Людмила Павловна, назовем так женщину, рассказавшую эту историю, попросила «рассудить по-человечески».
У Людмилы Павловны двое сыновей. Старшему, Андрею, тридцать. Женился он полтора года назад. Избранницу зовут Виктория. Девушка с характером, с работой, с квартирой — двухкомнатной, доставшейся от бабушки.
Жильё своё, уютное, в хорошем районе. Андрей же до свадьбы снимал студию, но стабильной оседлости не было, периодически возвращался к матери.
— Казалось бы, — говорит Людмила Павловна, — вот оно, семейное гнёздышко: есть своя квартира у Вики. Живите, стройте семью. Но нет. Невестка сразу сказала: «Первое время поживём у меня, а потом берём ипотеку на общую трешку и переезжаем. Мою квартиру я буду сдавать».
Справедливо? На первый взгляд, да. Андрей и сам поддержал: не хочет чувствовать себя примаком на территории жены. Им обоим важно, чтобы совместное жильё было именно общим — нажитым в браке, в равных долях. Виктория, по словам Андрея, принципиальная: «Мы вместе возьмём ипотеку, вместе выплатим — это и будет наша общая недвижимость».
Но дальше начались нюансы, которые свекровь сочла недопустимыми.
Виктория свою двушку сдала. Жильцы въехали быстро. Но в общий семейный бюджет эти деньги не попали.
— Я спрашиваю: «А что, ипотеку из этих денег гасить не будете?» — возмущается Людмила Павловна. — А она мне: «Нет, это мой личный актив. Ипотеку мы платим с мужем из зарплат — поровну. Моя квартира — это подушка безопасности на чёрный день и стартовый капитал для будущих детей. И машину я хочу купить себе на эти деньги, причём оформлю на родителей, чтобы она не была совместно нажитой».
У Андрея сейчас старенькая иномарка, которой пользуются оба, но Виктория хочет свои "колеса", личные. И открытым текстом заявляет, что выведет машину из состава совместного имущества.
— И главное, — продолжает свекровь, — у них ведь и так зарплаты почти одинаковые, а у моего сына даже чуть больше, тысяч на пятнадцать. Но после того как взяли ипотеку, он начал ещё и подрабатывать. Я спрашиваю: «Зачем, если Вика свою квартиру сдаёт?» А он мне: «Нам не хватает».
— Как не хватает? Куда она деньги девает?
— А это её личное дело, мам.
Тут у Людмилы Павловны и случился когнитивный диссонанс. По её представлениям, семья — это общий котёл: общие доходы, общие расходы, общая собственность. А здесь, с её точки зрения, невестка создаёт себе «несгораемый тыл» на фоне того, что муж рвёт жилы на двух работах.
Самый острый момент разговора случился, когда речь зашла о детях и декрете.
— Я ей и говорю: «Вот сядешь в декрет, кто ипотеку платить будет? Ты из своей кубышки достанешь?»
Виктория, по словам свекрови, ни на секунду не растерялась:
— А почему я должна садиться? У нас паритет. Андрей тоже может пойти в декрет. Я буду работать, содержать его и ребёнка, а ипотеку мы платить не перестанем. Можем и поделить этот срок пополам: полтора года я, полтора года он. Справедливо же.
— Где это видано, чтобы мужик памперсы менял? — негодует Людмила Павловна. — Она меня каждым своим ответом в ступор вгоняет. На всё у неё готовая схема.
Андрей просит мать не вмешиваться. Говорит, что его всё устраивает, они с женой обо всём договорились, а «подушка безопасности» Виктории — это на самом деле и его спокойствие тоже: случись что, у них есть запасной аэродром.
Но Людмила Павловна не согласна:
— Это не подушка безопасности, это нечестная игра. Она доходы от своей квартиры отделила, а на шею мужа ипотеку повесила. И при этом он ещё и подрабатывает, чтобы «хватало». Где тут справедливость?
Кто здесь прав, а кто не очень? Невестка, которая выстраивает личные активы и требует равного вклада в общее жильё, не смешивая наследственное с нажитым? Или свекровь, которая видит в этом обыкновенную женскую хитрость и перекладывание финансовой нагрузки на мужа?
Заходите на мой сайт злючка.рф.
Авторские каналы в Телеграм и MAX