Михаил и Елена Яковлевы поженились в восемнадцатилетнем возрасте. Сейчас, в 2026 году, им по пятьдесят, и они вместе уже 33 года. У супругов десять детей: пять мальчиков и пять девочек (старшему «мальчику» уже 31 год, младшим девочкам-двойняшкам по 10 лет) и пятеро внуков.
Ведущие нашего проекта студент 3-го курса МГИМО Даниил Дорофеев и ученица 11-го класса Елизавета Легойда встретились с многодетными родителями Михаилом и Еленой Яковлевыми у них дома.
СОДЕРЖАНИЕ
У Яковлевых – прекрасная трехэтажная квартира в коттеджном поселке на окраине Москвы, построенном специально для многодетных семей. Просторная столовая, отделенная от кухни стилизованной русской печью, сияет необыкновенной красоты напольными и настенными шкафчиками из светлого дерева, украшенными затейливой резьбой.
Папа Михаил – по образованию фельдшер, окончил Московское медицинское училище №18. Работал на скорой помощи. Но сейчас он (в налоговом статусе самозанятого) трудится и плотником, и столяром. Любит работать с деревом. Домашняя мебель создана своими руками.
Мама Елена окончила профессионально-техническое училище №44 на улице Щепкина в Москве с квалификацией «портной». Шьет детям одежду, народные костюмы, очень любит создавать театральные костюмы и иногда ставит спектакли в приходской школе при храме Рождества Христова в Митино.
ВРЕМЯ ЛЮБИТЬ
Даниил Дорофеев:
– Михаил Юрьевич, Елена Игоревна, у вас десять детей и большой разрыв в возрасте между старшими и младшими. Сколько лет вы вместе?
Елена Яковлева:
– Получается 33 года. Как у Пушкина: жили-были старик со старухой тридцать лет и три года...
Елизавета Легойда:
– Расскажите, как вы познакомились? Как поняли, что хотите всегда быть вместе?
Михаил Яковлев:
– Объяснение очень простое: пришло время любить. Мы с Еленой одноклассники, вместе учились в школе.
Елена Яковлева:
– Не с первого класса, а с десятого. И сначала мы дружили.
Елизавета Легойда:
– Мои родители, например, разграничивают понятия «дружили» и «встречались». А у бабушки было иначе: дружим, дружим, потом женаты.
Елена Яковлева:
– Но тогда вообще другое было отношение к семье. Мои бабушка и дедушка вспоминали, как в 1934 году молодой тогда дедушка приходил в бабушкину семью в гости, смотрел, как она управляется с хозяйством. Он с ее родителями сидят за столом, а она бегает, подает еду, ухаживает за ним.
Елизавета Легойда:
– А вы сразу поняли, что любите друг друга?
Елена Яковлева:
– Миша очень нравился моей подруге, она говорила: «Ах, какой мальчик будет учиться в нашем 10-м классе!». И вот 1 сентября все пришли, а его нет. Я спрашиваю: «Ну, где же твой мальчик?» А он приходит на третий день с гипсом на шее. Как-то я сразу обратила на него внимание. Но негласный закон чести не давал мне даже возможности думать о том, что я могу в него влюбиться, ведь он нравился моей подруге. Но в то время практиковались всякие самодеятельные постановки, праздники. Собралась компания, человек 6 девочек, Мишу было интересно узнать поближе, но он был стеснительный мальчик, а девочки, в свою очередь, боялись, что он догадается о чувствах подруги. И мы придумали хитрый ход: пригласили балагура и весельчака одноклассника Лешу и сказали, чтобы он и Мишу с собой привел. Так вот и начали ближе общаться. А потом моя подруга мне и говорит: «Знаешь, что-то я в нем ничего не нахожу особенного, мне прям надоело о нем вздыхать. Забирай его себе!» Так и сказала. Я ей тогда ответила: «Запомни этот момент, ты сама сказала, смотри, чтобы потом не пожалела».
