— Анастасия Юрьевна, расскажите, пожалуйста, как начался Ваш путь в танце и что привело Вас к contemporary dance и практике свободного движения?
— Мой путь в танце начался довольно рано, как и у многих, с детского танцевального коллектива. Более 15 лет я занималась в народном ансамбле танца «Образ» в Калуге под руководством Елены Владимировны Голуб. Основой обучения там была школа классического балета и народного танца — это дало мне фундамент: дисциплину, понимание работы тела и сценический опыт.
Долгое время я не планировала связывать свою жизнь с танцем профессионально: после школы поступила в МГТУ им. Н. Э. Баумана и получила инженерное образование. Но быстро стало понятно, что офисная работа — не мой путь, а желание творчества не исчезает.
После выпуска я осознанно выбрала танец как профессию и переехала в Санкт-Петербург, где в 2022 году окончила программу PART Academy при Санкт-Петербургском институте кино и телевидения, получив диплом хореографа и педагога современного танца.
Именно там я впервые увидела contemporary dance шире, чем просто технику: как процесс, исследование и внимание к телу, состоянию и пространству. Я почувствовала, что могу быть не только исполнителем, но и художником — работать с движением как с материалом для высказывания.
Постепенно этот исследовательский подход привёл меня к импровизации и практике свободного движения — к умению слушать тело, доверять ему и находить собственное движение. Позже я продолжила обучение на Кипре в Pera School of Performing Arts, где получила важный международный опыт и расширила своё понимание современного танца.
— Вы получили профессиональное танцевальное образование на Кипре и в Санкт-Петербурге. Как этот международный опыт повлиял на Ваше понимание танца и педагогики?
— Обучение в Санкт-Петербурге и на Кипре сильно повлияло на моё понимание танца и педагогики. В Петербурге я получила прочную базу современного танца: меня учили не просто повторять движения, а понимать, как работает тело, как оно взаимодействует с пространством и временем, как строится композиция. Именно там я стала педагогом, а не только танцовщицей.
На Кипре я развивала телесность в международной среде Pera School of Performing Arts. Обучение на английском языке с людьми из разных стран научило взаимодействию, гибкости и взаимопониманию. Интенсивная практика — по 6–8 часов в день — развивала тело, внимание и умение грамотно работать со своими ресурсами.
Обе школы объединяет важный для меня принцип — горизонтальная система обучения, где ответственность лежит на студенте. Это развивает дисциплину, самостоятельность и настоящий интерес к процессу.
Также большое значение имеет культура обратной связи: обсуждение, рефлексия, анализ опыта. Это помогает осознанно расти и формировать собственный подход.
Для меня современный танец — это пространство, где есть и структура, и свобода, где можно пробовать, ошибаться, находить себя. И именно это ощущение я стараюсь передавать тем, кто приходит на мои занятия.
— Изначально Вы получили инженерное образование. Как, на Ваш взгляд, техническое мышление и внимание к структуре помогают Вам в работе с движением и телом?
— Я училась на специальности «Организация и управление производством», и этот опыт сильно повлиял на мой подход к танцу. Я как руководитель на производстве должна знать и уметь каждый шаг процесса: уметь вытачивать детали своими руками, просчитывать ресурсы, вести документацию, писать программы, работать HR-специалистом — в общем, разбираться во всём. Это учило быть внимательной к мелочам и видеть, как работает целая система.
В танце я переношу этот принцип прямо в практику. Если я работаю как хореограф, я могу встать и протанцевать всю работу вместе с танцовщиками, от начала до конца. Если преподаю — полностью вовлечена в класс, делаю упражнения вместе со студентами, наблюдаю за нюансами, вижу, где что не «идёт», и могу помочь сразу. Важно, что весь процесс проходит через меня — через моё тело, внимание и опыт, и это помогает видеть тонкости, которые иначе могут остаться незамеченными.
Для меня этот подход не про контроль. Это про ответственность за своё тело, за движение и за то, что происходит в пространстве вместе с другими. Понимание системы даёт свободу: можно играть с формой, экспериментировать, адаптироваться и при этом сохранять структуру. В то же время знание структуры не делает движение «механическим»: оно даёт прочную основу, от которой уже можно включать свободу, импровизацию и творческое самовыражение.
— Вы называете себя танц-художницей. Что для Вас означает это определение и чем оно отличается от роли хореографа или преподавателя?
— Для меня быть танц-художницей значит видеть танец не только как набор движений или техник, а как полноценное художественное высказывание. Это работа в поле современного искусства и перформанса, где через движение можно исследовать пространство, время, эмоции и отношения с окружающим миром.
В современном танце важно не показать «красивый номер», как на традиционной сцене, а исследовать сам процесс: как тело взаимодействует с пространством, зрителями и объектами, как движение может задавать вопросы или предлагать новые взгляды. Это диалог о совместном переживании со зрителем: движение может быть минималистичным, бытовым, абстрактным или сверхфизическим — таким, чтобы поддерживать идею, а не следовать заранее заданной эстетике. Я работаю с разными пространствами — сценой, музеями, галереями, общественными местами — и использую различные медиумы: видео, фотографию, звук, инсталляцию и многое другое.
В отличие от хореографа, который создаёт готовую постановку, или преподавателя, который учит технике, танц-художник исследует и экспериментирует, задаёт вопросы через движение, обращая внимание на детали, пространство и импровизацию. Эта работа позволяет одновременно быть исследователем и создателем.
