Вы когда-нибудь видели, как горит дерево? Нет, не в пламени костра, а в лучах северного солнца, которое редко балует Архангельскую землю своим теплом. Представьте себе старинную прялку. Белоснежный фон, по которому рассыпаны изумрудные травы, алые тюльпаны, диковинные птицы... И вдруг среди этого многоцветья вспыхивает золото. Настоящее сусальное золото, которое превращает крестьянскую утварь в царский подарок.
Это — борецкая роспись. Самая нарядная, самая торжественная, самая "богатая" среди всех северодвинских промыслов. Искусствоведы признаются: когда смотришь на борецкие прялки конца XIX века, дух захватывает. "Огнем загоралась на белом фоне киноварь ветвей и полыхали красные кони, бьющие копытом в узорные рамки" . Хотите узнать, кто и зачем щедро рассыпал золото по деревянной утвари простых крестьян? Тогда нам пора на Северную Двину.
Легенда о Марфе-посаднице: новгородский след
История борецкой росписи окутана легендами, и самая красивая из них связана с именем Марфы Борецкой — той самой знаменитой посадницы, которая возглавила сопротивление Новгорода против московского князя Ивана III.
Было это в конце XV века. Москва собирала русские земли, и вольный Новгород должен был покориться. Но боярыня Марфа, вдова новгородского посадника Исаака Борецкого, не желала терять независимость. Летописи сохранили ее гордые речи, обращенные к новгородцам: «Не хочу за великого князя, не зовусь у него во власти!». Иван III отправил войско, Новгород пал, а Марфа... По одной из версий, она бежала на Северную Двину, где у рода Борецких были огромные владения .
Здесь, на высоком берегу реки, она основала укрепленный Городок, огороженный высоким валом. А рядом выросло селение, которое назвали Борок — по фамилии владельцев . И хотя историки спорят, действительно ли Марфа нашла последнее пристанище на Двине, местные жители свято верят: именно с тех времен пошла здесь особая, "боярская" манера расписывать дерево — богато, нарядно, с претензией на столичный шик .
Правда это или красивая легенда, но именно село Борок (сегодня это Виноградовский район Архангельской области) стало центром уникального промысла. А позже от него "отпочковались" два других центра — в Пучуге и Нижней Тойме, где сложились свои, близкие, но все же отличимые манеры письма .
Мастера-книжники: династии, хранившие тайну
Кто же создавал это великолепие? В отличие от многих народных промыслов, где имена мастеров канули в Лету, борецкая роспись хранит память о своих творцах. Это были настоящие династии, передававшие секреты мастерства из поколения в поколение на протяжении почти двух столетий.
Главные фамилии здесь — Амосовы (в Борке), Третьяковы и Меньшиков (в Нижней Тойме), Кузнецовы (в Пучуге) . Но что удивительно: эти люди были не просто малярами-самоучками. Они принадлежали к старообрядческой среде, бежавшей на Север от церковных реформ. Среди них было много грамотных людей, иконописцев, художников-миниатюристов, переписчиков книг .
Представьте себе: в глухой северной деревне, в избе при лучине, мастера не только расписывали прялки, но и переписывали древние рукописи, украшая их заставками и миниатюрами. Амосовы и Третьяковы сами писали книги, а Третьяков и Меньшиков (последний был еще и иконописцем) "иллюминовали" их — то есть расцвечивали орнаментами . Именно оттуда, из книжной миниатюры, в борецкую роспись пришли удивительная графичность, четкость линий и тот самый "травный узор", который мы сегодня называем визитной карточкой промысла.
Мастера знали друг друга, общались, даже обменивались рисунками-трафаретами — особенно любимых коней, саней, львов и птиц, которых потом вписывали в травные узоры . Это было братство по духу, сообщество хранителей древней книжной традиции, перенесенной на предметы крестьянского быта.
Золотая тайна: чем борецкая роспись отличается от других
Если вы видели пермогорскую или ракульскую роспись, то борецкую не спутаете никогда. У нее есть одна уникальная особенность, которой нет больше ни у кого на Севере.
В конце XIX века борецкие мастера начали использовать под фон сусальное золото . Настоящее, тончайшее золото, которым обычно украшали иконостасы и дорогие оклады. И белый фон (а здесь он всегда белоснежный, особо выбеленный) приобретал совершенно иное звучание. По этому золотому или белоснежному полю ярко-красной киноварью расходились ветви, и среди них — огненно-красные кони, словно вырвавшиеся из сказки .
Цветовая гамма вообще очень насыщенная: красный, зеленый, коричневый, оранжевый, желтый . Но при этом все элементы обязательно обводятся тонким черным контуром — наследство все той же книжной графики. Орнамент любит геометрию: ромбики, кружочки, треугольники, капельки рассыпаны по ветвям, создавая ощущение драгоценной россыпи .
Прялка как книга: три "става" о главном
Но главное чудо борецкой росписи — это не просто краски, а целый мир, разворачивающийся на маленьком пространстве прялки. Композиция здесь строится как древний иконостас или книжный лист — ярусами, которые называют "ставами" .
Верхний "став" — небесный. Там изображаются нарядные окошки, словно терем расписной. Иногда их называют "став с оконницами" .
Средний "став" — самый важный. Здесь, в фигурной рамке, помещается главный символ борецкой росписи — Древо жизни . Огромный цветок на прямом стебле, вокруг которого порхают птицы, созревают ягоды, распускаются изящные листья. На более поздних прялках Древо превращается в пышный цветущий куст, а на его вершине обязательно сидят птицы — вестники добра и счастья .
