В полушаге от моей ноги из-под склончика в сосняке вылетела вдруг птичка и сереньким штрихом молча скрылась в кустах. Конечно, я остановилась и всмотрелась в траву. Так и есть: под навесом склончика сквозь нависшую сетку трав виднеется лоток гнездышка с яичками. Не переступая ногами, как застыла на ходу, так и наклоняюсь, перекрутившись штопором, быстренько фотографирую гнездо и шагаю дальше.
Отойдя метров на пятьдесят от гнезда, смотрю, что там, в кадре.
В кадре кладка зарянки из шести белесых, в коричневатую крапинку яичек, а в придачу к ним голубоватое с тёмным крапом яйцо кукушки. Оно немного крупнее яичек зарянки, но хозяйка гнезда не выкинула его, а усердно насиживает вместе со своими яичками. Да и выкатить его из гнезда для зарянки затруднительно, поскольку кукушиха не будь дурой яйцо положила как можно дальше от внешнего края гнездышка.
Ух ты-ы, интересно будет проследить за дальнейшими событиями.
Попасть снова в эти места удалось лишь через несколько дней. В гнезде оказались птенчикии зарянки примерно трёхдневного возраста и целёхонькое, никому не нужное яйцо кукушки на том самом месте, куда его положили. Теперь кукушонок вряд ли выведется. Конечно, мать обогревает пока ещё птенчиков, у которых кроме пышного пучка чёрного пуха на темечке никакой растительности на розовом тельце пока что нет. Заодно греется и кукушкино яйцо. Но ведь птичка часто отлучается из дома. Дети растут и требуют еды. А её ещё поискать надо.
Если кукушонок выведется на днях, у него есть все шансы выкинуть за борт всю публику и остаться в гнезде одному. Он и дроздят выкидывает, да из более глубоких лотков, а с такими малявками может расправиться запросто.
И я навещаю гнездо на следующий день. Нет, никаких изменений. Детки зарянки всё также прикрываются своими лохматыми «папахами», всё также разевают ярко-желтые рты в ответ на лёгкое подрагиванье стенки гнезда, а кукушкино яйцо продолжает оставаться в первозданном виде.
Не хочу проводить лишнее время у гнезда. На взгляд, тут пять голых шпанят, которые мирно улеглись на дне лоточка. Яйца-паразита не видно. Розовая кожа птенцов просвечивает, не понять – где кончается один птенчик, где начало другого, где культяпки-крылышки, где трахея, где кишечник? Огромные глазищи выступают за профиль клювастой головёнки. Они откроются в недельном возрасте. Малявки пока что глухи и слепы. Но клюв торчит чётко. Он пока что главный необходимый инструмент в их жизни.
Конечно, я очень рада за этих ребятишек. Супостат не вывелся, и лихая беда их пока что миновала. В то же время мне жаль, что не удалось проследить за развитием кукушонка.
Кукушки начисто лишены способностей строить гнёзда и кормить птенцов. Среди птиц таких видов-паразитов насчитывается в мире несколько десятков. Они паразитируют на птицах, сходных по типу питания. Известно, что птенцы нашей кукушки, к примеру, не выживают в гнёздах чечевиц или овсянок, которые кормят своих отпрысков с первых же дней их жизни растительной смесью вместо того, чтобы таскать им насекомых.
Учёные совершенно напрасно ломают головы над вопросом происхождения гнездового паразитизма у птиц. По всему очевидно, что зародился он гораздо раньше, чем появились птицы вообще как таковые. И на каком этапе эволюции он возник, сейчас можно строить самые различные догадки. Кукушки не обленились и не обнаглели. Они получили такое поведение в наследство от кого-то из пращуров, общих с динозаврами. Столь сложные поведенческие схемы на скорую руку не слепить. Миллион лет для эволюции – ничто.
У двенадцатидневных птенцов зарянки на головах ещё торчал длинный пух, но на грудках уже показались оранжевые пёрышки. Далее подходить к гнёзду близко я уже не рисковала, чтоб испуганная ребятня не выскочила кто куда. В возрасте двух недель обитатели гнездышка уже оперились, но продолжали сидеть на месте тесной пёстренькой кучкой. Завидев меня, они приопустили веки и вжались в гнездо. Нет, всё-таки их тут шестеро!
На семнадцатый день гнездо опустело. Лоточек был чист и аккуратен. Значит, детвора покинула его самостоятельно. Куда делось кукушечье яйцо, не могу предположить. Возможно, его съел кто-то уже после того, как вылетели зарянки.
Автор текста и фотографии: ведущий научный сотрудник, к.б.н. Татьяна Ивановна Олигер.