Наина Ельцина назвала девяностые годы «святыми» и призвала поклониться тем, кто строил новую страну. Я помню то время. Помню очереди за гуманитарной помощью, помню учителей, которые месяцами не получали зарплату, помню стариков, продающих на улицах свои ордена за копейки. И когда я слышу такие слова, у меня возникает вопрос: мы с супругой первого президента жили в одной стране?
Давайте разберёмся, что на самом деле скрывалось за этими «святыми» годами и почему взгляды Наины Иосифовны так разительно отличаются от опыта простых людей.
«Шоковая терапия была нужна»
В интервью Наина Ельцина заявила, что её супруг переживал за людей, но был вынужден проводить непопулярные реформы. Она утверждает, что шоковая терапия Гайдара спасла страну, а к концу 1992 года прилавки наполнились товарами.
Я прекрасно помню этот 1992 год. Да, прилавки действительно наполнились — но для кого? Цены взлетели в сотни раз за одну ночь. Мои родители, как и миллионы других советских граждан, проснулись утром 2 января 1992 года и обнаружили, что их сбережения превратились в пыль. Килограмм колбасы стоил как месячная зарплата инженера. Какой смысл в наполненных витринах, если у людей нет денег?
В СССР действительно были очереди. Но люди имели стабильную работу, бесплатное образование и медицину, уверенность в завтрашнем дне. После «шоковой терапии» заводы встали, врачи и учителя уходили в челноки, а целые города превратились в призраков. Это называется «встать на ноги»?
Витрины Германии против реальности России
Особенно показателен рассказ Наины Иосифовны о её поездках на Запад в начале девяностых. Она восхищалась витринами Германии и Голландии, сравнивая их с пустыми прилавками советских магазинов. А затем резюмировала: «Теперь у нас всё это тоже появилось. Мы жить стали по-человечески».
Здесь кроется подмена понятий. Да, в конце восьмидесятых в СССР были проблемы. Но давайте вспомним причины. Горбачёвская перестройка уже расшатывала хозяйственные связи, антиалкогольная кампания подорвала бюджет, начался саботаж плановой экономики. То есть дефицит был во многом искусственно созданным.
А теперь посмотрим на девяностые. Наина Ельцина восхищается наполненными витринами, но забывает главное — кто мог себе позволить эти товары? По данным Росстата, реальные доходы населения в 1992-1998 годах упали более чем вдвое. Средняя продолжительность жизни сократилась на пять лет. Рождаемость обвалилась. Это называется «жить по-человечески»?
Я отчётливо помню бабушку-соседку, которая всю жизнь проработала на заводе. В советское время она получала скромную, но стабильную пенсию, ездила в санатории, помогала внукам. В девяностые она стояла у метро, продавала пирожки, потому что пенсия не покрывала даже коммунальные платежи. Витрины были полны, а люди голодали.
«Страна была почти мертвая»
Самый спорный тезис Наины Ельциной — утверждение, что СССР к 1991 году был «почти мёртвым», и только реформы её супруга спасли Россию. Давайте обратимся к фактам.
СССР обладал мощнейшей промышленностью, передовой наукой, лучшей в мире системой образования. Да, к концу восьмидесятых накопились проблемы, требовались реформы. Но какие? Китай провёл постепенные рыночные реформы, сохранив социалистическую систему — и стал второй экономикой мира. Вьетнам пошёл тем же путём — и добился успеха.
А что получила Россия после «спасения» Ельциным? Обвал промышленности на семьдесят процентов. Разрушение науки и утечку мозгов. Две кровопролитные войны на Кавказе. Олигархов, захвативших народное достояние за бесценок. Миллионы людей за чертой бедности.
Особенно цинично звучат слова о том, что «шок заставляет человека встать на ноги». Какой шок? Для кого? Семья Ельциных жила в кремлёвских апартаментах, ездила на государственных лимузинах, имела доступ к лучшей медицине. А миллионы простых людей теряли работу, жильё, здоровье, саму волю к жизни.
О Мавзолее и приоритетах
Отдельного внимания заслуживают слова Наины Ельциной о необходимости убрать Мавзолей и захоронения у Кремлёвской стены. Она не может присутствовать на концертах на Красной площади из-за захоронений.
Простите, но когда миллионы людей не получали зарплату месяцами, когда врачи не могли купить все необходимое для больниц — проблема Мавзолея была главной? Это ли должно было волновать первую семью страны?
Борьба с советским наследием стала удобным отвлекающим манёвром от реальных проблем. Вместо того чтобы сохранить промышленность, обеспечить людям достойную жизнь, власть занималась символическими жестами и переписыванием истории.
Две России
Слушая Наину Ельцину, понимаешь — мы действительно жили в разных странах. В её России были поездки на Запад, восхищение витринами, комфорт и безопасность. В России простых людей были невыплаченные зарплаты, очереди за гуманитарной помощью, бандитские разборки и безнадёжность.
Называть эти годы «святыми» могут только те, кто не стоял в этих очередях, не терял работу на закрывающихся заводах, не хоронил близких, не доживших до пенсии из-за стресса и нищеты. Для большинства россиян девяностые стали временем национальной катастрофы, последствия которой ощущаются до сих пор.
Советский Союз не был идеальным. Но он давал людям то, чего лишились в девяностые — социальную защищённость, уверенность в будущем, доступ к образованию и культуре, ощущение причастности к великой стране. И никакие наполненные витрины не компенсируют утрату всего этого.