Почему в СССР не верили в серийных убийц? Исторический разбор

Почему в СССР не верили в серийных убийц? Исторический разбор

Представьте: страна, где официально нет безработицы, нет беспризорников, нет проституции и тем более нет маньяков. Газеты пишут о трудовых подвигах, по телевизору показывают парады, а в парках спокойно гуляют дети. Идиллия, правда? Только вот реальность была совсем другой. Просто о ней не принято было говорить вслух.

В Советском Союзе серийные убийцы официально появились только в конце восьмидесятых. Хотя на самом деле они были всегда. Просто слово «маньяк» не вписывалось в концепцию «самого справедливого общества». Если у нас построен коммунизм, откуда возьмётся человек, который режет женщин в лесополосе? Значит, его не может быть по определению.

Идеология важнее фактов

В семидесятые годы в Ростовской области орудовал Чикатило. Сейчас его имя знает каждый, а тогда милиция искала убийцу больше десяти лет. И знаете, что мешало поискам? Мешала установка сверху: серийных убийц в СССР не бывает. Поэтому все убийства женщин и детей списывали на несчастные случаи, бытовуху или «действия неустановленных лиц».

Когда в разных районах области находят трупы со следами удушения и ножевых ранений, логично предположить, что работает один человек. Но логика упиралась в идеологию. Начальники боялись докладывать наверх, потому что за «раздувание» статистики можно было вылететь из партии. Проще было списать каждое убийство на отдельного преступника.

Цена молчания

Из-за этого молчания маньяки получали фору в годы. Чикатило убивал больше десяти лет. Если бы в семидесятых признали: да, у нас есть серийные убийства, давайте создавать отдел по их раскрытию - сколько жизней можно было бы спасти?

Но создали такой отдел только в восьмидесятых, когда количество трупов уже невозможно было скрывать. Первым делом взялись за ростовское дело. И сразу нашли закономерности, которые раньше игнорировали. Просто потому что теперь разрешили искать.

Бытовая глухота

Была и другая сторона - бытовая. Люди привыкли верить, что страна заботится о них. Родители спокойно отпускали детей одних в лес, в поля, на речку. И это играло на руку убийцам. Жертвы сами шли к ним в руки, потому что не знали, что маньяки существуют. Помните плакат «Не болтай!»? Он был про шпионов. Про маньяков плакатов не было - их же не существовало.

Перелом

Всё изменилось в конце восьмидесятых. Гласность, перестройка, первые открытые публикации в прессе. Люди узнали про Чикатило, про Сливко, про других. Тогда же вышла статья в «Литературке» под названием «Палач». Газету передавали из рук в руки, читали вслух в очередях. Страна впервые увидела монстра в лицо. И поняла, что монстр этот - не импортный, а свой, советский, с партбилетом в кармане.

Что изменилось сейчас

Сейчас серийные убийцы - часть криминальной хроники. Их ловят, о них снимают фильмы. Но страх перед «неудобными» темами иногда остаётся. Просто теперь это страх не идеологический, а репутационный. Никому не хочется признавать, что в благополучном районе живёт маньяк.

История с советским отрицанием серийных убийц - хороший урок. Нельзя решить проблему, если ты отказываешься её замечать. Можно заклеить рот статистике, можно спрятать трупы под ковёр официальных отчётов, но убийца от этого не исчезнет. Он будет продолжать, пока его не остановят. А остановить можно только одним способом - признать, что он существует. И начать искать.