Он писал доносы на Навального, получал миллионы от администрации президента и клеймил оппозицию. А вчера он потребовал отдать Путина под суд как военного преступника. Сегодня Илья Ремесло находится в психиатрической больнице. В 16-м отделении, для буйных. Совпадение? В России таких совпадений не бывает.
Представьте себе: вы ведете блог, поливаете грязью «иноагентов», годами выслуживаетесь перед властью, и вдруг — ровно 24 часа спустя после того, как вы ругали президента — вы оказываетесь в палате с людьми, у которых «несвязная речь и нарушения мышления». Звучит как сценарий плохого триллера? Добро пожаловать в реальность.
«Он соврал»: о чем говорил Ремесло перед тем, как исчезнуть
Вечером 17 марта в Telegram-канале Ильи Ремесло, известного своей патриотической позицией, грянул гром. Сначала все подумали — взломали. Бывает. Но Ремесло собственноручно записал видео. Он сидел, смотрел в камеру и спокойно объяснял, почему Владимир Путин должен уйти в отставку.
Он перечислил шесть пунктов обвинения. Война в Украине, которую он назвал «абсолютно тупиковой». Удушение интернета. Нищета. И главное — личная обида.
«В 2017 году я спросил у Путина про пути развития интернета, — написал Ремесло. — Он сказал, что Россия не пойдет по пути Китая. И соврал».
Бывший кремлевский блогер поставил жирную точку: «Владимир Путин не является легитимным президентом. Он должен быть отдан под суд как военный преступник».
Эти слова разлетелись по Сети за минуты. Журналисты бросились брать у него интервью. Последним, кто общался с Ремесло, был Александр Плющев. Утром 18 марта Плющев написал ему — тишина. Потом еще раз — тишина.
Справка из дурки: 16-е отделение
Первым тревогу забил Z-блогер Александр Картавых. Без тени сочувствия, скорее с ехидством, он сообщил: «Буянившего вчера Илью Ремесло госпитализировали в психбольницу имени Скворцова-Степанова. Инфа из самой больнички».
Журналисты «Фонтанки» — издание серьезное, не желтая пресса — тут же позвонили в справочную. Ответ был кратким: «Такой пациент у нас есть. Посылки можно передавать в субботу и среду».
Подтверждение пришло и от канала Baza: Ремесло лежит в 16-м отделении. Это не просто палата. Это отделение для мужчин с впервые выявленным психотическим расстройством. Туда кладут тех, у кого только что случился приступ. С бредом, с галлюцинациями, с полной потерей связи с реальностью.
Возникает вопрос: если у человека случился острый психоз, если он несет бред, то как он смог накануне давать внятные, структурированные интервью, где нет ни грамма бессвязности? Журналисты, говорившие с ним, в один голос твердят: он был адекватен. «Ничего похожего на бред», — сказал Плющев.
Нервы или «скорая помощь»?
Реакция «своих» не заставила ждать. Владимир Соловьев, главный рупор патриотических сил, вышел в эфир и с улыбкой философа заметил: «Весна. Обостряются душевные заболевания. Начинают вербовать неустойчиво психических граждан».
Соловьев словно ставил медицинский диагноз заочно, еще до того, как Ремесло оказался в больнице. Как будто знал, что скоро пригодятся белые халаты.
Апти Алаудинов, командир «Ахмата», который накануне разговаривал с Ремесло, признался: тот показался ему «абсолютно здравомыслящим». Но теперь и генерал, видимо, вынужден согласиться — видимо, показалось. Раз врачи положили, значит, болен.
Тень советской психиатрии
Психиатрическая больница №3 имени Скворцова-Степанова в Петербурге — место с тяжелой историей. В советские годы сюда свозили диссидентов. Инакомыслие тогда лечили электросудорожной терапией и жесткими нейролептиками. Одним из самых известных узников этой больницы был правозащитник Александр Скобов.
И сейчас, в 2026 году, история сделала виток. Ремесло, который еще в 2022-м выступал свидетелем обвинения на суде над Навальным, который строчил доносы на оппозицию пачками — этот человек сам оказался заперт в тех же стенах. Только теперь его преступление — не поддержка Навального, а отказ от поддержки Путина.
Оборотень или честный человек?
Самое абсурдное в этой истории — фигура самого Ремесло. Он не был правозащитником. Он не был борцом за свободу. Он был классическим «оборотнем в погонах» от юриспруденции.
По данным расследований ФБК (организация признана экстремистской и запрещена в РФ), Ремесло получал около 10 миллионов рублей в год от структур, связанных с Константином Костиным — бывшим начальником управления внутренней политики Кремля. Деньги ему платили за то, чтобы он атаковал Навального. Он писал заявления в СК, требовал блокировок сайтов, поливал грязью либералов. Он был удобным, ручным, почти официальным пропагандистом.
И вдруг этот человек, который четверть жизни боролся с «врагами народа», просыпается 18 марта и говорит: «А король-то голый».
Почему? Версий много.
Версия первая — романтическая. Глаза открылись. Совесть заела. Увидел, сколько горя принесла война, и не смог молчать. Возможно. Но слишком уж резкий контраст с биографией профессионального доносчика.
Версия вторая — циничная. Конфликт с кем-то из силовиков. Например, у Ремесло была стычка с Z-блогерами, и Алаудинову пришлось их мирить. Может, обида накопилась. Может, денег недодали. Депутат Милонов уже высказался в том духе, что Ремесло просто перестали платить, вот он и истерит.
Версия третья — клиническая. Та самая «весна». Или наркотики. Или реально звездануло. Но, как заметили коллеги, слишком связно он говорил для безумца.
И наконец, версия четвертая — цинично-медицинская. Ту самую, по которой диагноз поставили не врачи, а политическая целесообразность. Ремесло знал слишком много. Он работал на Администрацию Президента. Он видел схемы, знал людей, имел доступ к компромату. Если бы его посадили в тюрьму, он бы заговорил на суде. А в психушке можно колоть галоперидол, кормить таблетками и объявить, что все его слова — бред больного человека. Адвокатам туда вход заказан, журналистам — тем более.
Контрольный выстрел
Сегодня в палату к Ремесло, скорее всего, уже заходят санитары. Ему ставят капельницы. Он лежит в отделении для тех, у кого «впервые проявились симптомы». И если верить статистике, эти симптомы у него не пройдут, пока он не перестанет требовать суда над президентом.
Ремесло хотел сделать из себя «жертву режима» — так пишут провластные телеграм-каналы со ссылкой на источники в Минобороны. Мол, он специально спровоцировал проверки, чтобы свалить за границу и стать мучеником. Вот только за границу он не уехал. Он остался. И теперь он не мученик, не диссидент и не герой.
Он просто пациент 16-го отделения.
А это значит, что в современной России революции случаются только в дурке. И вожди оппозиции лечат там нервы. Независимо от того, больны они на самом деле или просто слишком громко кричали правду.