Николай II, Ленин и Сталин — пожалуй, самые обсуждаемые правители в истории России. Именно они олицетворяют противостояние двух идей — имперской и советской, являются и причиной, и следствием Гражданской войны, раскол от которой наше общество не может преодолеть до сих пор. Одним из главных обвинений в адрес последнего императора стал ярлык «Кровавый», навешанный либеральной и большевистской пропагандой. Но насколько он справедлив? Действительно ли Николай II был жестоким правителем, или эти обвинения — попытка отвести внимание от преступлений тех, кто пришёл ему на смену?
Ответ на этот вопрос даёт беспристрастный анализ статистики — сравнение количества смертных приговоров, вынесенных в эпохи трёх этих правителей. Цифры, как известно, упрямая вещь, и они свидетельствуют: масштабы репрессий при Ленине и Сталине превосходят показатели царского времени в тысячи раз.
Смертная казнь в Российском государстве
Прежде чем перейти к цифрам, важно понять контекст. Смертная казнь в России никогда не отменялась полностью на постоянной основе, однако её применение всегда было окружено ограничениями. Особого внимания заслуживает период правления императрицы Елизаветы Петровны (1741–1761), которая ввела фактический мораторий на применение смертной казни.
7 мая 1744 года Елизавета Петровна подписала указ, согласно которому смертные приговоры на местах выносить запрещалось — все дела нужно было пересылать в Сенат, а затем императрице для высочайшего рассмотрения. При этом императрица не подписывала ни один из поступивших приговоров, что фактически приостановило применение смертной казни на всё её царствование. 4 апреля 1753 года Елизавета утвердила доклад, который предусматривал замену «натуральной смертной казни» на «политическую» — ссылку на каторжные работы с предварительным наказанием кнутом и вырыванием ноздрей.
Однако указы императрицы не отменяли смертную казнь полностью — они лишь вводили мораторий на её исполнение. Впоследствии смертная казнь возвращалась в правовое поле в исключительных случаях: при подавлении бунтов, мятежей или для особо опасных государственных преступников. Так, в 1775 году были казнены руководители восстания Пугачёва, в 1826 году к смертной казни приговаривались декабристы (хотя пятерым приговор привели в исполнение, остальным заменили наказание).
Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года предусматривало смертную казнь лишь за государственные, карантинные и воинские преступления, причём только после высочайшего рассмотрения приговора. Эта традиция — право монарха на помилование — сохранялась и при Николае II.
Царствование Николая II (1894–1917): война с террором, а не с народом
Период правления Николая II пришёлся на одну из самых кровавых страниц в истории России, но кровь лилась в основном от рук революционных террористов, а не государственной машины.
В конце XIX — начале XX века ситуация с применением смертной казни в России была следующей: по данным Б.Н. Миронова, за период с 1825 по 1905 год к смертной казни было приговорено всего 1397 человек, из которых казнено 894 . За аналогичный период в Великобритании, для сравнения, казнили более 4000 человек .
Ситуация изменилась после революции 1905 года, когда страну захлестнула волна террора. По данным А. Гейфман, с октября 1905 по 1907 год жертвами терактов стали 4500 государственных служащих (убитые и раненые) и почти 5000 частных лиц . В этих условиях правительство было вынуждено принимать ответные меры.
Согласно исследованию А.И. Иванова, с 1905 по 1909 год к смертной казни были приговорены 4797 человек, из которых реально казнены 2353 осуждённых . Военно-полевые суды, действовавшие как временная экстраординарная мера с конца 1906 года, за восемь месяцев работы вынесли более 1100 приговоров, из которых исполнили 683 . С апреля 1907 года они прекратили существование.
Крайне важный нюанс: в Российской империи помилование приговорённых к смертной казни являлось прерогативой монарха. По итогам работы военно-полевых и военно-окружных судов в 1906–1909 годах больше половины смертников были помилованы . Это ли не опровержение образа «кровавого» царя?
Показательно также сравнение с дореволюционным периодом: до 1905 года смертная казнь применялась крайне редко — ежегодно к ней приговаривали примерно 10–50 человек . Даже в самые тяжёлые годы революционного террора число казней оставалось относительно небольшим, особенно если сравнивать с количеством жертв самого террора.
Доктор исторических наук, академик РАЕН В.М. Лавров справедливо отмечает:
«Большевики говорили и сейчас продолжают говорить о том, что Николай Второй — кровавый. Вот кому бы промолчать, так это коммунистам. Более кровавых, чем их вожди Ленин и Сталин, за всю русскую историю не было! Очень мало смертных приговоров в царской России конца XIX — начала XX века. Это были десятки случаев. А при Ленине и Сталине счёт пойдёт на миллионы репрессированных, на миллионы погибших. Это совершенно не сопоставимые вещи»
Эпоха Ленина (1917–1924): отмена и возвращение смертной казни
Придя к власти, большевики первым делом продемонстрировали свой «гуманизм». 28 октября 1917 года Второй Всероссийский съезд Советов принял декрет об отмене смертной казни . Однако уже летом 1918 года, в ходе «красного террора», большевики не только вернули расстрелы, но и начали применять их во внесудебном порядке.
