О нашем экономическом «светлом будущем» задумались в Минэкономразвития. 18 марта была коллегия в этом всеми уважаемом ведомстве, которое отвечает за экономический рост страны. Министр Максим Решетников говорил много (как всегда, по делу) и обозначил главные помехи для роста экономики России. По мнению главы ведомства, основными внутренними вызовами для долгосрочного устойчивого роста экономики являются бюджетные ограничения, нарастание конкуренции с импортом и замедление инвестиций. Он напомнил, что главной задачей, которую поставил президент Путин, является «выход на траекторию долгосрочного роста экономики». «Устойчивый рост экономики зависит от системы решений, которые помогут снизить издержки в экономике, повысить качество инвестиционного климата, производительность и гибкость рынка труда и скорость внедрения технологий. Это также вопросы конкуренции, обеления экономики и реформирования институтов», - добавил Решетников.
Сергей Михеев: Слова правильные, только не очень понятно, что за ними конкретно будет стоять, - какое наполнение.
«Замедление инвестиций» - наверное, имеется в виду, что слишком дорогие кредиты, поэтому бизнес не инвестирует в экономику. «Бюджетные ограничения» - всем понятные вопросы с наполнением бюджета, падение цен на нефть и газ в начале этого года (но сейчас вроде бы ситуация исправляется). «Нарастание конкуренции с импортом»: импорт, оказывается, стал конкурентом нашей продукции. Была статистика, что торговый баланс упал, - по-моему, до 6,6 млрд долларов – это вообще ни о чём. Торговый баланс – это разница между тем, что Россия продаёт, и что покупает за рубежом. В «тучные» годы торговый баланс был несколько сотен миллиардов, а сейчас около 6 млрд.
Сергей Михеев: Стало чуть-чуть яснее, но дальше непонятно, что с этим делать? То, что есть проблема с инвестициями, – это очевидно; то, что есть вопрос к процентам по кредитам для развития производства, тоже очевидно; то, что импорт везде, а нашего не хватает, – это тоже не открытие. Теперь осталось дело за малым: понять, как со всем этим справиться; как это увязать в единую систему. «Реформирование институтов»: не знаю, о каких институтах говорит Решетников.
Вряд ли это МГУ.
Сергей Михеев: Да, тем более, что МГУ - университет. Где нештампованная, новая модель? Явно нужна новая модель. Не надо быть большим специалистом, чтобы видеть, что по целому ряду направлений явная «пробуксовка»: не идёт вперёд или идёт по миллиметру. Может быть, надо поменять способы решений этих проблем? Не долбиться в одно и тоже и говорить, что «по-другому нельзя»: а вы попробуйте по-другому!
Я понимаю, что есть риск того, что, особенно в период таких вызовов, ведения боевых действий, все боятся, не обрушится ли это на голову. Но выйти из ситуации, применяя те же самые стандартные решения, не получается. Значит, эти институты надо менять, а чтобы их менять, надо понять, как менять. И пока внятной модели я не вижу. Слова, которые Вы процитировали, все вроде бы правильные, только вопрос: что за ними стоит? «Надо повысить эффективность». Кто же с этим будет спорить? А как? Наверное, для повышения эффективности есть 33 возможных метода! Вы какой из них выбираете? Не очень понятно. Вот с чем надо определиться!
Внедрение новых технологий.
Сергей Михеев: А как же нарастающая конкуренция с импортом? Технологии где? У нас очень долго был расчёт на то, что мы технологии купим, а никто их не продаёт - даже китайцы (и не будут продавать). Сами когда-то своровали, у себя развили, а продавать их нам не собираются.
Они говорят: «Покупайте готовый продукт».
Сергей Михеев: Да. Все так говорят и будут говорить. Поэтому внедрение новых технологий – это замечательно, только где их взять и как сделать так, чтобы они выходили на уровень серийного производства? В качестве направлений всё очень правильно, а как по этим направлениям двигаться и с помощью чего? Здесь нет ясности. Критерием может быть только результат! Как оценивать эффективно/неэффективно, правильно/неправильно? Только результат, а если его нет, значит, надо или менять подход, или реформировать институты, или менять кадры (а, может быть, всё это вместе). Покажите результаты - тогда будем судить, правильные подходы или неправильные!
Мы тут обсуждали Росстат, и одна из наших вековых проблем - это очковтирательство. Постоянное построение декораций, за которыми непонятно что происходит: в лучшем случае неразбериха, а в худшем случае воровство. Поэтому декорации можно построить(тем более, компьютерные модели сейчас позволяют рисовать красивые картинки, неотличимые от действительности), но вопрос в том, что есть картинки, неотличимые от действительности, а есть действительность. Если ваша картинка идёт поперёк действительности, то действительность всё равно выиграет, передавит, потому что надо на чём-то ездить, летать, плавать, что-то есть и т.д.
Я полностью за ориентиры, которые обозначены, но осталось понять: как? Ещё раз говорю, что целый ряд подходов не работает. Может быть, когда-то они работали, а сейчас нет.
