Есть два типа людей: Искатели и Биороботы.
Биоробот — это человек, которого по-настоящему, глубоко не интересует вопрос о причине его существования. Он может быть блестящим учёным, хорошим семьянином, надёжным другом.
При этом «зачем я живу?» его не беспокоит. Этот вопрос автоматически закрывается обслуживанием быта, повышением статуса и уровня комфорта.
Если у биоробота реализованы базовые потребности: деньги, близкие, статус — он счастлив. Если проблемы — он всецело поглощён их решением.
Спроси биоробота о смысле жизни — он словно не поймёт, о чём речь, и скажет что-то в духе: «не парься, живи и радуйся», «чего тебе неймётся» или «займись делом».
Искатель — другой. Даже когда по меркам биоробота у него есть всё для счастья, он мучается. Вопрос о смысле жизни стоит настолько остро, что без ответов ему трудно заниматься даже базовыми задачами.
Испокон веков — от Будды и Сократа до Бердяева и Кастанеды — всегда были люди, для кого исследование своей природы и своего места в этом мире являлось краеугольной задачей.
Искатель уже в 16 лет может сам по себе задуматься о том, что Лев Николаевич Толстой описал в своём труде «Исповедь»:
«Ну хорошо, у тебя будет 6000 десятин в Самарской губернии, 300 голов лошадей, а потом?..» И я совершенно опешивал и не знал, что думать дальше.
Или, начиная думать о том, как я воспитаю детей, я говорил себе: «Зачем?»
Или, рассуждая о том, как народ может достигнуть благосостояния, я вдруг говорил себе: «А мне что за дело?»
Или, думая о той славе, которую приобретут мне мои сочинения, я говорил себе: «Ну хорошо, ты будешь славнее Гоголя, Пушкина, Шекспира, Мольера, всех писателей в мире, – ну и что ж!..» И я ничего и ничего не мог ответить.»
Искатели всех времён находили свои ответы в духовных знаниях и сопутствующей этике, дисциплине и практике. Вера в Бога, Высшие силы, метафизическую реальность озаряла жизнь и давала опору в повседневных делах.
Всё так.
Но если ты уже 10–15 лет занимаешься духовной практикой, то мог вновь столкнуться с экзистенциальным кризисом, когда в старой картине мира больше не хватает слов для актуальных чувств и фактического событийного потока.
Ты чувствуешь, что между повседневными делами и возможным посмертным существованием есть пустота, которую не может заполнить духовная практика.
И тогда тебе остаётся два варианта:
Первый: смириться с ролью обслуживающего персонала своих бытовых дел и через силу воли выполнять практику без интереса и вдохновения, опираясь лишь на веру или надежду, что она трансформирует тебя и подготавливает к переходу в духовную реальность. При этом жизнь воспринимается как тюрьма, а смерть — как освобождение.
Второй: заглянуть в ядро своей уникальности и сменить роль ретранслятора чужих идей на автора своей жизни, в которой земной путь и духовная реальность гармонично сочетаются, возрождая интерес жить.
Моя цель — вдохновить тебя на этот переход.