Лена стала собирать документы на усыновление Илюши- подкинутого ей ребенка. Она решила сосредоточиться на воспитании не родного сына, стараясь вычеркнуть прошлое и своего мужа из сердца. Это давалось ей нелегко. Понимая умом, что Сергей живет с другой, она никак не решалась подать на развод. Зинаида Дмитриевна была не в восторге от ее затеи с усыновлением неродного внука:
- Лена, ну зачем он нам? Ты не помнишь, как сама плакала? Это же не пойми кто растет. Воспитывать чужого, когда вполне еще можно родить своего. Я тебя не понимаю.
- Мама, а от кого родить своего? Ты уверена, что я выйду замуж?
- Да прекрати ты. Конечно выйдешь. Как только этого оболтуса из головы выбросишь- и выйдешь. Ты хороша собой, что за мысли?
- Да, дочь, ты это... Того.. Брось. Но мальчонку неплохо бы вернуть...- робко и косноязычно как бы вопрошал дядя Саня, пытаясь заступиться за Лену и не войти в явную конфронтацию с женой.
- Мама, я видеть никого не могу, ты понимаешь? Я уже никому не верю и вряд ли поверю. Не факт, что я найду сына. Так и придется брать из детдома. Как ты думаешь: мне каково будет жить, взяв другого ребенка и зная, что первого я отдала? Не стала за него бороться, не вернула себе? Я же жить нормально не смогу.
- Ну все, началось. Поставила на себе крест. Лена, у тебя жизнь только начинается. И я говорила тебе про этого пройдоху. Ты же никогда не слушаешь.
Как только Зинаида Дмитриевна начинала нравоучения с целью напомнить Лене, что ее надо слушаться и она предупреждала- Лена уходила из дома. Она часами бродила по холодным неуютным улицам вечернего города, пытаясь переосмыслить свою жизнь и понять, где, на каком повороте она свернула не туда?
Она вспоминала их первую встречу с Сергеем, как он за ней ухаживал, и все старалась угадать, любил ли он её на самом деле? Она ли виновата в том, что чувства остыли? И когда он стал ее предавать?
Лена очень хотела разобраться, ей хотелось знать правду и взглянуть на прошлое без розовых очков, но память услужливо стирала неловкие и жесткие моменты. Видимо потому, что желание знать правду натыкалось на большую душевную боль от этой правды, которую психика старательно избегала. Поэтому в конце прогулки оставалось лишь констатировать свершившийся факт, что любовь была какой- то ненастоящей, некрепкой, понарошку, а почему и что к этому привело- не важно, во всяком случае пока, когда боль от душевной раны еще свежа.
Николай Николаевич в гости больше не заходил, как ни уговаривала его Зинаида Дмитриевна. Оправдывался занятостью, но Лена знала, что у него появилась девушка: она видела их однажды, идущих в сторону кинотеатра. Шли они быстро, энергично, накрапывал мелкий дождик и участковый раскрыл над собой и дамой сердца свою куртку. Николай что- то оживленно объяснял, девушка кивала и смеялась, им было радостно и хорошо вместе. Лена, увидев их, зачем- то остановилась, растерянно и завороженно рассматривая эту картинку. Но молодые люди прошли мимо, не обращая на нее внимание.
Лена вспомнила, как пытался ухаживать за ней Николай. Пыталась вспомнить, а было ли такое же сокровенное единство и веселье у них с Сергеем? Как будто было. Так почему же все прошло? Кто из них в этот момент играл?
Лена не выдержала и пошла к Ирине. Она знала, той некогда, ребенок болеет и у мужа проблемы на работе, но женщина хотела узнать побольше об Олесе: вдруг сестра Ирины что- то узнала про нее? В той молодой женщине, что стояла у подъезда с ребенком на руках, Лена Олесю не узнала. Но ведь она могла измениться за столько лет и отличаться от школьных фотографий, показанных сестрой Ирины?
- Привет, Ириш, не помешаю, если в гости вечерком загляну? - спросила она по телефону.
Голос Ирины был не радостный, она тяжело выдохнула, но отказать подруге не могла, зная, что и у той проблемы.
- Заходи конечно, Лен,- без радости, с тяжелым сердцем сказала она,- поговорим.
Лена сообразила, что момент совсем неудачный, уж больно убитый был тон, и предложила:
- Ириш, а ты сбрось мне телефон сестры. Я ей позвоню, спросить кое- что надо.
