Пришло смс: «Перевод 15 000 рублей, получатель Сергей К.» Я таких не знаю. Это её телефон.
Стою в раздевалке, сменку переодеваю, а телефон в руке вибрирует. Смотрю — её номер, смс-ка от банка. Она мне доступ давала когда-то, когда кредит брали, забыли отключить. Я не лазил никогда. А тут само вылезло.
Перевод. Пятнадцать тысяч. Кому-то Сергею К.
Я перечитал раз, другой. Может, ошибка? Может, она оплату какую-то делала? Но там написано: «получатель». т.е. она отправляла. Кому?
Весь день на работе думал. Деталь точить — перед глазами эти цифры. Пятнадцать тысяч. Не сумма, вроде. Но куда? Зачем? Какой ещё Сергей?
Вечером пришёл домой. Она на кухне, ужин греет.
— Привет, — чмокнула в щёку. — Устал?
— Ага.
Сел за стол. Едим молча. Она в телефоне листает, улыбается. Я смотрю на неё и вижу — вроде своя, родная. Двадцать лет вместе. Сын в армии, через полгода вернётся. Живём нормально, не богато, но хватает. И тут — Сергей К.
— Слушай, — говорю буднично. — Ты кому-то перевод делала сегодня?
Она замерла. Чуть-чуть, на секунду. Потом подняла глаза.
— Какой перевод?
— Пятнадцать тысяч. Кому-то Сергею.
— А, это... — замялась. — Подруге. Она просила занять, у неё карта не работала, я на её мужа перевела.
— На мужа?
— Ну да. Сергей, муж Ленкин. Ты его не знаешь.
Ленка. Опять Ленка. Я эту Ленку раз в год вижу, она вечно то разводится, то сходится.
— А чего Ленка сама не перевела?
— Так я ж говорю, карта не работала. Ты чего, не веришь?
— Верю.
Доел, пошёл в душ. Стою под водой, а в голове крутится: Ленкин муж Сергей. Я его правда не знаю. Может, и есть такой. Но почему-то не отпускает.
---
Неделя прошла. Я молчал. Смотрел. Она стала позже приходить. Телефон везде с собой. В субботу говорит:
— Я к Ленке съезжу, помогу ей с документами.
— Давай.
Уехала. Я подождал полчаса и поехал к Ленке. Знаю, где она живёт — на Высотной, в панельке. Встал Вышла подъезда, жду.
Через час подъезжает такси. Вышла моя жена. Одна. Заходит в подъезд. Я сижу, смотрю на часы. Прошло полтора часа. Она Идет, садится в такси и уезжает. Я — за ней.
Приехала в кафе на набережной. Зашла. Я припарковался, через стекло вижу — села за столик у окна. Через пять минут подходит мужик. Лет сорок пять, в джинсах, в куртке, с бородкой. Садится на против, целует руку. Она улыбается.
Я смотрел, как они кофе пьют, как она смеётся, как он гладит её ладонь. Потом завёл мотор и уехал.
---
Вечером она вернулась. Довольная, пахнет кофе.
— Ну как Ленка? — спрашиваю.
— Нормально. Документы оформили.
— А муж её как, Сергей? Привет передавал?
Она замерла. Прямо посреди кухни, с сумкой в руке.
— Что?
— Сергей, говорю, муж Ленкин. Он как?
— А... нормально. А что?
— Да так. Интересно просто. Я ему перевод делал как-то? Или ты?
Она побелела.
— Ты о чём?
— О пятнадцати тысячах. Которые ты перевела. Я сегодня Сергея этого видел.
— Где? — голос сел.
— В кафе на набережной. Вы там кофе пили. Руки друг другу гладили.
Она села на стул. Сумка упала на пол.
— Ты... следил?
— Следил.
— Как ты мог?!
— Легко, — усмехнулся. — Когда двадцать лет живёшь с человеком, замечаешь, когда он врёт. Ленка твоя, переводы, документы — всё ложь.
Она заплакала. Закрыла лицо руками, плечи трясутся.
— Кто он? — спрашиваю спокойно.
— Сергей.