И наконец, нижний "став" — земной. Здесь кипит жизнь: праздничные катания на санях, запряженных парой или тройкой лошадей, сцены свадебных выездов, чаепития, гулянья . Иногда вместо саней изображали всадника, бегущих друг за другом коней или даже сказочного льва . Получалась настоящая картина народного быта, вписанная в строгие рамки древней символики.
Интересно, что даже по форме прялки и рисунку на ножке знатоки безошибочно определяли, из какого именно центра она вышла. У борецких прялок всю фигурную ножку заполняло растение с прямым стеблем. У пучужских стебель изгибался, повторяя изгибы самой ножки. А у тоемских ножки часто точили на станке, и они состояли из круглых балясин . Каждая динасия хранила свой "почерк".
Кони, птицы и всадники: о чем рассказывают сюжеты
Вглядитесь в борецкие узоры повнимательнее. Это не просто красивые картинки. У каждого персонажа — своя роль, свой древний смысл.
Красный конь — пожалуй, самый любимый образ. На борецких прялках он всегда в движении: бьет копытом, летит в упряжке, гордо вскинув голову. Конь в крестьянском мире — символ солнца, плодородия, мужской силы и достатка. А красный цвет — это цвет жизни, цвет возрождения.
Птицы — здесь они тоже особенные. Иногда это сказочный Сирин, иногда просто нарядные петухи и курочки, но всегда — с пышными хвостами, важные, красивые. Птица — посредник между небом и землей, символ души и вести.
Лев — персонаж, пришедший из книжной миниатюры, никогда не виданный крестьянами вживую. Но мастера рисовали его с огромным удовольствием, превращая грозного зверя в добродушное, чуть смешное существо, похожее на большую кошку .
И конечно, жанровые сценки — свадебные выезды. Свадьба для крестьянской девушки была главным событием жизни. И на прялке, которую ей дарил жених (а часто именно так и случалось — прялки были свадебным подарком), изображали кульминационный момент: невесту везут к венцу, тройка мчится, колокольчики звенят .
Прялка дороже золота: какую цену платили за красоту
Сегодня мы воспринимаем расписные прялки как музейные экспонаты. А в XIX веке это была вещь с вполне конкретной, и немалой, ценой.
Прялки в Борок привозили из окрестных деревень — их вытесывали из березы и ели мастера-ложкари. А вот расписывали уже в Борке, и работа эта стоила дорого . Прялки делали на заказ, часто именные — с указанием, кому предназначен подарок. Или на продажу на крупных ярмарках.
"Прялки расходились от Конецгорья до Пермогорья", — вспоминала известная мастерица Пелагея Амосова . То есть география распространения была огромной — на десятки и сотни километров вокруг. Борецкую прялку можно было встретить по всему течению Северной Двины.
Почему люди готовы были платить? Потому что прялка в крестьянском доме была не просто орудием труда. Это был символ. С какой прялкой девушка приходила на посиделки, так к ней и относились. Красочной прялкой гордились, в избе она висела на самом видном месте . Матери завещали особенно ценные экземпляры дочерям. Прялки передавались по наследству, хранили тепло рук нескольких поколений.
Живое золото: борецкая роспись сегодня
Казалось бы, XX век с его коллективизацией и индустриализацией должен был похоронить крестьянский промысел. Но борецкая роспись выжила. И не просто выжила — она обрела новую жизнь.
С 1968 года в Архангельске работает уникальное предприятие "Беломорские узоры". Его основательница Валентина Дерягина лично ездила в экспедиции по Поморью, собирала по деревням старинные прялки, короба, скатерти, чтобы мастера могли копировать подлинные образцы и не терять традицию .
Сегодня на фабрике работают художники, чей стаж порой достигает полувека. Главный художник Татьяна Спирина признается: для нее важно, чтобы расписными вещами пользовались в быту. "Так вещи по-настоящему живут, становятся родными для всех членов семьи, переходят от поколения к поколению. У меня самой дома все северное, народное – скатерти, шторы, посуда, доски", — рассказывает она .
Но самое удивительное происходит сейчас, в 2020-х годах. Борецкая роспись выходит за пределы дерева. В Вологде выпускница Губернаторского колледжа народных промыслов Евгения Ивкина создала целую коллекцию одежды в технике холодного батика по мотивам борецкой росписи . Девять предметов одежды, палантины, косынки, декоративные панно — и везде цветет Древо жизни, скачут красные кони, сидят сказочные птицы. Коллекция получила Гран-при на фестивале моды "Силуэт", стала лауреатом международного конкурса "Золотая нить" в Санкт-Петербурге и дошла до финала всероссийского конкурса "Полотно" в Москве .
А в Брянске в библиотеку приглашали Ирину Ярошенко — прямую потомственную мастерицу из древнего рода Амосовых! Она рассказывала школьникам о своем прадедушке Василии Амосове, показывала старинные книги, веретена, вышитые рубахи . И дети, родившиеся в эпоху гаджетов, завороженно рассматривали деревянные ягодницы и фруктовницы, расписанные золотыми травами.
Оказывается, сегодня особенно популярны именно расписные деревянные ягодницы — современные мастера успешно сочетают классические приемы с новыми материалами, и борецкая роспись снова входит в наши дома .
Посмотрите на борецкие узоры — они словно светятся изнутри. Золото на белом, алое на зеленом, сказочные кони и птицы, застывшие в вечном движении. Это не просто роспись. Это послание из глубины веков, которое сумели расшифровать и сохранить для нас староверы-книжники, мастера династии Амосовых, художницы из Вологды и энтузиасты из архангельских библиотек.
И пока в наших домах живут эти золотые травы, нить времен не прерывается. Древо жизни продолжает цвести.