В отделе, где работает Марина, долгое время было невыносимо. И дело не в работе — дело в людях. Во-первых, была невменяемая. Она сидела за соседним столом и вела себя так, будто её главная задача в жизни — создать максимальный дискомфорт окружающим. Гремела ящиками стола так, что подпрыгивали чашки. Швыряла степлер на стол с такой силой, будто он был её личным врагом. Громко говорила по телефону, не замечая, что вокруг люди работают. Душилась духами так, что через час в кабинете нельзя было дышать. В общем, вела себя по-свински. Сознательно или нет — неважно. Важно, что её присутствие создавало постоянный фоновый шум, который выматывал сильнее любой работы. Во-вторых, была тревожная. Эта вечно ныла, что все вокруг дураки. Только она одна знает, как правильно работать. Только у неё одной есть совесть. Только она одна видит, что начальница — дура, коллеги — лентяи, а Марина — вообще непонятно кто. Её негатив лип к стенам, к столам, к одежде. Заходишь в кабинет после неё — и уже чувствуеш