С того момента уже вздыхать о Мише начала я, и если в наших сценках, спектаклях были пары – мальчик с девочкой, то Мишу закрепили за мной, это было как бы по умолчанию. Например, был случай: я опоздала на репетицию, и Миша стал танцевать с другой девочкой. Так наша одноклассница – режиссер этого проекта округлила глаза и закричала на весь зал грозно: «Яковлев с Русак танцевать будет!». Миша даже испугался в тот момент и так смиренно произнес: «Ну с Русак так с Русак».
Михаил Яковлев:
– Вот так понемногу творилась наша судьба.
Елена Яковлева:
– Как-то мои две подружки говорят: «А ты знаешь, что Миша бегает по утрам «на канале»?» Так мы называли парк в Тушино около канала имени Москвы, жили тогда недалеко от него. Я говорю: «Давайте бегать тоже и там с ним встретимся». Они вроде согласились, но потом у одной то бок болит, то вчера поздно легла и не выспалась. И в конце концов я устала их ждать и побежала одна и там будто бы случайно встретилась с Мишей. Он удивился, встретив меня, ни о чем не догадался, но мы решили бегать вместе.
С этого момента начался, пожалуй, самый романтический период в нашей жизни. Была весна, все распускалось, цвела сирень. Миша собирал огромные букеты, и вроде бы и не мне, а просто, но домой я иногда прибегала с цветами, иногда приносили их в школу учителям.
Это как раз и было то время, которого ждет каждая девушка! Мы считали это дружбой, а все вокруг считали нас парой.
Михаил Яковлев:
– Я, конечно, догадался о том, что происходит, но не сразу, поначалу даже немного робел. Лена очень красиво пела, причем поставленным классическим голосом. Я слушал, смотрел на нее и чувствовал недоступность этой девушки для меня.
Даниил Дорофеев:
– Когда вы дружите, вы еще не пара, можете с другими девушками (парнями) свободно общаться. А если встречаетесь, то это уже накладывает какие-то обязательства. Есть в этом границы, которые нельзя переходить?
Елена Яковлева:
– Да, мы с Мишей были друзьями. Но потом наступил выпускной бал. И мы весь вечер с ним танцевали. Я тогда сама сшила себе красивое платье, взяла у подруги диадему, мамины туфли на каблуке. И что-то в наших отношениях изменилось.
МЫ ПОЧУВСТВОВАЛИ СЕБЯ ПАРОЙ, КАК ПАРЕНЬ И ДЕВУШКА. НО ЕЩЕ НИ РАЗУ НЕ ЦЕЛОВАЛИСЬ.
Даниил Дорофеев:
– И в какой момент романтический период перерос в осознанное уже чувство, когда вы поняли, что хотите всегда быть вместе?
Михаил Яковлев:
– Да, однажды это случилось. Меня это чувство в один момент с головой накрыло, я понял, что мне тяжело расстаться с Леной даже на день. И я почувствовал, что все, не могу больше молчать. Это было в одиннадцатом классе. Я понял, что влюбился.
Не бойся, я с тобой!
Елизавета Легойда:
– А у вас не было желания не торопиться с женитьбой, один-два года еще пожить для себя? Многие молодые пары сейчас боятся рано создавать семьи, опасаются, что поспешное решение потом обернется жизненной неудачей.
Михаил Яковлев:
– У меня такого не было. Я чувствовал, что хочу быть с Леной, и меня в этом желании ничто не останавливало.
Елизавета Легойда:
– И вам не было страшно?
Елена Яковлева:
– Нет, мы же были вдвоем!
Яковлевы не боялись принимать решения, чувствуя поддержку друг друга
Михаил Яковлев:
– А помнишь, Леночка, когда я готовился к поступлению в Первый медицинский институт, мы с тобой дежурили в закрытой клинике? Я подрабатывал на кафедре госпитальной терапии. И вот клинику нашу закрыли на санобработку. Представляете, здание XIX века, абсолютно пустое, и только мы вдвоем. А вдруг там где-то души неупокоенные бродят (смеется)? Ты не боялась?
Елена Яковлева:
– Мне с тобой ничего не было страшно.
