Найти в Дзене

Безопасность как среда развития: как меняется само понимание детства

В современной образовательной повестке, формируемой при участии Министерства просвещения Российской Федерации, всё отчётливее звучит мысль: безопасность ребёнка больше нельзя рассматривать как отдельное направление работы. Она становится характеристикой всей образовательной среды – от содержания обучения до культурного контекста, в котором растёт ребёнок. Именно в этой логике в Донецком государственном педагогическом университете им. В. Шаталова было реализовано исследование, посвящённое механизмам обеспечения безопасности детства в условиях социально-культурных изменений. Мы поговорили с руководителем проекта, доктором филологических наук, профессором Ириной Анатольевной Герасименко о том, почему сегодня безопасность – это вопрос педагогики, культуры и смысла. Пресс-служба: Сегодня ребёнок живёт сразу в нескольких мирах: офлайн, цифровом, культурном. Можно ли говорить, что само понятие «безопасность детства» изменилось? Ирина Герасименко: Да, и это одно из ключевых наблюдений нашего и

В современной образовательной повестке, формируемой при участии Министерства просвещения Российской Федерации, всё отчётливее звучит мысль: безопасность ребёнка больше нельзя рассматривать как отдельное направление работы. Она становится характеристикой всей образовательной среды – от содержания обучения до культурного контекста, в котором растёт ребёнок.

Именно в этой логике в Донецком государственном педагогическом университете им. В. Шаталова было реализовано исследование, посвящённое механизмам обеспечения безопасности детства в условиях социально-культурных изменений. Мы поговорили с руководителем проекта, доктором филологических наук, профессором Ириной Анатольевной Герасименко о том, почему сегодня безопасность – это вопрос педагогики, культуры и смысла.

Пресс-служба: Сегодня ребёнок живёт сразу в нескольких мирах: офлайн, цифровом, культурном. Можно ли говорить, что само понятие «безопасность детства» изменилось?

Ирина Герасименко: Да, и это одно из ключевых наблюдений нашего исследования. Раньше безопасность чаще связывалась с защитой от конкретных угроз. Сегодня ситуация иная: ребёнок находится в сложной системе взаимодействий – информационных, социальных, культурных. Поэтому безопасность приобретает системный характер. Это уже не отдельные меры, а качество среды, в которой развивается ребёнок.

Пресс-служба: Тогда возникает более сложный вопрос: где сегодня проходит граница между безопасностью и развитием?

Ирина Герасименко: Эта граница становится подвижной. Безопасная среда не ограничивает развитие ребёнка, а, наоборот, создаёт условия для его роста. Речь идёт о формировании пространства, в котором ребёнок может взаимодействовать с миром, осваивать его и при этом сохранять внутреннюю устойчивость. В этом смысле безопасность становится частью воспитательного процесса.

Пресс-служба: В вашем исследовании важную роль играет взаимодействие разных социальных институтов. Почему именно это стало центральной идеей?

Ирина Герасименко: Потому что ни один институт в отдельности не способен обеспечить безопасность ребёнка. Школа, семья, культурная среда, медиапространство – все они влияют на формирование личности. Если между ними нет согласованности, возникают разрывы, которые и создают риски. Мы рассматриваем безопасность как результат системного взаимодействия этих институтов.

Пресс-служба: Вы проводили масштабное исследование среди школьников, родителей и педагогов. Что оказалось самым неожиданным?

Ирина Герасименко: Интересно было увидеть, насколько по-разному разные группы воспринимают понятие безопасности: дети больше ориентированы на цифровую среду и информационные риски, родители – на социальные и поведенческие аспекты, педагоги – на образовательную среду и воспитание. Это различие показывает, что без единого понимания невозможно выстроить эффективную систему работы.

Пресс-служба: В вашем исследовании звучит тема культуры и языка как факторов безопасности. Это не самый очевидный ракурс. Почему он важен?

Ирина Герасименко: Потому что безопасность связана с идентичностью. Если ребёнок понимает свою культурную принадлежность, владеет языком, имеет ценностные ориентиры, он становится более устойчивым к внешним влияниям. Мы говорим о духовно-нравственной безопасности, которая формируется через культуру, чтение, систему ценностей.

Пресс-служба: Как научный результат превращается в практический инструмент для школы?

Ирина Герасименко: В нашем случае – через модель. Мы разработали комплексную педагогическую модель пространства безопасного детства. Она объединяет механизмы информационной, психологической и духовно-нравственной безопасности и учитывает особенности детей с разной социальной активностью. Эта модель может использоваться образовательными организациями как основа для выстраивания собственной системы работы.

Пресс-служба: Если посмотреть шире: как такие исследования влияют на подготовку будущего учителя?

Ирина Герасименко: Они меняют само понимание роли педагога. Учитель сегодня работает в сложной среде и должен понимать, как она влияет на ребёнка. Это требует умения анализировать информационные потоки, учитывать культурный контекст, выстраивать взаимодействие с семьёй. Поэтому исследования такого рода становятся частью подготовки будущих педагогов – они формируют профессиональное мышление.

Пресс-служба: Можно ли сказать, что безопасность детства становится одной из ключевых педагогических задач будущего?

Ирина Герасименко: Да, и это уже происходит. Безопасность – это основа, на которой строится развитие личности ребёнка. Без неё невозможно говорить о качестве образования.

Именно поэтому научные исследования в этой области становятся важным инструментом для развития всей системы образования России.