Полногабаритная пластинка «Экстракт тайны» - дебютный альбом американского барабанщика, вокалиста аранжировщика и продюсера Альфонса Ли Музона (21.11.1948 – 25.12.2016). Он стал известен в кругах современной джазовой музыки, по большей части благодаря своему участию в знаменитом ансамбле «Метеосводка», основанном австрийским клавиатурщиком Джо Завинулом и американским саксофонистом Уэйном Шортером. Кроме того, он сотрудничал группой джазового сплава «Строение №11» под управлением гитариста Ларри Кориэлла.
Впрочем, названиями этих коллективов, список виниловых альбомов, на которых Альфонс Музон оставил свой ударный аналоговый след, не ограничивается. В дискографическом гроссбухе американского стукаря мы обнаружим долгоиграющие виниловые носители звука таких звездных персонажей модернового джаза, фанка и ритм-н-блюза, как МакКой Тайнер, Херби Хенкок, Майлз Дэвис, Дональд Бёрд, Арильд Андерсен, Рой Айерс, Роберта Флак, Эл ДиМеола и ещё немало других, не менее знаковых имен. Да и с выпуском своих собственных полноформатных аудио-творений у Альфонса Музона не было никаких проблем - за фонограммой, он как говорится, в карман не лез. На его лицевом альбомном счете значится не менее двух с половиной десятков долгоиграющих позиций.
Для записи своего стартового альбома, исполненного в стилистике американского джазового фанка, Альфонс Музон зафрахтовал с полдесятка крепких профессионалов, а на себя взвалил ответственность за расширенный набор ударных инструментов, электрофортепиано, меллотрон, клавинет и вокальные партии.
Пластинка была записана в течение трех дней 13-15 декабря 1972 года. Конечно для джаза, даже для современного и прифанкованного, это довольно длительный срок пребывания в студии. Большинство классических джазовых альбомов записано за одну или две студийные смены. Тогда как рок-н-рольные коллективы прогрессивного толка торчали в студиях звукозаписи месяцами. В лучшем случае. Это свидетельствует, во-первых, о недостаточном исполнительском мастерстве рокеров, а во-вторых, об их крайне низкой творческой организованности. В студию все же нужно приходить подготовленными, а не ждать «просветления» от нелегальных стимуляторов во время рабочего процесса.
И что тогда говорить о феноменальном ливерпульском квартете, который на сцене и играть-то толком не умел, наглядно демонстрируя сие прискорбное обстоятельства на всех сохранившихся исторических аудио-документах. А как же они, не обладая профессиональной сыгранностью и высоким мастерством владения музыкальными инструментами, записывали свои вечнозеленые шедевры в студии звукозаписи? А вот так и записывали - при помощи студийного безлимита и десятков испорченных дублей.
Путем несложных логических размышлений невольно приходишь в грустному выводу: будущего у «Битлз» при таком уровне мастерства в грядущей декаде семидесятых, эре прогрессивного рока, арта и харда, не было ровным счетом никакого. Как группа они были обречены. Их распад был закономерен и неизбежен. Но, к сожалению, произошел слишком поздно. Из-за нежелания своевременно решать назревшие проблемы, битлы, оттягивая финальную дату своей музыкальной биографии, записали четыре лишних альбома. Но, тут уж ничего не поделаешь, ведь история не знает сослагательного наклонения. Или все же знает?