Работаю таксистом по ночам. Подработка, деньги лишними не бывают. Смена с восьми до двух, район вокзала, ночные клубы, вечно пьяные морды. Зато на чай дают хорошо.
В пятницу, час ночи, беру заказ. Адрес знакомый до боли — моя улица, мой дом. Думаю, может, сосед вызвал. Подъезжаю, стоит мужик. Лет сорок, в куртке дорогой, при галстуке, но помятый, как после долгого дня. Сел назад, назвал адрес — Лесная, 14. Новый район.
Едем молча. Я в зеркало смотрю — лицо вроде знакомое. Где-то видел. Может, на районе. Он телефон достал, кому-то пишет, улыбается. Потом звонок ловит.
— Да, Лен, — говорит. — Еду уже. Да, всё нормально. Не переживай, он ничего не узнает. Сплюнь. Целую.
У меня руки на руле чуть не дрогнули. Лена. Мою жену так зовут. Но мало ли Лен в городе. Я успокоил себя. Едем дальше.
Он ещё говорил по телефону, но я уже не слушал. В голове крутится: «он ничего не узнает». Кто он? Я? Почему я должен узнавать? И что?
Высадил его у высотки на Лесной. Расплатился, чай оставил, вышел. Я поехал дальше. Но внутри уже засело.
---
Домой вернулся в три. Она спала. Лежал, смотрел в потолок, не спал. Утром встал, сварил кофе. Она вышла заспанная.
— Как смена? — спросила.
— Нормально. Мужика одного вёз. На Лесную. В час ночи.
— Угу, — зевнула. — Работа не волк.
— Он по телефону говорил. С какой-то Леной. Сказал: «он ничего не узнает».
Она замерла. Чашку на стол поставила.
— И что?
— Да ничего. Просто подумал, мало ли Лен. И мало ли мужиков, которые от жён по ночам ездят.
Она посмотрела на меня.
— Ты о чём?
— Ни о чём. Кофе пей.
Она допила, ушла в душ. Я сидел, смотрел в окно. И понял, что не успокоюсь.
---
Три дня я молчал. Смотрел. Она как обычно: работа, дом, телик. Но в пятницу вечером говорит:
— Завтра с Ленкой встречусь, посидим где-нибудь.
— Хорошо, — кивнул.
В субботу утром наряжалась. Платье новое, туфли, духи. Уехала. Я подождал час и поехал на Лесную. Встал на против дома, жду.
Через час подъезжает такси. Вышла моя жена. Одна. Заходит в подъезд. Я сижу, смотрю на окна. Седьмой этаж. Зажёгся свет. Потом погас. Или шторы плотные.
Я сидел три часа. Потом она вышла. С ним. С тем самым, что я вёз. Он обнял её у подъезда, поцеловал. Она улыбнулась, села в такси и уехала. Он закурил, посмотрел вслед, потом зашёл обратно.
Я завёл мотор и уехал домой.
---
Вечером она пришла. Довольная, пахнет вином.
— Ну как Ленка? — спросил.
— Отлично. Посидели, поболтали. Она замуж Вышла.
— За кого?
— Есть там один. Ты его не знаешь.
— Может, и знаю, — говорю. — С Лесной, допустим.
Она замерла. Стоит в дверях, сумку держит.
— Что?
— Я сегодня на Лесной был. Видел тебя. С мужиком. Которого я в пятницу вёз.
Она побелела. Сумка упала на пол.
— Ты... ты следил?
— Нет. Я просто поехал посмотреть. Увидел. И узнал.
Она села на стул. Руки дрожат.
— Это не то, что ты думаешь, — шепчет.
— А что я думаю?
— Я... я не знаю, что ты думаешь.
— Я думаю, что ты с ним спишь. Полгода. А мне врёшь про Ленку. И про работу. И про всё.
Она заплакала. Закрыла лицо руками.
— Кто он? — спрашиваю.