-Катьки? Да она тоже не возьмет, они с Олегом отдыхать уехали. Ладно, Лен, заходи,- решилась-таки Ирина,- посмотришь, что у меня происходит.
Уже подходя к двери подруги, Лена услышала крики. Это ругались Ирина и Валера. Артем плакал.
- Привет, проходи, - устало, с мрачным лицом сказала Ира, открывая дверь и впуская подругу вовнутрь. Лена почувствовала, сто обстановка накалена до предела. Супруги не скрывали раздражение и недовольство друг другом. Валера кивнул Лене, бросив на жену гневный взгляд. Та презрительно махнула рукой, захлопнув за ним входную дверь.
- Уволили балбеса, представляешь? Только что автокредит взяли, машину поменяли, Артем второй месяц кашляет, я на больничном- он рождение племянника, виль, обмывал, выпил и нарвался на гаишников. Ну и лишили, Лен! А он же водитель, где он теперь будет работать? Хоть волком вой! И ничего ведь не понимает, стоит на своем. Я уж и крестному звонила, просила уладить- нет! Он же с пьяной морды еще и драться к гаишникам полез! Ну дурак, Лен! На вот что с ним поделать?
- Ой, ладно, Ирин, не ругайся. А разойдетесь- лучше? Что- нибудь придумаете, куда- нибудь его крёстный определит.
- Ага, определишь его!- Ира в сердцах пнула под стол бутерброд, выпавший из ее расстроенных рук.
- А я, наверное, разведусь,- поделилась Лена.
- Ой! Ты-то куда? Час от часу не легче. Что случилось?
- Ну а что? Права была Катька: екшается он с другой,- спокойно сказала Лена, откидываясь на спинку кресла, закинув ногу на ногу и откусив кусок яблока.
- Ага. Значит он! То- то Катька тоже на него подумала. Значит все же узнала, но расстраивать тебя этой новостью не хотела.
- Это ужас, Ирин. Это так мерзко. Вот вы ругаетесь сейчас, кажется вам, что все плохо. А плохо не это, Ира. Плохо, когда люди расстаются.
- Ты уже подала на развод?
-Нет. Подам. Видимо. Если он первый не подаст.
- Так, Лен, а ты с кем его видела? С Олеськой?
- Не поняла я. Высокая, худая, волосы длинные, темные, глаза огромные.
-Она.- безоговорочно вынесла свой вердикт Ира.
Подруги помолчали, Ирина разливала чай. Потом взяла чашку в руки и вдруг предложила:
- Ленк, а может коньячка?
- Ну давай!- выдохнула Лена, желая как- то снять напряжение этих дней.
- Ты это, вот, закусывай, - даигпос подруга к ней тарелку с колбасой,- Спасибо тебе, что пришла. Что сказала мне, что в жизни бывают вещи погрустнее увольнения. Я и впрямь на Валерку накинулась, убить прям хотела. Злая я на него, ужас, но все равно люблю.
- Любишь, Ирин. Помиритесь. Что- нибудь придумаете. Не ругайтесь, расставаться очень больно.
- Давай, Лен, за тебя,- предложила Ирина, чокаясь и хрустя огурцом,- Так что у них там с ребенком? Он ее ребенка будет воспитывать, так что ли?
- Получается, что чужого,- грустно согласилась Лена.
- А ты другого ее ребенка не видела? У нее еще один должен был быть. Если она аборт, конечно, не сделала, когда он это... ну, ушел от нее.
- Не знаю про другого.
-Аборт, а может выкидыш?
-Да какая разница?
- Не, ну все равно интересно. А вдруг это из общий ребенок?
- Вот этот, с которым она гуляет?
- Ну да.
- Ну это тогда он мне изменял с самого начала, получается. Ребенок- то - ровесник Илюшки, примерно.
- Но ведь ее в городе не было. Они с матерью уезжали. Я помню, Катька рассказывала.
- Да, дела, Лен,- задумалась Ирина, - и как мать его приняла, интересно? Она же его видеть не могла, Катя, помнишь, говорила?
- Не знаю...
- Может, она скрывает, что с Сергеем живёт?
- Все может быть. А ты знаешь, что? -развеялась и повеселела Ира,- Ты мне позвони, вернее, я тебе позвоню после того, как до Катьки дозвонюсь. Узнаем про них что- нибудь. У них чат бывших одноклассников. Спросим,- пообещала она Лене.
