Reuters сообщает, что удар Ирана вывел из строя 17% экспортных мощностей Катара по СПГ, а их восстановление может занять от 3 до 5 лет. Эта информация дана со ссылкой на генерального директора QatarEnergy. Также по информации того же Reuters саудовский терминал в Янбу сразу после ударов остановил работу, но после обеда уже возобновил отгрузку.
И если раньше всё это влияло только на нефтяной рынок, теперь под сильным ударом оказался и газовый, на котором в последние годы сложилась новая ситуация, когда сжиженный газ начал активно конкурировать с трубопроводным. На картинке график экспортных мощностей по странам, и занятно то, что Россия частично успела перестроиться на экспорт СПГ, хотя и отстаёт от тройки лидеров. В общем сейчас Кремль начинает ещё больше выигрывать от войны в Иране получая сверхприбыли не только от нефти, но и от газа, в том числе от СПГ, хотя США тоже, как видно, не в накладе, но конспирологию на этот счёт я отвергаю, был бы это «хитрый план» — Трамп напал бы на Иран уже после выборов.
К тому же на газовом рынке нет картеля, который мог бы удерживать цены на приемлемом уровне, и конкуренция приводила к их падению. Сейчас ситуация развернулась.
Про российскую нефть я делал пост на днях и с того времени мне удалось уточнить ситуацию. Фактический спрос очень высокий, российская нефть продаётся уже не просто с дисконтом, а с бонусом, то есть покупатели готовы за неё платить выше биржевой цены. Однако пока это не отражается в полной мере на доходах российского бюджета, так как экспортная пошлина считается по данным агентства Argus, а само агентство ориентируется не на реальные суммы сделок, а на то, что указано в бумагах, да ещё и к тем, которым оно имеет доступ. Учитывая, что основной объем российской нефтяной торговли перешёл в статус контрабандной торговли, «бумажные» цены во многом не соответствуют реальным, поэтому когда по факту российскую нефть покупают за 100 долларов, Argus ещё даёт цену в диапазоне 50-60, и от неё считается пошлина. На разнице прямо сейчас очень хорошо зарабатывают конкретные трейдеры и экспортёры, а не государство.
Помимо того, что сама война затягивается, её завершение не гарантирует падение цен до довоенного уровня. Иран почти открыто заявляет о своих планах брать «дань» за проход через Ормузский пролив если ему не выплатят репарации, и если это реализуется, то цены как минимум на нефть могут оставаться относительно высокими ещё долгое время.
Вряд ли эта ситуация продлится долго, официальная экспортная цена подтянется с некоторым временным лагом, лучшие люди страны получат за этот период немного лишних миллионов в свои карманы, а потом уже начнут думать о государстве, здесь особых поводов для переживаний наверное нет. К тому же часть этих сверхприбылей Кремль сможет забрать позже в виде налогов на прибыль или дивидендов как владелец акций компаний-экспортёров.
Сейчас уже стоит думать о том, что война в Иране может иметь долговременные глобальные последствия, сравнимые с эмбарго 1973 года. Я сильно удивлюсь, если Китай после событий на Ближнем востоке не углубит сотрудничество с Россией, у которой есть и нефть, и газ, и всё это Москва готова поставлять по трубам через общую границу или, в крайнем случае, через полностью контролируемую Монголию.
Ранее Китай очень не хотел строить «Силу Сибири 2», требуя от России экспортных цен на уровне внутренних, фактически дотационных, делая ставку на диверсификацию поставок. Лишь в сентябре 2025 года Газпром и CNPC подписали «обязывающий меморандум» о строительстве газопровода, будет странно, если проект не будет интенсифицирован. Поэтому действия Трампа потенциально несут для России пользу не только сейчас, но и в долгосрочной перспективе. Президент США своими действиями обеспечивает не только спасение российского бюджета в этом году, а если не гарантирует, то даёт очень большие возможности для послевоенного восстановление и возобновления своего положения на мировом рынке углеводородов.