Ещё Решетников говорил про «обеление экономики». Все налоговые истории и ценообразование тоже надо выводить на понятную основу. Для обеления российской экономики необходимо сделать обязательными биржевые торги основными сырьевыми товарами, включая рыбу, сельскохозяйственные продукты и стройматериалы. Такое мнение высказал в интервью РБК глава Петербургской биржи (Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой биржи) Игорь Артемьев. Меня смутило, что он в качестве примера привёл рынок леса. Сказал, что с 2022 года действует требование продавать весь государственный лес (лесхозов, учреждений ФСИН) на биржевых торгах. «В результате цены выросли вдвое, НДС тоже, налоговики были довольны», - отметил Артемьев. Вопрос: а покупатели были довольны?
Сергей Михеев: О чём я и говорю! Какая конечная цель? Прибыль биржи? Если человек возглавляет биржу, то понятно, что он о ней и беспокоится! Это рыночное целеполагание реально нас душит. Что главное? «Главное, чтобы кто-то положил себе в карман побольше денег». А на выходе что получает потребитель? Не только физическое лицо, но и производственники? «Всё подорожает – это здорово». Здорово для ФНС - она возьмёт налоги, а как это будет двигать вперёд экономику? Подорожало - никто купить не может. Как утилизационный сбор на машины: скоро машины невозможно будет покупать и уже сейчас невозможно. Что дальше?
Копите.
Сергей Михеев: Повсеместно видится отсутствие долгосрочной стратегии и присутствие «залатывания дыр», сиюминутных решений, когда кому-то в карман положат деньги или принесут налоговые деньги в бюджет, но в итоге будут тормозить развитие. Всё станет дороже. Артемьев привёл пример с лесом, что «лес стал дороже». Значит, если торговать рыбой, то рыба станет дороже, всё станет дороже, и «это хорошо»!
Значит, так выглядит «обеление экономики».
Сергей Михеев: А как же покупатель? Значит, мебель тоже станет дороже. Её же продают не марсианам - она подорожала для потребителя. Каждый тянет в свою сторону, а где в конечном итоге цель? Даже предложение по биржам: «рынок всё определит». Всё то же самое банальное рыночное целеполагание, как в 1990-х годах! Рынок уже «определил» - мы всё свое машиностроение, приборостроение, авиастроение угробили! Здесь нужны другие подходы - не из 1990-х и 2000-х годов, не из американских и европейских учебников - они должны быть по-настоящему инновационными.
Про повышение качества инвестиционного климата я слышу ещё с «тучных» лет, если не раньше.
Сергей Михеев: Про инвестиции?
Да, про инвестиционный климат, чтобы шли деньги.
Сергей Михеев: С 1990-х годов!
Раньше они призывали, чтобы деньги шли из-за рубежа. Сейчас немножко другая ситуация: видимо, опора на внутренние силы.
Сергей Михеев: Где взять внутренние силы, если большинство производственников балансируют на грани банкротства, потому что не могут кредитами под такие проценты закрывать свои потребности? Кто будет инвестировать? Например, Герман Греф (председатель правления ПАО «Сбербанк России») отчитался (и получил соответствующую похвалу), что чистая прибыль банка за 2025 год превысила 1,7 трлн рублей, что половина этой суммы пойдёт на дивидендные выплаты акционерам и т.д. Я говорил: если у банков больше всего денег, то давайте заставим их вкладывать в производство! Пусть они инвестируют не в банковские сервисы, а в производство. У тех, от кого ждут инвестиций, денег нет, а те, у кого деньги есть, говорят: «Это не наше дело. Мы инвестировать ничего не собираемся. Вот вам рынок всё определил». А что он определил? Идеология управления экономикой России требует серьёзного пересмотра. Это не означает, что надо опять всё «загоспланировать», но явно, что какие-то вещи упираются в смысловые тупики.
Ещё раз говорю: по результатам! Где отечественный самолётик, пароходик, автомобильчик и всё остальное? Где огромная спутниковая группировка, которая должна состоять из тысячи спутников?
Нерыночники говорят, и Вы про это говорили, что всё решаемо: строить заводы, ткацкие фабрики. Мы недавно обсуждали текстильную промышленность, что её будут поднимать, чтобы наши военные одевались во всё отечественное. Откуда брать деньги - прогрессивный налог, но с вывоза капитала. Например, если вывозишь в криптовалюте, долларах, то плати не 13%, а 75% (условно) - и деньги пошли в бюджет. Пошлины на импортные товары: на то, что нам не хватает, пошлины снизить;на то, чего мы можем сами производить, сделать заградительные ввозные пошлины.
Сергей Михеев: Сделать можно всё - было бы желание. Это упирается в два фактора: 1. идеологическая вещь – классический (местами даже экстремистский) дикий рыночный капитализм; 2. чья-то выгода (групповая или личная). Надо выбирать: либо мы великая держава, перед которой стоят очень серьёзные задачи, либо мы клуб по реализации рыночных инициатив и доказательству рыночных теорий.