"Матушка"....
Это слово звучит невероятно красиво и нежно. Но мало кто знает, какой титанический труд быть "матушкой": настоящей, не показушной, искренней и понимающей сакральный смысл этого слова.
Сегодня я хочу рассказать историю одной своей подруги, которая стала "матушкой" в 21 год.
Она всегда выделялась на нашем фоне: скромная, тихая, никогда не повышала голос и не конфликтовала ни с кем. В то время как мы целовались с мальчишками на заднем дворе школы. она сидела дома за ткацким станком (да, в 21 веке такое бывает) и что-то там творила, коврики и пояса всякие.
Вместо тусовок - церковь, обязательные утренняя и вечерняя молитва, вместо мини-юбок и кроп-топов юбка в пол и застёгнутая на все пуговицы блузка, да коса до пояса вместо каре. А ещё волонтёрство, которое тогда только начало зарождаться - она работала в приюте для женщин, подвергшихся домашнему насилию. Она была "не от мира сего", но каким-то невероятным образом мы уживались вместе. Более того - мы тянулись к ней, ведь она была каким-то неиссякаемым источником доброты. тепла, понимания.
Уже в школе она уже была мудрее нас всех вместе взятых, а потому мы ничуть не удивились тому, что в 21 год она вышла замуж. Да, с парнями целовались мы, а она сразу стала женой. Женой священника. Матушкой.
История любви и света
"Матушка"....
Это слово звучит красиво и ласково, но для молодых девчонок это что-то пропитанное нафталином и ладаном, связанное с некрасивой одеждой и послушанием. А ещё с кучей детей, ведь в самом этом слове заложена многодетность.
Когда мы узнали что Аннушка (так мы звали её между собой) вышла замуж за семинариста, мы округляли глаза и спрашивали:
«Ты с ума сошла? А как же тусовки? А как же Париж? Ты же хотела объездить весь мир».
Аннушка и правда мечтала о кругосветном путешествии, она даже деньги на него копила. Вот только в её планы вмешалось то, что сильнее всего на свете - любовь.
Она влюбилась так, как влюбляются только в книгах и фильмах. Это было что-то из серии "Поющих в терновнике": простая девчонка, потерявшая голову от мужчины, связавшего жизнь с религией.
И ведь не резкой была эта любовь. не внезапной. Алексея она знала с детства, он был сыном настоятеля церкви, в которую она каждую неделю ходила с мамой и братьями. Они сталкивались то в церковной лавке, то на праздновании дня какого-нибудь святого, то просто их взгляды пересекались во время службы.
Никакой любви в то время и в помине не было: он для неё был «ой, это тот серьезный парень, который помогает батюшке», она для него простая «рыжая девчонка, которая вечно опаздывает на исповедь».
Предложение и свадьба
Шли годы, они повзрослели. Во время одной из служб она поймала его изучающий взгляд и покраснела, отвела глаза. Он рассматривал её так, будто впервые понял, что она - женщина, что её можно любить.
Но продолжения не последовало: уже через пару недель наступила осень и он уехал учиться в семинарию. Так сказать, пошёл по стопам отца. Четыре года пролетели быстро, и вот он вернулся - уже дьяконом.
В первый вечер, когда он принимал участие в служении в новой для себя роли он смотрел только на неё. А она - на него.
А после службы он подошёл, взял её за руку и сказал:
«Аннушка, все эти четыре года я только про тебя и думал, тосковал очень. Я не могу жить без тебя. Выходи за меня замуж, пожалуйста"
Вот это самое слово "пожалуйста" так насмешило её. что она сказала "да". И тут же их окружили родители, прихожане, ставшие невольными свидетелями этого разговора. В тот момент ей показалось, что даже все святые были рады за них.
Первое испытание
Алексей честно предупредил, что первое время им будет тяжело. Честно сказал, что не знает куда его могут отправить служить, предупредил что теперь Ане навсегда придётся забыть про красивые короткие платья и туфельки на каблучке, про песни с подругами в караоке до утра.
Но Ане и самой это было не нужно, она будто бы родилась идеальной спутницей священнослужителя. Вот только жизнь не готовила её к некоторым трудностям, первая из которых произошла прямо в ЗАГСе.
Когда сотрудница увидела Алексея в рясе, она посмотрела изумлённо на Аннушку и воскликнула:
Ой, так вы за священника замуж выходите? Будете матушкой? И как вас теперь величать? Матушка Анна?
Тогда Анюта впервые поняла серьёзность своего поступка: какая она "матушка"? Ей всего 21 год, она ученица четвёртого курса экономического факультета и сама ещё недавно была ребёнком.
Но слова сотрудницы ЗАГСа оказались пророческими: с этого дня её стали всё чаще называть "матушка" или "жена батюшки", а вот имя как-будто стёрлось, её почти перестали называть Аней. Аннушкой, Анютой. Да и друзей с каждым днём становилось всё меньше, и неудивительно, ведь ритмы и образ жизни у них совсем перестали совпадать.