Михаил Яковлев:
– Мы в те годы не боялись принимать решения. Даже несмотря на все трудности, о которых сейчас много говорят. Да, было нелегко в материальном плане. Но мы зарабатывали, я занимался сервисом автомобилей, жили весело.
Я смотрю на отношения нынешних молодых людей, на наших детей и их сверстников, и вижу, что сейчас, когда жизнь обеспеченная, они больше, чем мы, опасаются принимать самостоятельные решения.
МЕНЯ ПУГАЕТ ЭТА ИХ ЗАШКАЛИВАЮЩАЯ «ОТВЕТСТВЕННОСТЬ».
Я придерживаюсь мнения, что семью надо создавать именно в молодом возрасте.
И рассуждения о каких-то предстоящих семейных трудностях не должны на это решение влиять. Если об этом думать, например, как прокормить и одеть ребенка, то семьи не получится. Они говорят: вот встретились, полюбили друг друга – нет, это невозможно, слишком большие расходы. И семья невозможна – вдруг денег не хватит. Надо, мол, сначала накопить на квартиру, на машину. Я этого не понимаю! Если вы создаете семью, которую благословляет Господь, делайте это в молодом возрасте.
Даниил Дорофеев:
– Ну как же не просчитывать, ведь выбираешь человека, с которым всю жизнь придется жить...
Михаил Яковлев:
– Знаете, это просчитать невозможно, это не математика, а жизнь. Причем у молодых вся жизнь впереди. В моем возрасте, конечно, думаешь, сколько осталось, и начинаешь свои возможности более рачительно распределять.
НО КОГДА МОЛОДЫЕ НАЧИНАЮТ РАССУЖДАТЬ: ВОТ СЕЙЧАС У МЕНЯ БУДЕТ ЭТО, ПОТОМ ТО – ОНИ ПРОСТО ПРЕВРАЩАЮТСЯ В СТАРИКОВ.
Да, мы жили в трудное время, но трудностей не боялись. Сразу венчались в храме Преображения Господня, который, кстати, был на реставрации – могла ведь какая-то плитка сверху упасть на голову.
Надо понимать, что венчание – это движение вашей души. Это ваше решение, которое не продиктовано никаким расчетом. Ведь вы создаете семью – малую церковь. И Господь будет с вами.
ЧТО ТАКОЕ МАЛАЯ ЦЕРКОВЬ?
Елизавета Легойда:
– Правильно ли я понимаю, что малая церковь – это семья, в которой люди живут по Закону Божиему?
Елена Яковлева:
– Да, так, если говорить обобщенно. Я знаю браки наших бабушек и дедушек, которые женились после войны, браки наших родителей в 70-х годах прошлого века. И еще с тех времен осталось нормальное представление, что брак должен быть один и навсегда. И любой развод – это колоссальный стресс и для мужа, и для жены. Как после развода найти снова свою вторую половинку? И люди готовы были идти на многие уступки, думали, лучше я потерплю обиду или неверность, может быть, уладится все, вот я там чуть-чуть поработаю, чуть-чуть здесь подумаю.
А сейчас все по-другому. Вот женщина, у нее свой бизнес, есть свой заработок, она не думает, на что будет кормить детей, если разведется. У нее все в порядке.
Даниил Дорофеев:
– Если люди сейчас заключают брачный договор, значит, они заранее предполагают возможность развода? Как вам кажется, почему сейчас так много семей распадаются?
Михаил Яковлев:
– Вернусь к парадоксу, о котором только что говорили. Все проблемы, и я детям это тоже говорю, начинаются тогда, когда жизнь налаживается. Были обиды, которые вы отложили в трудное для вашей семьи время, ради серьезной цели? Вот теперь, когда появился достаток, они вас догоняют.
Или вернуться к вопросу ответственности, которая иногда становится непосильной. И вы взвалили на себе это тяжелое бремя. Зачем?