— В основе Вашей практики — идея, что движение возникает из самого тела, а не из заданной формы. Как Вы помогаете ученикам почувствовать это состояние?
— Для меня ключевой инструмент — импровизация. На занятиях я предлагаю задачи, ситуации и практики, через которые участник исследует, как тело реагирует, где начинается движение, как переносится вес, как скручивается и контактирует с полом. Это помогает ученикам заметить логику собственного тела и доверять своим ощущениям, а не пытаться повторить что-то за педагогом.
Кроме того, я использую наблюдение и вербализацию: участники анализируют, что почувствовали, что изменилось, как они откликались на задачи. Через эти процессы импровизация становится техникой — не набором движений, а способом осознанно работать с телом и пространством.
Я также создаю структурированные условия, а не даю жёсткие команды: человек сам выбирает, как откликнуться телом, пробует, экспериментирует. Важна последовательность и вовлечённость: через погружение в процесс движения рождается результат.
— Как Вы создаёте пространство на занятиях, в котором человек может раскрыться, почувствовать свободу и подлинность движения?
— Я работаю через гуманистический подход в педагогике и создаю безопасное пространство, где у каждого есть возможность быть собой. Есть ключевые принципы, на которые я опираюсь: уважение к индивидуальности, работа через игру, безопасная обратная связь, приоритет процесса над результатом, экологичный подход к телу и вербализация опыта.
Я не сравниваю и не оцениваю, а сопровождаю. Я не командую, а предлагаю. Такой подход создаёт пространство доверия и свободы, где ученики могут раскрыться и почувствовать движение подлинно, без давления и страха оценки.
— Чем, на Ваш взгляд, contemporary dance и импровизация могут быть полезны человеку не только в танце, но и в повседневной жизни?
— Самое главное, что современным танцем может заниматься абсолютно любой человек — любого возраста и с любым опытом. Contemporary dance и импровизация помогают доверять себе, своему телу и своим решениям, создают ощущение свободы быть собой.
Через движение человек учится осознавать свои реакции, принимать решения в моменте, снимать внутренние ограничения, доверять себе, получать удовольствие от процесса и выстраивать связь с другими людьми. Это напрямую влияет и на повседневную жизнь — на работу, коммуникацию и внутреннее состояние.
— Вы работаете как независимый педагог и развиваете авторские проекты. Что для Вас особенно важно в создании собственных форматов работы?
— Для меня создание авторских проектов — это не просто организация занятий или постановок. Это исследование: как люди взаимодействуют с движением, пространством, друг с другом и с собой.
Мне важно, чтобы форматы были живыми и гибкими, чтобы участники чувствовали себя соавторами процесса. Я создаю условия, где есть и структура, и свобода.
Также для меня важна открытость к другим областям: взаимодействие танца с визуальными медиа, звуком, технологиями. Это расширяет опыт участников и даёт новые точки зрения.
— После обучения и работы в других странах и городах Вы вернулись в Калугу. Почему для Вас важно развивать современный танец именно здесь?
— Я живу в Калуге, и для меня естественно делать то, что люблю, там, где живу. При этом мой опыт, полученный в международной среде, здесь во многом уникален.
Мне важно показать, что современный танец может развиваться не только в крупных городах. В Калуге тоже есть пространство для эксперимента и роста.
Я хочу, чтобы люди чувствовали, что могут быть частью современного искусства, что их тело и опыт важны, а движение может стать языком самовыражения.
— Что бы Вы хотели сказать людям, которые чувствуют интерес к движению и танцу, но пока не уверены, что это «для них»?
— Если внутри есть любопытство, даже маленькое, это уже повод попробовать. На моих занятиях никто не заставляет делать что-то «правильно» или «как у всех». Я помню одного ученика, который пришёл и сказал: «Я вообще не умею танцевать, боюсь выглядеть глупо». Через час он уже полностью вовлекся в импровизацию и смеялся вместе с группой, удивляясь, как его тело само находит движение. Такие моменты повторяются каждый раз: люди, которые боялись, постепенно начинают доверять себе и своему телу. Мы много играем: через задания, исследование пространства, маленькие эксперименты с весом, скоростью и формой. Я всегда рядом, направляю, показываю, предлагаю, но выбор остаётся за вами. Здесь можно пробовать всё, падать, возвращаться, смеяться, исследовать свои границы без страха оценки. Со временем люди замечают, что движения становятся естественными, уверенными, а ощущение контроля и свободы переходит и в обычную жизнь. Кто-то после занятия замечает: «Я не думал, что смогу так расслабиться и доверять себе». Кто-то понимает, что способен на большее, чем думал. Важно не то, чтобы научиться «танцевать красиво», а чтобы найти свой способ диалога с телом, исследовать, как вы сами хотите двигаться и взаимодействовать с пространством. Современный танец — это не только про сцену и технику. Это про открытие своего тела, энергии и любопытства. Даже если раньше вы думали, что «это не для меня», здесь оказывается, что ваше тело уже умеет, просто ему нужен шанс проявиться. И самое главное — вы уходите с занятия с ощущением: «Мне понравилось, я сделал это по-своему, и это было моё».
Всех обнимаю!
Сообщение Почему современный танец в Калуге меняет людей: откровенное интервью с преподавателем хореографии Анастасией Сенокосовой появились сначала на Творческая Калуга.