Переживал ли я, когда узнал о смерти Жени Николаева? Нет. Только закончил урок, разъяснил ученику немного физику. В комнату зашёл Мазилов и сообщил: Женя погиб. Подробности позже. В чат написал Араб.
Информация прозвучала глухо-гулко, как в пустых школьных коридорах летом. В сердце не оборвалось ни одной струны. Пустота. И холод.
У меня странная сентиментальность. Над вымыслом слезами обольюсь, а когда приходят вести о смерти друзей — всегда пусто. Отрешённость. После развала Союза лишь смерть Анки шрамировало сердце.
Развал Союза. Женя, как и я, оказался выброшен этой детонацией из России. Все дальнейшие годы были дорогой домой. В дом, которого не стало.
Женя страстно старался вернуться не один, а вместе с солнечной Молдавией. Но его борьба с НАТО, Западом, с румынскими националистами в конце концов вынудила его покинуть Кишинёв, где он уже был всем своим противникам поперёк горла.
В России Женя не только дрался с ОМОНом и сидел в тюрьме (как могло бы показаться из его биографии). В России Женя — строил. В начале нулевых это никого бы не удивило — он же из Молдавии, а в нулевых в Москве все были уверены, что у каждого молдаванина при половом созревании в правой руке формируется мастерок.
Россия всё — остальное ничто. Россия Жене нужна была вся. Большая. Разнообразная. Живая. На меньшее он не соглашался. Наполнял её жизнью. Рожал детей. Рассказывал истории. Строил.
Просто он работал волшебником. Ремонтировал объекты на Красной площади, принадлежащие Администрации Президента России и ФСО . Храм в парке "Патриот" тоже не обошёлся без его участия. Витражи сделаны его рукой.
Херсон Жене приглянулся сразу. Он готов был вкладываться в него и потом, и кровью Но было принято решение сдать город без боя...
После этого Женя взял оружие в руки и отправился возвращать Родину. Поступки никогда не расходились с делом. Человек прямого действия.
Пустота. Я открываю папку ЗА ПРАВДУ и смотрю: Евгений Шатун Николаев — молчит с 9 марта. И в этот момент подкатывает ком к горлу. Теперь это эхо шагов в пустой разрушенной школе.
Для верующего человека смерть не страшна. Женя верил. Женя любил Бога, а Бог любил его. И забрал к себе, чтобы слушать его весёлые и немого грустные истории вживую из первых уст.
А нам, оставшимся в строю, их больше не услышать. Потому и скорбим.
Переживал ли я, когда узнал о смерти Жени Николаева...
