Алексей Фурманов уже смирился со смертью жены. Елена ушла из жизни четыре года назад, не успев вырастить детей. Дочери было 15 лет, а сыну 11. Рак забрал женщину за год. Дети видели, как мама боролась, таяла на глазах, умирала.
– Максим долго переживал, – вспоминает Алексей. – Ему даже мерещилось иногда, что мама рядом. Обращались к психологу.
Сегодня Алексею 48 лет. Он работает водителем на заводе. После смерти жены пришлось нелегко. И не только потому, что всякая большая потеря сильно болит. У младшего, 15-летнего Максима, ДЦП. 3 уровень по шкале GMFCS. Ему нужна постоянная помощь. Раньше много помогала старшая дочь Лера. Но она окончила колледж и в январе уехала в Челябинск – начинать взрослую, самостоятельную жизнь.
Значительную часть дня Максим проводит один. Приноровился уже.
– Максим родился семимесячным, – объясняет Алексей причины болезни сына. – Отсюда и ДЦП в тяжелой форме. Но мозг у сына работает: он говорит фразами, понимает шутки, у него большой словарный запас. И еще Максим умеет быть добрым. Если я приболею, он подойдет на ходунках или крабах, пожалеет.
Но характер у парня непростой. «Упрямый, настырный», – папа говорит об этом с улыбкой. Если бы эту настойчивость направить на реабилитацию, цены бы ему не было. Но пока Максим упрямится в другом: его страсть, как и у многих подростков, телефон и игры. А еще у него есть друг из Чебоксар, с которым они обсуждают что-то свое, не пуская взрослых. И это, конечно, тоже терапия – ощущение, что ты такой же, как все, что у тебя есть друг и тайны.
Недавно в семье случилось небольшое происшествие со знаком плюс. Утром Алексей уехал на работу, одев Максима и оставив его одного до обеда. А через несколько часов звонок: «Папа, ты меня одевал сегодня или мне приснилось? Я разделся». Алексей ответил: «Разделся – сам и одевайся. Я до полудня не приеду». Когда папа вернулся, сын сидел одетый. Он сделал это сам. Так постепенно Максим учится самостоятельности. Сейчас он остается один на четыре-пять часов. И это огромный прогресс.
Осваивать новые навыки Максиму помогают в магнитогорском центре «Магнитки». Результаты есть: мальчик научился ходить с ходунками от подъезда до машины, стал увереннее стоять у опоры, у него меньше закручиваются ноги. Но останавливаться нельзя. Главная задача сейчас – спина. Из-за спастики Максим сильно сгибается вперед, когда сидит и когда идет. Это не только мешает ходить, но и ведет к искривлению позвоночника. Если укрепить спину, Максим сможет лучше одеваться, увереннее сидеть за столом, а главное – меньше уставать при ходьбе. В планах на ближайший год: научиться вставать с пола без помощи, умываться одной рукой, держась другой за раковину. Это важные шаги к свободе.
– Мне любое его улучшение – уже счастье, – говорит Алексей. – Я вижу сына каждый день и изменений не замечаю. А другие видят и говорят: «Максим стал лучше ходить». Значит, все не зря.
Год реабилитации в центре «Магнитки» стоит 293 300 рублей. Совокупный доход семьи – около 100 000 рублей в месяц. Алексей помогает Лере, поэтому на реабилитацию денег не остается. Давайте поможем Максиму!