25
Анна стояла в стороне, прислонившись к стене, и наблюдала за происходящим. В центре аудитории, окружённый ребятами, стоял Глеб — и принимал поздравления. Друзья хлопали его по плечу, смеялись, говорили какие‑то тёплые слова — кто‑то даже выкрикнул: «Ну, Глебаныч, ты даёшь! Мы тобой гордимся!»
Он улыбался во весь рот, кивал, благодарил, снова улыбался — и эта улыбка, такая широкая, такая демонстративная, резанула Анну по сердцу. Она не могла отделаться от ощущения, что всё это — спектакль. Слишком громко он заявлял о своей радости, слишком показательным было его счастье, парень старательно светился, будто хотел убедить не столько окружающих, сколько самого себя.
- С днём свадьбы, Глеб! Наконец‑то, ты сделал это! — прозвучало из толпы.
Он снова закивал, поднял руки в шутливом жесте капитуляции:
— Да ладно вам, ребята, ну что вы… Просто встретил лучшую девушку в мире, вот и всё.
- Просто встретил лучшую девушку в мире, — мысленно повторила Анна. Ей вспомнилось, как он эти же слова говорил ей, и она этому верила.
Глеб смеялся громче всех, шутил, принимал комплименты, позировал для фото. Но Анна всё равно видела в его глазах что‑то другое — то ли напряжение, то ли страх, что маска вот‑вот спадёт.
К Анне подошла Лиза, которая с умилением наблюдала за всеобщим ликованием.
— Ты в это веришь? — тихо спросила девушка Анну.
Анна повернулась к ней:
— А ты нет?
- Почему-то нет
Ей казалось, что дело в чём-то в другом. Глеб будто боялся показать настоящую радость — ту, что рождается внутри, тихую и глубокую. Вместо неё он выбрал громкую, показную, чтобы все видели - Смотрите, я счастлив! Я справился!
Прозвенел звонок, и Глеб успел сказать - Приглашаю всех в кафе, отметить мою свадьбу.
Все закричали от радости и стали расходиться на свои места. Началась лекция, и все на время забыли, что на одного холостого в компании ребят стало меньше.
Монотонный голос преподавателя заполнил аудиторию, но Анна едва ли его слышала. Она машинально открыла тетрадь, провела пальцем по строчкам конспекта прошлой пары — а сама всё ещё мысленно оставалась там, где Глеб, неловко улыбаясь, сообщил, что женился.
Анна поймала себя на том, что совершенно спокойно встретила смену статуса Глеба. Это удивило её саму. Ещё полгода назад она бы, наверное, расстроилась. Может, даже испытала бы укол ревности или обиды — ведь когда‑то между ними что‑то мерцало, неуловимое, как свет светлячка в сумерках. Они думали, что это навсегда и даже подали заявление в загс. Но теперь она лишь кивнула, улыбнулась и сказала - Будь счастлив, Глеб. И это было искренне.
Он теперь муж и будет счастлив со своей Акулой Крокодиловной. Анна опять улыбнулась тому, каким метким было это прозвище. Это сразу придумала её напарница ещё тогда в кафе, когда впервые увидели его невесту — высокую, с резкими чертами лица и пронзительным взглядом акулы, глубоко посаженных глаз.
*******
А у них с Кириллом было всё замечательно. Мысль о нём согревала, как чашка горячего чая в холодный день. Кирилл не был похож на Глеба: он не блистал остроумием в компаниях и не притягивал к себе всеобщее внимание. Зато он умел слушать, понимал без слов и смотрел на Анну так, будто она — самое удивительное, что есть в этом мире. С ним было спокойно и легко, будто они знали друг друга сто лет.
Её жизнь полностью изменилась, и впервые за столько времени ей больше хотелось гулять, чем учиться. Раньше университет казался ей крепостью, где нужно было выживать: сдавать зачёты, спорить с преподавателями, доказывать, что она чего‑то стоит. Теперь же лекции, семинары и даже контрольные стали лишь фоном для чего‑то большего. Для вечерних прогулок по парку, где Кирилл держал её за руку и рассказывал нелепые истории из детства. Для утренних сообщений с одним словом: «Доброе утро» — и смайликом в виде солнца. Для планов на выходные, которые они составляли за чашкой кофе в маленькой кофейне у метро.
Анна подняла глаза на доску, пытаясь сосредоточиться на формуле, которую выводил преподаватель. Но мысли снова уплывали прочь — туда, где Кирилл ждал её после пар, где ветер пах ароматом осени, где будущее казалось не пугающей неизвестностью, а чем‑то светлым и понятным.
Она незаметно улыбнулась и быстро записала пару строк в тетради — не конспект, а короткую фразу, которую потом зачеркнула, но не до конца:
- Кажется, я счастлива.
****
Кирилл был старше Анны на шесть лет. Он окончил медицинский институт и работал в фармацевтической компании отца — пока что менеджером. Отец сразу дал понять
- Начнёшь с низов, чтобы знать всю работу. И ещё я тебе советую заочно окончить юридический — так ты будешь твёрже стоять на ногах, когда эта вся махина опустится на твои плечи - отец произнёс эти слова твёрдо, без тени сомнения. Он смотрел прямо в глаза Кириллу, давая понять: это не просто совет, а своего рода наставление, которое нужно принять как руководство к действию.
Кирилл принял этот совет. Он не спорил: понимал, что отец хочет подготовить его к управлению бизнесом, передать не просто компанию, а целую империю, которую строил годами. Ответственность давила, но в то же время будила в нём азарт — доказать, что он достоин этого наследия. Дни складывались из совещаний, отчётов, изучения регламентов и стандартов отрасли. Кирилл вникал в каждый этап производства — от разработки формулы до логистики готовых партий лекарств.
Он задерживался в офисе допоздна, задавал вопросы технологам на заводе, разбирался в тонкостях регистрации препаратов. Коллеги поначалу относились к нему настороженно: «папенькин сынок», — но постепенно увидели: Кирилл не ищет лёгких путей, он не просто наблюдал со стороны, а погружался в работу с головой. Он мог провести полдня на складе, разбираясь в системе учёта, или отправиться на завод, чтобы лично проследить за запуском новой линии.
Однажды во время планового совещания, Кирилл удивил всех, предложив оптимизировать цепочку поставок. Его идея была основана на анализе данных за последние три года и включала конкретные расчёты. Директор по логистике, скептически настроенный вначале, после детального разбора признал: предложение имеет смысл. Это стало переломным моментом — коллеги начали видеть в нём не наследника, а перспективного специалиста.
В отличие от него, Анна занималась цифрами. Ей нравилась быть экономистом — в мире таблиц, графиков и прогнозов она чувствовала себя как рыба в воде. Анна умела видеть закономерности там, где другие видели лишь хаос цифр. Она анализировала рентабельность проектов, прогнозировала риски, искала способы сократить издержки без потери качества. Такие практические задачи им задавали на лекциях и она любила этим заниматься.
Однажды Кирилл впервые обратился к ней просто так по поводу нового инвестиционного плана, Анна не стала давать готовых ответов. Вместо этого она предложила ему несколько сценариев с подробным разбором плюсов и минусов каждого.
Их пути были разными, но Кирилл видел Анну рядом с собой в компании отца , он иногда обращался к Анне за советом, ценя её аналитический ум и способность мыслить стратегически. Анна была счастлива ему помочь. Конечно, она многого ещё не знала, но желание быть полезной и помочь Кириллу, заставляло её обращаться к литературе , а иногда подходить и к преподавателям, которые с удовольствием помогали прилежной студентке.
Это мой ТГ канал, приглашаю вас подписаться.