ВЫ ДОЛЖНЫ ПРОСТО КРАСИВО, С РАДОСТЬЮ ПРОЖИВАТЬ СВОЮ ЖИЗНЬ. ГОСПОДЬ ВАС НА ЭТУ ЗЕМЛЮ ДЛЯ ЭТОГО ОТПРАВИЛ. И ЕСЛИ ЕСТЬ ВАША ОТВЕТСТВЕННОСТЬ, ТО ОНА – ПЕРЕД НИМ. И ВЫ ПЕРЕД НИМ БУДЕТЕ ОТВЕЧАТЬ И ЗА СЕБЯ, И ЗА ДЕТЕЙ. В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ ЗА СЕБЯ.
Елена Яковлева:
– Я думаю, что семья как «малая церковь» должна быть большой. У меня в детстве была неполная семья, папа рано умер. И я в те годы насмотрелась всякого разного и мечтала, чтобы у меня была большая, дружная, крепкая семья. Насколько большая, я даже не задумывалась. Мне хотелось, чтобы просто все люди всех поколений дружили – братья, сестры, бабушки, дедушки...
И потом, когда мы пришли к православию, фактически, на самом деле стали воцерковленными верующими, мы с Михаилом физически испытали благодать Божию. Особенно почувствовали это после венчания. Так это коснулось сердца, что весь мир наш переменился.
Даниил Дорофеев:
– То есть вы сразу, после венчания создавали такую семью?
Елена Яковлева:
– Конечно, мы хотели строить жизнь именно по Божьим заповедям. И детей так же воспитывали: они все ходили на исповедь и причащались. Я очень хотела, просто мечтала, чтобы все мои дети выросли верующими людьми.
НО МЫ ПРЕКРАСНО ЗНАЕМ, ЧТО В КАКОЙ-ТО МОМЕНТ НЕ МОЖЕМ ВЛИЯТЬ НА ПОДРОСШИХ ИЛИ ВЗРОСЛЫХ ДЕТЕЙ, РОДИТЕЛЯМ ОСТАЕТСЯ ТОЛЬКО МОЛИТЬСЯ ЗА НИХ. И Я ДУМАЮ, НАШИ МОЛИТВЫ ПОМОГАЮТ ИМ. А НАШ ПРИМЕР, МОЖЕТ БЫТЬ, ИХ ВДОХНОВЛЯЕТ – В ТОМ ЧИСЛЕ ПРИ СОЗДАНИИ СЕМЕЙ.
Я вижу, что у детей особые, отличные от нас, жизненные пути. Они говорят: «Вы с папой встретили друг друга в ранней юности и больше не расставались, а у нас другая ситуация, нам намного сложнее в этой жизни – найти свою половинку».
У каждого человека должна состояться его личная встреча с Богом. И встреча со своей второй половиной. И надеемся, что их детский опыт, наше воспитание помогут в этом. Потому что, когда они вместе с нами ходили в церковь, это для всех было светлой радостью. Мы всегда старались создать дома непринужденную радостную обстановку.
ВООБЩЕ НАША СЕМЬЯ ВСЕГДА ЖИЛА В РАДОСТИ.
Единственное, наверное, чего мы опасались, что старшие дети будут воспринимать рождение младших детей как какую-то нагрузку, станут думать, что им чего-то не досталось, потому что маленькие родились. Опасались их упреков. Но эти опасения были напрасными. Мы с Михаилом старались никого, даже уже взрослых, не забывать. И сейчас у нас по-прежнему здорово и радостно.
За семейным столом
Елена Яковлева:
– По семейным праздникам, в дни рождений, например, мы собираемся за большим общим столом. Дней рождений у нас много, и каждый раз собираются 20-25 человек, бывает и больше. Слава Богу, у нас большой дом, есть где всех разместить. Приезжают дети с внуками, бабушки и дедушки. Мишин брат с семьей – жена и двое детей. Да еще его невестка и племянница.
В наш дом, так бывает, половина поселка друзей приходит. И мы всем рады. И старшие, и средние дети смотрят на все это, им нравится, говорят – как же это здорово!
Елизавета Легойда:
– Это поразительно: три десятка человек за одним столом. Всех надо накормить. Вы одна этим занимаетесь? И как вам удается выйти к гостям красивой?