Точное количество жертв ленинского террора установить сложно из-за противоречивости данных и отсутствия централизованного учёта. Однако существуют документальные оценки:
- По официальной статистике ФСБ, в 1918–1920 годах за «контрреволюционную преступность» было осуждено 62 231 человек, из них расстреляно 25 709.
- Исследователь И.С. Ратьковский оценивал число расстрелянных в 1918 году примерно в 8 тысяч человек.
- Руководящий работник ВЧК Мартин Лацис на основе данных местных ЧК оценивал число расстрелянных в 1918 году в 6 300 человек, с января по июль 1919-го — 2 089.
- По данным на 1922 год, число расстрелянных органами ЧК в 1918–1922 годах составляло около 37 300 человек, по приговорам трибуналов в 1918–1921 годах — около 14 200 .
Первый в Советской России смертный приговор был приведён в исполнение 21 июня 1918 года в отношении начальника Морских сил Балтийского моря Алексея Щастного. Расстрелы проводились не только по суду, но и внесудебно, по решениям ВЧК и местных ЧК. Пик репрессий пришёлся на сентябрь 1918 года, когда был объявлен «красный террор» в ответ на покушение на Ленина. Смертная казнь применялась не только за политические преступления, но и за общеуголовные деяния, а также в качестве превентивной меры в отношении заложников и «подозрительных лиц».
Эпоха Сталина (1924–1953): индустриализация смертной казни
При Сталине применение смертной казни приобрело поистине индустриальные масштабы. Точное количество приговоров остаётся предметом дискуссий, но архивные данные дают вполне определённые цифры.
По данным председателя КГБ СССР В.А. Крючкова, за период с 1930 по 1953 год по учёту было осуждено 3 778 234 человека по политическим мотивам, из них 786 098 приговорены к расстрелу. Исследователь О.Б. Мозохин приводит ещё более высокие цифры: согласно справке 1-го спецотдела МВД СССР от 11 декабря 1953 года, за период с 1921 по 1953 год за контрреволюционные преступления было осуждено 6 427 023 человека, приговорено к смертной казни 862 983 человека .
Особо масштабными были репрессии в 1937–1938 годах, известные как «Большой террор». Только за эти два года, согласно документам ЦА ФСБ, было осуждено 1 575 259 человек, из них расстреляно 681 692 человека.
Лично Сталиным и Политбюро по так называемым «расстрельным спискам» было подтверждено на осуждение 44 893 человека — в подавляющем большинстве это были члены управленческих структур, сотрудники НКВД и РККА.
Методы работы репрессивной машины были закреплены законодательно. 1 декабря 1934 года ЦИК СССР принял постановление, которое предписывало: следствие по делам о терроре заканчивать в срок не более десяти дней, обвинительное заключение вручать за сутки до суда, дела слушать без участия сторон, кассационного обжалования не допускать, приговор приводить в исполнение немедленно.
Как видно из таблицы, даже в самые тяжёлые годы первой русской революции количество казней было в десятки раз меньше, чем в «мирные» годы сталинского правления, и в сотни раз меньше, чем в период «Большого террора».
Важно подчеркнуть и качественное различие. При Николае II смертные приговоры выносились преимущественно за конкретные уголовные преступления и террористические акты, причём существовал институт помилования, которым император активно пользовался. При Ленине и Сталине расстреливали по политическим мотивам, по классовому признаку, «в порядке красного террора», без суда и следствия, миллионами.
Пару слов в конце...
Обвинения Николая II в «кровавости» — не более чем пропагандистский миф, призванный оправдать преступления большевистского режима. Сравнительный анализ статистики смертных приговоров трёх эпох не оставляет камня на камне от этого ярлыка.
При Николае II даже в условиях беспрецедентной террористической войны, которую вели революционеры, государство отвечало ограниченными репрессиями, а монарх регулярно использовал право помилования. При Ленине был развязан «красный террор», унёсший десятки тысяч жизней. При Сталине репрессии приобрели характер индустриального уничтожения людей — сотни тысяч расстрелянных только по официальным данным, миллионы загубленных в лагерях жизней.
Академик Д.С. Лихачёв точно заметил:
«одна из главных проблем нашей страны в том, что миллионы людей в России небрежно похоронены . И вина за эти смерти лежит не на последнем императоре, а на тех, кто пришёл ему на смену.
Ярлык «кровавый» должен быть навсегда снят с имени Николая II. История требует объективности, а не пропагандистских штампов.