Интервью с бойцом Центра специального назначения «БАРС-САРМАТ» с позывным «Роналду» о футбольном прошлом, взрослом решении и защите неба
Он мог бы бить по воротам в Испании, а бьет по украинским дронам в зоне СВО. 20-летнему москвичу с позывным «Роналду» пророчили футбольное будущее, но он подписал контракт с Родиной, уйдя добровольцем в Центр специального назначения «БАРС-САРМАТ». Главный редактор «Время МСК» Екатерина Карачева встретилась с бойцом подразделения, чтобы узнать: зачем проверять себя на прочность, если вся жизнь впереди.
Почему Роналду?
-- Это мой кумир. Я занимался футболом 14 лет.
Где играл?
-- В Испании. За юниорскую команду «Атлетико Мадрид» — это топ-3 испанского чемпионата. Жили в спортивном лагере, нас полностью обеспечивали, перелеты оплачивали. Когда вернулся в Россию, играл за юниорские команды «Зенита» и «Химок».
И вместо продолжения карьеры ты пошел на фронт?
-- Я решил учиться, поступил в колледж в Москве. Но нужно было решить вопрос с армией. Увидел, что вместо срочной службы можно подписать контракт и пойти на СВО. Подумал: это лучший способ помочь стране и заодно проверить себя на прочность. Хотелось превзойти ровесников, сделать шаг, который осилит не каждый.
Ну и как, проверил?
-- Думаю, да. Уже несколько месяцев я здесь, в мобильной огневой группе. Моя задача – сбивать вражеские дроны. В отряде «БАРС-САРМАТ» все друг другу братья. Попросишь кого угодно помочь, подсказать – никто не откажет.
Уже можешь по звуку определить, какой дрон летит?
-- Конечно (улыбается). Разведка идет тихо, а боевой – тяжелый, на нем висит взрывчатка, поэтому он шумит сильнее. Нам передают информацию, какой примерно дрон может появиться, плюс ориентируемся по звуку.
Сбивал уже?
-- Сбивали. Иностранного производства.
Как часто бывают атаки?
-- Периодами. Неделю их много, неделю – одна-две штуки. Противник подгадывает погоду: им нужно безветрие, чтобы дрон долетел. А мы на посту всегда (подмигивает).
Первый выход помнишь?
-- Да, это был Новый год, в ночь на 1 января 2026 года. Мы приготовили ужин, ждали. Дроны летели по другому направлению, наши напарники работали по ним, а мы были наготове на своей линии.
Мама как отреагировала, когда узнала, что подписал контракт?
-- Сказал ей за три месяца, пока оформлял документы. Переживает, конечно, но ответила: «Ты уже взрослый, это твое решение».
У тебя, я знаю, семья уникальная: и врачи, и авиастроители.
-- Да, почти все родные по женской линии – стоматологи, мама и бабушка – врачи. А мужская половина, кроме дяди, он хирург – связана с авиацией: дедушка был летчиком-истребителем, дядя работал в «Аэрофлоте», отчим занимается производством оснастки для самолетов. И все они меня поддерживают, гуманитарную помощь сюда отправляют.
Авиация или стоматология: что выберешь после службы?
-- Мне ближе авиация. Хочу в московский МАИ, развиваться в теме беспилотников или производстве оснастки для самолетов. Но там будет видно.
Что скажешь ровесникам, которые ищут способ избежать армии?
-- Кто «хочет избежать» – это вообще о другом… а для тех, кто собирается служить – есть выбор: «срочка» рядом с домом, или контракт на СВО. Я свой выбор сделал. Каждый мужчина должен пройти через это, доказать себе, что он на что-то способен. Поступками. Год пролетает быстро, когда занят делом. И на душе становится спокойно от того, что помогаешь стране.
О чем мечтается на позиции?
-- Люблю Алтайский край. Хочу после службы собрать друзей и поехать туда, в горы. И обязательно съездить в монастырь в Дивеево под Нижним Новгородом. Это мое место силы. Поблагодарить Бога за все.
Главное правило в жизни?
-- С детства помню: «Дорогу осилит идущий».
Выставление авторских материалов издания и перепечатывание статьи или фрагмента статьи в интернете – возможно исключительно со ссылкой на первоисточник: «Время МСК».