Елена Яковлева:
– Знаете, опыт помогает. На самом деле многодетные мамы, все, кого я знаю, – опытные кулинары, можно каждой было бы книжку свою писать. У всех огромный опыт готовки на большую семью, да еще и на продолжительное хранение. Конечно, праздничный стол я не одна готовлю: все подключаются, кто картошку чистит, кто салаты режет, еще чего-то делает.
Даниил Дорофеев:
– Вы заставляете детей помогать вам?
Елена Яковлева:
– Зачем заставлять? Я просто говорю: ребята, у нас будет праздник, сообразите, кто что будет делать, распределяю задачи.
Елизавета Легойда:
– А если кто-то протестует: нет, я не буду, пусть вон тот сделает? Или: нет, я устала, у меня уроки, мне надо укладку делать для волос?
Елена Яковлева:
– Подготовка стола – это все-таки задача моя. И у меня нет раздражения, если кто-то не придет. На то есть у них своя воля. Если кому-то надо делать уроки, он идёт и делает уроки. Если ему надо идти в музыкалку, идёт в музыкалку. Пожалуйста. А если они мне помогли, ну, значит, мне полегче, и я им благодарна, говорю: спасибо, вы молодцы большие.
Старшие сыновья и дочка уже снимают жильё, одна дочка учится в Твери, живет в общежитии, с нами остаются сейчас только четверо детей. Но все дети приезжают к нам и всегда помогают накрыть стол. Какие-нибудь салатики надо сделать – мы все вместе стоим, режем, болтаем, шутим, смеемся. А папа нас всех веселит.
ДОМАШНИЙ ДЕТСКИЙ САД
Елизавета Легойда:
– Елена Игоревна, у вас есть профессиональная квалификация воспитателя детей дошкольного возраста. Вы работали в детском саду?
Елена Яковлева:
– Нет, это была программа мэра Москвы по поддержке многодетных семей. Программа эта и сейчас работает. Это очень серьезное и важное подспорье. Многодетным родителям, имеющим более трех детей, оформляют трудоустройство в их семейном детском саду. Но они занимаются воспитанием и обучением своих собственных детей, создают такой как бы домашний детский сад. Но, чтобы получить квалификацию воспитателя, нужно пройти обучение на специальных курсах и получить сертификат.
Даниил Дорофеев:
– Вы не отдавали детей в детсад, а сами их обучали?
Елена Яковлева:
– Мы никого не отдавали в детсад, это была принципиальная позиция. Семейный садик «открыли» после рождения шестого ребенка, когда появилась такая возможность. Государство оценило тогда труд многодетных родителей, понимая, какое это довольно сложное дело – целый день заниматься с таким количеством маленьких детей на протяжении многих лет. Во-первых, надо детей развивать умственно и физически. Дети должны расти здоровенькими, для этого существует целый комплекс мероприятий по физическому воспитанию и наблюдению за здоровьем. Надо обучать детей навыкам самообслуживания, занимать их развивающими играми, посильным трудом. Готовить их к школе, учить читать, считать и писать. И приобщать их к вере в Бога.
Но от домашних воспитателей также требуют отчеты, как и от работников детсадов. Я проходила и это тоже. И также для нас, родителей, очень важно, что мы получали зарплату за эту работу и нам засчитывался трудовой стаж. А это очень влияет на пенсию. 15 лет «работал» мой домашний детсад. Потом дошколят у меня осталось только двое, и мы с мужем попросили другую многодетную семью дать нам ребеночка на воспитание. В нашем поселке 32 таких семьи живут, из них четырнадцать православные. Когда мои девочки выросли, в нашем семейном детском саду добавились еще двое детей из других семей.
Елизавета Легойда:
– Вы стали домашним воспитателем, потому что не доверяете работникам детсада или потому что хотели всегда быть рядом с детьми?
Елена Яковлева:
– Маме нужно быть рядом с детьми. Дело даже не в том, что я с ними позанимаюсь математикой или русским языком, на прогулку выведу, на горшок посажу.
РЕБЕНКА НАДО СОГРЕТЬ СВОИМ ТЕПЛОМ. ЧТОБЫ РЕБЕНОК ЗНАЛ, ЧТО У НЕГО ЕСТЬ ДОМ, СЕМЬЯ, МАМА И ПАПА.
