- Ребенок в 9 вечера должен быть в кровати! - я научила сына врать, чтобы нотации учительницы не слушать

В свою квартиру мы переехали за полгода до того, как сыну нужно было идти в школу. С Гришей, моим мужем, мы обсудили вопрос образования нашего чада.

- Можно Влада в гимназию возить в другой район, но это накладно будет, - заметил муж. – Лучше в школу по месту жительства отдать.

Район у нас новый, школа тут только одна. Отзывов об этом заведении я нашла не так много. Соседи мне только рассказали, что знали. Ничего плохого я не услышала.

В итоге мы отдали Влада в эту новую школу. Попали мы в 1 класс к Ирине Викторовне. Учительница была молодой, энергичной. Я обрадовалась, решила, что нам повезло.

- Такой учитель будет на одной волне с детьми, - сказала я мужу.

Как же ошибалась по поводу Ирины Викторовны. Уже с 1 сентября она начала придираться к детям. Об этом мне рассказывал Влад.

- Учительница сегодня ругала Витю за то, что он рассыпал карандаши прямо на уроке, - говорил сын.

Такое случается. Не понимаю, почему из этого нужно делать проблему. Но в тот раз я не стала за чистую монету принимать слова сына. Витя тот же мог баловаться, из-за чего и рассыпал карандаши. И именно за лишний шум учительница могла отругать его.

Но потом рассказов о том, как Ирина Викторовна кого-то отчитывает, становилось все больше. И уже никак я не могла оправдать поведение учительницы.

В начале второй четверти Ирина Викторовна организовала собрание. И там она показала себя во всей красе.

- Объясните детям, как вести себя нужно, - распиналась учительница. – Кто-то у нас в столовой чавкает, еще кадры, которые в тетрадях рисовать умудряются. А мы там вообще-то пишем.

Конкретно про моего сына Ирина Викторовна ничего не говорила весь 1 класс. Я и расслабилась, решила, что мой ребенок ей приглянулся, что она хорошо к нему относится. Но нет, рано я обрадовалась.

В этом году Влад пошел во 2 класс. И уже с первого учебного месяца начались проблемы. Все время учительница придиралась к ребенку.

- Ирина Викторовна меня ругала весь урок за то, что я вымазал рубашку гуашью на рисовании, - сказал сын.

Рубашку мы постирали. Там маленькое пятнышко было, которое даже в глаза не бросалось. Но учительница решила сделать на этом акцент. Потом над сыном ребята еще несколько дней смеялись. Нехорошо как-то это было.

- Ты готовься к урокам, отвечай все, - сказала я сыну, - тогда учительница меньше будет зацикливаться на мелочах. Она же знания все-таки оценивает.

Наивной я была. Никакие знания Ирину Викторовну не волновали. Ей важно было цепляться к детям.

- Нам надо составить распорядок дня, - сказал сын, - чтобы потом учительнице рассказать про него.

Такое задание Ирина Викторовна дала ребятам. Я не увидела в нем никакого подвоха. Мне показалось, что идея заключалась в том, чтобы дети учились планировать свое время.

С Владом мы написали на бумаге его распорядок дня в будние дни и в выходные. И с выполненной работой он пошел в школу.

Когда я после уроков пришла его забирать, я увидела, как мой ребенок заливается слезами. Я спросила, в чем дело. Но Влад так и не успел мне ничего рассказать. Подошла Ирина Викторовна. И она стала отчитывать уже меня.

- Ребенок в 9 вечера должен быть в кровати! – стала говорить учительница. – Как Вы вообще допускаете, чтобы он у Вас в 11 ложился? Неправильно это.

Мой Влад – сова. Не может он улечься в 9 часов. Чего ему валяться в кровати просто так 2 лишних часа. Не заснет он все равно.

Я попыталась объяснить учительнице, что у моего сына есть свои особенности. Но она про них и слышать не захотела. Ирина Викторовна продолжала настаивать на том, что права именно она.

- Мы примем это к сведению, - устала спорить я.

Менять что-то в распорядке сына я не собиралась. Почему я вообще должна это делать? Потому что учительница сказала? Нет, она не будет командовать у нас дома. Кстати, ребенок бодрым встает утром, не спит на занятиях. Что еще нужно?

С мужем мы обсудили случившееся. Гирша и сказал мне, что нужно как-то учить ребенка говорить то, что хочет слышать Ирина Викторовна.

Я так и стала делать. Да, получается, что я учу ребенка врать. А как иначе? Без этого начальная школа станет адом для него.