— Это я понял. Кто по жизни?
— Мы познакомились полгода назад. Он работает в банке.
— В банке, — хмыкнул. — И ты ему деньги переводила? Он же в банке работает, своих мало?
— Это не те деньги, — всхлипнула. — Мы просто встречались, я ему помогала...
— Помогала, — перебил. — Пятнашку помогла. А в постели чем помогала?
Дёрнулась, как от удара.
— Не смей так.
— А как? Ты с ним спишь полгода, мне в глаза врёшь, деньги переводишь. Я двадцать лет вкалывал, чтоб у тебя всё было. Квартира, машина, сын выучился. И вот благодарность?
— Я тебя люблю!
— А его?
Молчит.
— Любишь?
— Не знаю.
Я встал, прошёлся по кухне. Остановился у окна.
— Слушай сюда. Собирай вещи и вали к нему. Сейчас. Завтра на расторжение брака.
— Нет! — закричала. — Я не хочу развода! Я с тобой хочу!
— Поздно хотеть.
— Я порву с ним! Клянусь!
Посмотрел на неё. Красивая, даже заплаканная. Чужая.
— Не порвёшь. Если б хотела — порвала бы сама. А ты полгода врала. Каждый день. Каждую ночь. И деньги переводила. Мои деньги, между прочим. Общие.
— Я верну! Всё верну!
— Дело не в деньгах.
Она встала, подошла, схватила за руку.
— Дай шанс! Один шанс! Я всё исправлю!
Я выдернул руку.
— Поздно. Собирайся.
Она ушла в спальню. Я слышал, как хлопают дверцы шкафа, как она плачет. Потом вышла с чемоданом.
— Куда я пойду? — шепчет.
— К нему. Или к Ленке. Не мои проблемы.
— Ты меня выгоняешь?
— Я тебя освобождаю.
Она постояла, посмотрела на меня. Потом вышла. Дверь хлопнула.
Я сел на кухню. Налил чай, который давно остыл. Сидел до утра.
---
Через неделю пришло смс: «Я ушла от него. Прости. Можно вернуться?»
Не ответил.
Через две: «Я подписала бумаги на разрыв брака. Квартира твоя. Прощай».
Удалил.
---
Прошло три месяца. Работа, дом, работа. Сын вернулся из армии, живёт пока у меня. Внука ждём, его девушка беременная. Жизнь идёт.
В пятницу вечером сидели с сыном на кухне, пили чай. Он говорит:
— Бать, а мать звонила. Плакала. Просила поговорить с тобой.
— Не надо.
— Она одна сейчас. Тот мужик её бросил.
— Бывает.
— Может, простишь?
Посмотрел на него. Взрослый уже, с усами, армейка глаз не вышибла.
— Сын, — говорю. — Я двадцать лет с ней прожил. Всё было. И хорошее, и плохое. Но когда она деньги ему переводила — она не мне изменяла. Она семье изменяла. Понимаешь?
— Понимаю.
— И если я сейчас прощу — она поймёт, что можно всё. Что нет границ. Что можно ударить, а я подставлю щёку.
— А если она правда поняла?
— Поняла? — усмехнулся. — Она полгода врала. Каждый день. Каждую ночь. Поняла бы раньше.
Он кивнул. Больше не спрашивал.
---
Через месяц я её встретил. В магазине, в очереди. Похудела, глаза красные. Увидела меня, замерла.
— Привет, — говорит тихо.
— Здравствуй.
— Как ты?
— Нормально.
— А сын?
— Тоже. Внука ждём.
Она опустила глаза.
— Я рада за вас.
— Бывай.
Развернулся и ушёл. Не оглянулся.
На улице сел в машину, посидел. Вспомнил, как она смеялась в том кафе. Как он руку целовал. И как смска пришла: «Перевод 15 000 рублей, получатель Сергей К.»
Пятнадцать тысяч. Цена двадцати лет. Цена доверия. Цена всего.
Завёл мотор, поехал домой. Там сын, там внук скоро, там жизнь. А это — было. И нет.
Больше никогда не буду пнём. Ни для кого.