Лекарства из отчетов подорожали на 0,4%, а лекарства с полок — на 2,5%. Почему государственная статистика перестала замечать реальные траты граждан и к какому дефициту может привести искусственное сдерживание цен.
Ирина Ли
На фармацевтическом рынке зафиксировано аномальное расхождение данных. Согласно официальным отчетам, инфляция на жизненно необходимые и важнейшие лекарственные препараты (ЖНВЛП) в феврале–марте составила 0,4%. Но реальные чеки в аптеках демонстрируют иную динамику: препараты, не входящие в списки жесткого госрегулирования, подорожали в среднем на 2,4–2,5%. Причиной такого разрыва стала масштабная корректировка методики, по которой ведомства рассчитывают индекс цен.
Математика замещения: удобные фильтры
В 2026 году Росстат обновил корзину мониторинга, исключив из нее препараты с высокой волатильностью цен. В частности, из расчетов вывели популярные противовирусные средства (Ингавирин, Трекрезан), стоимость которых традиционно растет в период сезонных заболеваний. На их место в расчетную базу включили препараты от давления — Амлодипин и Лозартан.
Такая замена позволяет статистически сгладить общую картину инфляции. Цены на гипотензивные средства жестко сдерживаются государством и растут значительно медленнее рыночных показателей. В то же время лекарства, оставшиеся вне обновленного контроля, показывают резкий скачок всего за один месяц:
- Валосердин: +2,4%;
- Римантадин: +2,5%;
- Активированный уголь: +2,3%.
Ценовые рекорды «невидимок»
Пока внимание регуляторов приковано к узкому перечню ЖНВЛП, цены на товары повседневного спроса демонстрируют двузначный рост. По данным рыночного мониторинга, за последний год обычный Мукалтин прибавил в стоимости почти 30% (поднявшись с 53 до 71 рубля).
Разрыв между «контрольным списком» и реальным потреблением создает ситуацию, при которой значительная часть трат населения — от витаминов до антидепрессантов — фактически выводится за рамки государственной статистики. Это делает инфляцию в 0,4% исключительно «бумажным» достижением, не имеющим отношения к реальной нагрузке на кошелек.
Ценовые ножницы и угроза дефицита
Искусственное сдерживание цен на регулируемые препараты при одновременном росте издержек создает эффект «ценовых ножниц». Российская фармация остается критически зависимой от импорта: до 80% отечественных лекарств производятся из иностранных субстанций, стоимость которых в марте 2026 года выросла из-за логистических тупиков и изменения курсов валют.
Ситуацию усугубляют два фактора:
- Налоговое давление: Рост НДС до 22% напрямую увеличил розничную стоимость медикаментов, не имеющих налоговых льгот.
- Нерентабельность: Когда стоимость производства превышает зафиксированную государством отпускную цену, выпуск препарата становится убыточным.
Результатом становится вымывание дешевого ассортимента. В марте уже зафиксированы сбои в поставках критически важного «Зифлукорта» (необходим при болезнях надпочечников). Производителям выгоднее свернуть выпуск регулируемых «дешевых» таблеток, чем работать в минус.
Подобные манипуляции со структурой мониторинга приводят к так называемой статистической слепоте. Официальные цифры перестают отражать реальное положение дел. Они просто скрывают за минимальными процентами вымывание доступных лекарств и реальное подорожание вспомогательной терапии. Для потребителя, чей список необходимых медикаментов шире утвержденного Росстатом перечня, мартовская инфляция фактически оказалась в шесть раз выше официальных прогнозов. Но об этом едва ли станут оповещать россиян.
Тихое отравление: как «грязные» субстанции из Азии убивают качество наших лекарств