Папа для ребенка очень важен. Сейчас не у всех детей есть папы, это, конечно, вредит нормальному воспитанию и развитию малыша, подростка. Если есть папа, значит, он когда-то станет дедушкой. Но у нас «институт дедушек» разрушен. Если родители разводятся, дедушки, скорее всего, уже не будет, а это колоссальная потеря для ребенка.
Вижу, как наши внуки любят дедушку Мишу – даже больше, чем меня.
ДЕВОЧКИ, МАЛЬЧИКИ И ВНУКИ
Даниил Дорофеев:
– Обычно девочки больше любят папу, а мальчики – маму. А как у вас?
Елена Яковлева:
– Я вижу, что у моих мальчиков ко мне очень трепетное отношение. Хотя у нас и были с ними «терки». Я, бывало, выставляла жесткие требования, строгие запреты. Но проблемы возникали, в основном, когда мальчики становились подростками.
И ЕСТЬ ТАКОЙ ПАРАДОКС: ПОДРОСТКИ-МАЛЬЧИКИ СПОРЯТ, НО ЛЮБЯТ И УВАЖАЮТ УВЕРЕННОСТЬ, СИЛУ, ПРИНЦИПИАЛЬНОСТЬ, ТРЕБОВАТЕЛЬНОСТЬ. А С ДЕВОЧКАМИ ПО-ДРУГОМУ. ОНИ В ПОДРОСТКОВОМ ВОЗРАСТЕ БОЛЕЕ УПРЯМЫ, НЕ ГНУТСЯ. С НИМИ ТРУДНЕЕ. И В САМЫЙ НАПРЯЖЕННЫЙ МОМЕНТ ПОЯВЛЯЕТСЯ ПАПА. У НЕГО ЕСТЬ ТАКОЙ ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ МУЖСКОЙ ТАЛАНТ: ОН УМЕЕТ ВСЕ ПРОБЛЕМЫ ПЕРЕВЕСТИ В ШУТКУ.
Елизавета Легойда:
– То есть существует разница в подходах к воспитанию мальчиков и девочек?
Михаил Яковлев:
– Конечно. У нас так получилось, что мы сначала воспитывали мальчиков, а потом девочек. И когда пошли девочки, у нас было больше родительского опыта. А тут еще и внуки появились. Это вообще совершенно другое дело. Полностью меняется твой подход к воспитанию. Ты внуков не воспитываешь, как было с детьми, ты с ними просто общаешься. Внуки – это какое-то удивительное сообщество. Они приходят, совершенно искренне рассказывают тебе обо всем, что у них происходит. В том числе и об отношениях в их семьях. Это кардинально другое общение.
Детям ты отдаешь то, что имеешь, они принимают. А внуки возвращают тебе то, что ты отдал детям. Вот в чем суть и потребность общения.
Прекрасная (женская) половина семьи Яковлевых
Елена Яковлева:
– Занятно и то, что внуки приблизительно одного возраста с нашими младшими детьми.
Михаил Яковлев:
– Да, есть внучка Саша и есть сын Коля. Но она его дядей не называет, просто Коля. А самая маленькая внучка Ульянка иногда зовет его дядей. Наши последние дети, десятилетние девочки, одногодки со старшими внуками. Все в третьем классе учатся, только в разных школах. У моего отца такая же ситуация была: дяди и племянники одного возраста. Бывало, даже дрались.
ГОСПОДЬ С НАМИ ВСЕГДА
Елизавета Легойда:
– А ваши родители, бабушки и дедушки ваших детей, как относятся к вашей многодетности?
Елена Яковлева:
– Надо сказать, что когда в 20 лет мы уже родили двоих детей, а в 23 года третьего, родители пытались нас отговорить: мол, не рожайте больше, чем кормить будете, как воспитывать. Но потом как-то увидели, что мы настроены весьма серьезно и к воспитанию подходим ответственно – и успокоились. А сейчас гордятся и всегда рассказывают, что у них 12 внуков и столько-то правнуков. Это и их предмет гордости, так как они много нам помогали, и можно было попросить приехать мою любимую свекровь посидеть с внуками в какой-то особенной ситуации. Как правило, это или когда я в роддоме или больнице была, ну и просто так иногда.