— Денис. Мы познакомились на фитнесе.
— И?
— И всё. Я не знаю, как это вышло.
— Вышло, — усмехнулся. — Само. Ноги сами принесли.
Дёрнулась.
— Не смей так.
— А как? Ты с ним спишь, а мне в глаза смотришь. Двадцать лет вместе. Сын вырос. И вот благодарность?
— Я тебя люблю!
— А его?
Молчит.
— Любишь?
— Не знаю.
Я встал, прошёлся по кухне.
— Слушай сюда, — говорю. — Собирай вещи. Сейчас. И вали к нему. Завтра на расторжение брака.
— Нет! — закричала. — Я не хочу! Я с тобой хочу!
— Поздно хотеть.
— Я порву с ним! Клянусь!
Посмотрел на неё. Красивая, даже заплаканная. Чужая.
— Не порвёшь, — сказал., Если б хотела, порвала бы сама. А ты полгода врала. Каждый день. Каждую ночь.
— Дай шанс!
— Нет.
Она вскочила, бросилась ко мне, схватила за руки.
— Я умру без тебя!
— Не умрёшь. Будешь с ним жить.
— Он меня бросит!
— внушительный, не любит.
Она упала на колени. Я отшатнулся.
— Встань.
— Не встану, пока не простишь!
— Встань, я сказал.
Она не вставала. Я перешагнул через неё, пошёл в спальню. Начал собирать её вещи в чемодан. Она прибежала, пыталась вырвать, кричала. Я молча кидал шмотки.
Через полчаса чемодан был готов. Я поставил его у двери.
— Уходи.
— Куда я пойду в час ночи?
— К нему. Или в такси сядь. Таксисты по ночам работают, подвезут.
Она посмотрела на меня. Глаза красные, тушь потекла.
— Ты правда меня выгоняешь?
— Я правда.
Она открыла дверь, взяла чемодан. На пороге обернулась.
— Я тебя никогда не прощу.
— А я тебя — уже.
Дверь хлопнула.
---
Я сел на кухне. Налил чай. Сидел до утра.
Через неделю пришло смс: «Я ушла от него. Прости. Можно вернуться?»
Не ответил.
Через месяц: «Я подписала бумаги. Квартира твоя. Прощай».
Удалил.
Прошло полгода. Я всё так же работаю на заводе, по ночам таксую. Деньги коплю, сыну помогаю. Внук скоро родится.
В пятницу, час ночи, беру заказ. Адрес — Лесная, 14. Подъезжаю, стоит она. С чемоданом. Увидела меня, побледнела.
— Садись, — говорю.
Она села назад. Назвала адрес. Наш. Старый.
Едем молча. В зеркало вижу — плачет.
— Как ты? — спрашивает тихо.
— Нормально.
— А я не очень.
— Бывает.
— Можно вернуться?
— Нет.
— Почему?
— Потому что я не пень, — говорю. — Я двадцать лет вкалывал. Ты это перечеркнула. Я не забыл.
— А если я докажу?
— Не надо доказывать. Просто живи.
Подъехали к дому. Она вышла, достала кошелёк.
— Сколько?
— Бесплатно, — сказал., Для бывших жён, бесплатно.
Она посмотрела на меня долго. Потом развернулась и пошла к подъезду. Я тронул с места.
В зеркало видел, как она стояла и смотрела вслед.
---
Теперь каждую пятницу, в час ночи, я беру заказ. Лесная, 14 — наш адрес. Она садится, я везу. Молча. Деньги не беру.
Люди говорят: дурак, прости. А я знаю одно: простить можно, забыть нельзя. А жить с тем, что помнишь, как она с ним целовалась, — не могу.
Так и ездим. Два бывших человека в одной машине. Каждый со своей правдой.
А я всё думаю: зачем она часто вызывает такси? Может, надеется, что Я скажу: «Оставайся».
Не скажу.
Потому что пнём быть нельзя. Никогда.