Подруги зовут в караоке или кино на вечерний сеанс, а Алексею рано вставать на литургию и Аня знает, что он не ляжет спать пока она не вернётся. Аню зовут на день рождения, а у её супруга всенощная. В воскресенье все едут на шашлыки, а Анюта в церкви.
К тому же, со всех сторон на Аню сыпались вопросы:
А вы вообще целуетесь? А он и дома заставляет тебя в длинной юбке ходить?
Первое время она плкала, ей было обидно. Потом привыкла, обросла толстой кожей и даже отшучиваться научилась. Но тут возникла вторая проблема.
Полное отсутствие личного пространства
Воображение рисовало Ане картину: вот Алексей приходит после службы домой, где его встречает она - в красивом плате, с длинной косой. В доме пахнет пирогами и чистотой, звучит звонкий детский смех. После ужина они сидят на диване, смотрят какой-нибудь фильм и пьют чай с баранками.
На самом деле, всё оказалось совсем не так.
После свадьбы им выделили небольшой деревянный дом, расположенный на территории монастыря. Две комнаты. скромная мебель, никаких шкафов-купе и плазмы во всю стену. Единственное, что выделялось на фоне старой мебели - огромный дубовый стол, человек на 20 рассчитанный.
Когда Аня предложила заменить его на компактный белоснежный стол, Алексей посмотрел на неё так будто она несмышлённый малыш и ответил:
Анечка, милая моя, это один из самых важных предметов в нашем доме. После службы к нам будут приходить люди. Кого-то нужно накормить, кого-то — обогреть, с кем-то — поговорить за чаем. Это ведь не наш дом. Это дом Божий, просто мы в нём живем.
Она подумала что он преувеличивает, но вскоре она поняла что не оставалась в одиночестве уже несколько месяцев. В субботу вечером она готовила ужин для свёкра (настоятеля) и матушки, его супруги.
В воскресенье после службы их дом наводняли прихожане. Бабушки несли свои пирожки и жалобы на здоровье, какие-то заблудшие души просили совета, мамочки с детьми приходили погреться. Она разрывалась между кастрюлями, чайником и попытками сделать уроки (она всё-таки заканчивала университет заочно).
Однажды она не выдержала. Какой-то мужчина, явно нетрезвый, пришел к ним в 11 вечера и начал требовать батюшку для исповеди. Лёша, конечно, вышел, надел подрясник и говорил с ним час. А Аня сидела на кухне и рыдала, в ту минуту ей казалось что у неё украли всё: молодость, любовь, счастье.
Она хотела быть просто женой, а выяснилось что она и правда матушка для всех кто нуждается в утешении и ободрении. Наутро она даже к родителям вернулась, решила подать на развод. А перед этим долго плакала и ругалась с мужем, кричала что не может так всю жизнь жить и не хочет.
Лёша не отвечал, только слушал и смотрел на неё своим добрым взглядом. Когда её слова закончились, он улыбнулся, сел перед ней на колени, взял за руку и сказал:
Анюта, я понимаю, что тебе тяжело. Но если я закрою дверь перед этим пьяницей, куда он пойдёт? Кто его пожалеет? У него кроме нас никого нет. А у меня нет никого, кроме тебя. Ты моя помощь, моя опора, моя вторая половинка, которую я очень сильно люблю. Если ты прогонишь его, ты прогонишь часть меня.
Она всё же уехала к родителям, но уже через неделю прибежала обратно: очень уж истосковалась по своему Алёшеньке. И после этого она приняла свою участь, перестала так бурно реагировать на гостей.
Много внимания
Был и ещё один сложный момент: городок у нас маленький, матушка в нём фигура публичная, многие знают её. А Аня ведь молодая, ей хочется и на концерт пойти, и в бассейн. Но красное платье (пусть длинное, но красное) слишком яркое, фото в купальнике из отпуска смутит прихожан, которые часто заглядывают на её страничку в социальных сетях. К тому же большинство культурных мероприятий проходят вечером в пятницу, а это канун службы.
Первые полгода она плакала, чувствуя себя запертой в ловушке, в золотой клетке. У неё даже мелькала очень страшная мысль:
Я разлюбила его? Или я разлюбила эту жизнь?
Но это было не так. она очень любила своего милого Алёшеньку. Любила, когда он возвращался со службы: уставший, пахнущий ладаном и зимним воздухом. Любила, когда он шептал молитвы перед сном.
Любила, когда он кормил с ложечки маленькую дочку. Именно дети всё и расставили по местам. Точнее, первая дочка.
Любовь со всего мира
Роды у Ани были очень тяжёлые. Дочка Маша родилась раньше срока, и несколько дней они провели в больнице, врачи боролись за жизнь них обеих.
И именно тогда Аня впервые поняла преимущество того, что она - "матушка". что она - нужна. Представляете, за неё молился целый приход! Она лежит в больничной палате, бледная и истощённая, еле живая, но чувствует что не одна, что рядом с ней все.