Мама могла отвезти ребят на елку, можно было завести к ней детей на дачу. Кажется, что вроде бы это было нечасто, но это так необходимо, и мы весьма были благодарны нашим бабушкам и дедушкам.
Они очень всех нас любят. А наши дети видят, как мы их любим, и эта наша любовь передалась детям. Как радостно нам приезжать к ним, как радуемся, когда они приезжают к нам. Наши дети очень любят бабушку-дедушку, могут сейчас к ним запросто приехать спонтанно, не договариваясь. И видят: здесь их тоже любят. Эта радость общения, мне кажется, самая главная формула большой семьи. Мы с Михаилом надеемся, что наши дети захотят стать многодетными. Не потому, что нам надо, чтобы было много внуков или требуется вообще наполнить весь мир детьми. Нет-нет. Что такое стать многодетным? Это, наверное, довериться Богу и сказать: «Господи, сделай, как тебе нужно, вот сколько нужно детей, пусть столько и будет».
Даниил Дорофеев:
– Можно ли сказать, что вы уже опытные и знающие родители?
Елена Яковлева:
– Ну да, однако, еще время должно пройти какое-то, нам еще маленьких надо вырастить. Этот экзамен пока мы еще не выдержали…
Елизавета Легойда:
– Были ли у вас неожиданные трудности, испытания с рождением детей?
Елена Яковлева:
– Самое большое испытание было, когда после рождения Катюшки – восьмого ребенка – мы узнали, что я беременна двойней. Это был самый маленький перерыв в моих беременностях.
Девятые роды, и мне уже 40 лет – мы готовились к любым ситуациям. Что приготовил нам Господь? Но с радостью ждали встречи с новыми дочками. Даже с каким-то тихим ликованием. Конечно, мы надеялись на лучшее, но все произошло не совсем так, как я себе это представляла.
Михаил Яковлев:
– Случилось осложнение перед родами. К счастью, это вовремя обнаружили. Врачи буквально спасли наших Машу и Марфу. И потом долго наблюдали за состоянием и развитием дочек. Мы всегда будем благодарны и Господу, и докторам за такое чудо!
Елена Яковлева:
– И всем другим врачам благодарны, которые поднимали малышей и помогали восстанавливаться мне.
Когда я с трепетом сообщила мужу, что будет двойня, Миша сказал, что это еще одна наша проверка на прочность, сможем ли мы это выдержать? Я ответила: «Конечно, с Божьей помощью! Божия помощь пронизывает всю нашу жизнь, и мы чувствуем: Он всегда рядом. Слава Богу за все!»
ДЕТИ МИХАИЛА И ЕЛЕНЫ ЯКОВЛЕВЫХ
Иван, 31 год. Окончил Московский институт радиотехники, электроники и автоматики, работает в частной фирме руководителем проекта.
Даниил, 29 лет. Незаконченное высшее образование (Тимирязевская академия), специалист в ИТ-сфере, проектировщик, руководитель проекта.
Михаил, 26 лет. Окончил Московскую консерваторию по классу духовых инструментов (труба), служит в Центральном военном оркестре Министерства обороны РФ.
Анастасия, 23 года. Окончила Музыкальное училище имени Гнесиных по классу хорового народного пения, преподает в школе.
Тихон, 21 год, служит в армии.
Анна, 19 лет, учится в Тверском музыкальном училище по классу народного хорового пения.
Николай, 14 лет, ученик 8-го класса.
Екатерина, 12 лет, ученица 5-го класса.
Марфа и Мария, по 10 лет, ученицы 3-го класса.
Проект реализуется фондом «Медиа Просвещение» в содружестве с кинокомпанией «Фома Кино» и режиссером Верой Водынски при поддержке Президентского фонда культурных инициатив
Продолжение следует
Александр Трушин, фото Владимира Ештокина