20 марта в Звенигороде похоронят 13-летнюю Алину. Ее нашли последней — через десять дней после того, как трое детей провалились под лед Москвы-реки. Десять дней, которые родители девочки провели на грани безумия. И десять дней, которые не забудут те, кто искал.
Поисковая операция стала беспрецедентной. До 500 человек в разные дни: спасатели МЧС, водолазы, «Лиза Алерт», добровольцы. 19–25 лодок, две аэролодки, беспилотники, кинологи.
Водолазы работали по 40 минут в воде температурой от +1 до +4 градусов. Это как крещенские купания, только не на секунду, а на пределе человеческих возможностей. И так — днями.
48-летний Сергей, местный житель, отец 13-летней дочери, вышел на поиски в первый же день и не мог уйти до конца.
«Невозможно представить состояние родителей. Когда нашли мальчиков, надежды, что Алина жива, уже не осталось. Но ее мама хотела только одного — похоронить ребенка по-человечески», — рассказывает он.
11 марта нашли тело Ивана — в двух километрах от места трагедии. 13 марта — Богдана, в семи километрах ниже по течению. Алина ушла дальше всех — ее обнаружили только 17 марта, в девяти километрах.
Но дело не только в расстоянии. Начался ледоход. Река вскрывалась, и ситуация с каждым днем становилась опаснее не только для тех, кого искали, но и для самих спасателей.
София Морозова, руководитель пресс-службы водолазной группы «Добротворец», объясняет, с чем столкнулись поисковики: «Была крайне нестабильная обстановка. Особую опасность представляли притопленные льдины — они двигались под водой и не просматривались постами наблюдения. Огромные глыбы, которые в любой момент могли пропороть лодку или убить водолаза».
Водолазы бурили лунки, опускали эхолоты, рисковали жизнями — и знали об этом. Каждый выход на лед мог стать последним.
16 марта спасатели применили нестандартный метод. Аэролодки на большой скорости создавали искусственную волну, которая на небольших глубинах перемешивала толщу воды. Это помогает затонувшим предметам подняться на поверхность.
Возможно, сработало именно это. Или начавшееся таяние. Или совокупность факторов. Но 17 марта река наконец отдала Алину.
«Ребята из отряда жили на берегу все эти дни. Мы установили обогреваемые модули. Они не могли уехать, пока ребенок не будет передан родителям», — говорит София.
Водолазы «Добротворца» работают добровольно. У большинства — свои семьи, свои дети. И каждый раз поиски детей становятся самым тяжелым испытанием.
«Привыкнуть невозможно. Даже внешне спокойные взрослые переживают ситуации с пропажей детей особенно остро. Это никого не оставляет равнодушным», — признается София.