Почему Горе от ума - комедия? Почему Грибоедов назвал Горе от ума комедией?

Когда мы впервые открываем школьный учебник и видим на обложке подпись «комедия», в голове невольно возникает диссонанс. Посудите сами: главного героя объявляют сумасшедшим, девушка, в которую он влюблен, выбирает подлеца, а финал вообще оставляет горькое послевкусие одиночества. Ну и где тут повод для смеха? Тем не менее, вопрос «Почему Горе от ума - комедия? Почему Грибоедов назвал Горе от ума комедией?» остается одним из самых интересных в русской литературе.

Знаете, Александр Сергеевич Грибоедов был человеком тонкого ума и недюжинной иронии. Он прекрасно понимал, что пишет не просто забавную пьесу для вечернего досуга, а настоящую сатиру. В то время жанровые рамки были довольно жесткими, но автор решил пойти своим путем. Смешного в тексте, если присмотреться, хоть отбавляй. Взять хотя бы этих светских сплетников, которые, словно испорченный телефон, разносят весть о безумии Чацкого. Это же чистой воды фарс!

Грибоедов использовал комизм положений и, что важнее, комизм характеров. Фамусов, трясущийся над мнением «княгини Марьи Алексевны», или Скалозуб, чьи мысли не идут дальше воротничков и шеренг — это же карикатуры. Глядя на них, хочется и смеяться, и плакать одновременно. Именно поэтому, задумываясь над темой «Почему Горе от ума - комедия? Почему Грибоедов назвал Горе от ума комедией?», стоит вспомнить о традиции высокого комизма. Здесь смех — это не способ развлечь, а острое оружие против глупости и застоя.

Конечно, нельзя отрицать, что в пьесе полно драматизма. Чацкий — фигура трагическая в своем одиночестве. Но, как говорится, от великого до смешного один шаг. Его пылкие монологи, произнесенные перед людьми, которым до его идей нет никакого дела, выглядят порой нелепо. Он мечет бисер перед свиньями, и эта неуместность — тоже элемент комедии, пусть и с привкусом желчи.

Парадоксы жанра: Почему Горе от ума - комедия? Почему Грибоедов назвал Горе от ума комедией?

Грибоедов настаивал на названии «комедия», потому что хотел подчеркнуть абсурдность московского общества. Читая строки, полные живого, почти разговорного языка, понимаешь: автор просто запечатлел жизнь во всем ее многообразии. Тут и остроты, и каламбуры, и нелепые совпадения. Если бы это была трагедия, финал был бы фатальным, а герой, возможно, погиб бы. Но Чацкий просто уезжает, крича: «Карету мне, карету!». Это бегство выглядит почти как финал классической комедии масок, где герой скидывает личину и покидает сцену, оставляя дураков в их привычном болоте.

В конечном счете, разбираясь в том, почему Горе от ума - комедия? Почему Грибоедов назвал Горе от ума комедией?, мы приходим к выводу, что это смех сквозь невидимые миру слезы. Это произведение — зеркало, в котором глупость выглядит смешной, даже если она торжествует. И пускай финал не кажется веселым, само разоблачение пороков старого мира — это ли не главный повод для торжества комедийного жанра? Наверное, именно в этом и кроется гениальный замысел автора, создавшего шедевр на все времена.