Молилась бабушка Маша, которая вечно приносит пирожки с малиной и смешно морщит носик, когда ей что-то не нравится. Молилась семилетняя девочка Ира, которая пока ещё не понимает смысла своих визитов в церковь, но уже излучает такое тепло и свет, что хочется обнять её и расцеловать в обе щеки. Молилась соседка тётя Ирины, которая приносит им парное молоко и творог дважды в неделю, а потом долго рассказывает про своего непутёвого сына, женившегося на распутнице и уехавшего с ней в другой город.
И всем им нужна Аня, все они молятся за неё. Каждый день, два раза в сутки. На протяжении недели. Они даже приходили под окна роддома, махали Ане и сил у неё в эти минуты прибавлялось. Да и продуктов тоже: каждая из прихожанок норовила передать какую-то еду. Врачи шутили, что "можно магазин открывать в вашей палате".
А ещё тогда же её вселенная перевернулась на 360 градусов. В палате с Аней лежала девушка Наташа, у которой не было ни родителей, ни родных, ни мужа. Ей негде было жить, со съёмной квартиры её выгнали после того как она месяц пролежала на сохранении (не могла работать и не заплатила за жильё). Она лежала, уткнувшись в стенку и плакала.
Потому что ей некуда было идти, у неё даже детских вещей не было.
Аня позвонила и рассказала про это Алексею, и тот пообещал помочь. А через четыре дня, в день выписки Наташи приехал за ней с огромным пакетом. Там были вещи для неё на выписку, для малыша, а ещё цветы и конфеты для персонала. Но на этом чудеса не закончились: он отвёз Наташу в её новую квартиру, в которой всё было завалено игрушками, детской одеждой, а холодильник ломился от съестного.
Выяснилось, что Алексей рассказал про несчастную девушку Наташу паре самых общительных прихожанок, те ещё паре и постепенно весь приход знал об этом. За два дня в церковь принесли такое количество вещей и игрушек, что хватило бы на небольших таких размеров детский сад.
А одна из прихожанок дала ключи от своей второй квартиры, доставшейся ей от родителей в наследство. Денег она, кстати, с Наташи не взяла.
Когда Наташа увидела всё это, она пришла на службу и сказала Ане:
А у вас, оказывается, настоящий батюшка. Добрый
Аню тогда будто током ударило. Это же и есть их главное предназначение? вместе делать мир чуточку лучше, чище, добрее.
Да, у них нет выходных, у них вечно гости и невозможно уединиться, но зато именно через них проходит огромное количество людской радости и боли. И они могут помочь этой боли стать чуточку меньше или и вовсе исчезнуть.
Диагноз или благословение?
Сейчас Ане 39, она матушка вот уже 18 лет. У них трое очаровательных детей, муж давно дорос до звания протоиерея, служит в собственном храме в небольшом селе.
Аня защитила диплом, но по специальности не пошла работать. А вот клуб молодёжный (само собой, христианский) создала. Там дети что-то лепят, рисуют, ставят спектакли, играют на музыкальных инструментах. И дают концерты для всех жителей села.
Её бывшие подруги, которые в своё время почти перестали с ней общаться, выбрав тусовки и караоке, уже давно остепенились. Теперь они приезжают к ней в гости, пьют чай с малиновым вареньем и сказочно вкусными пирогами (баба Маша научила всё же её печь) и ведут неспешные беседы с ней и Алексеем.
Но нет-нет, да и промелькнёт в этой атмосфере спокойствия и счастья вопрос:
Ань, не жалеешь?
В такие моменты Аня молчит. а потом улыбается и отвечает "жалею".
Жалею, что не научилась печь идеальные куличи сразу. Жалею, что плакала из-за красного платья — сейчас я ношу то, что удобно, и плевать я хотела на стереотипы. Матушка это не смиренная овечка в платочке, матушка это женщина-скала. Это менеджер, психолог, повар, нянька, утешительница и просто Жена.
Легко ли быть женой священника?
Нет. Это - каторга.
Но это самая счастливая каторга в мире.
Потому что, когда ты вечером, уложив детей, садишься рядом с мужем на холодное крыльцо нашего дома, и он кладёт голову тебе на плечо и молчит, ты понимаешь: этот великан, который несёт перед Богом ответственность за сотни душ, сейчас просто твой мужчина.
Уставший, родной, единственный. И вы вместе. И ни один красный закат на курорте не заменит этого покоя.
Подводя итоги
Быть матушкой в 21 — страшно. Но сейчас, оглядываясь назад, Аня не хотела бы другой судьбы. Потому что она - нужна.
Нужна своему Алексею, нужна этим старушкам, нужна той заблудшей молодёжи, которая приходит в храм и видит живую, настоящую, улыбающуюся семью.
Она — матушка Анна. И это звучит гордо.
Берегите себя и своих любимых.
С любовью, ваша Лаванда